ЧАСТЬ ВТОРАЯ

◄◄ к содержанию

в раздел библиотека

ПРЕДИСЛОВИЕ К ДОКУМЕНТАМ

I. ПРЕССА И ЦЕНЗУРА

Письмо начальника Горьковского обллита Ф. Боронина Н.С. Хрущеву

Письмо академика П.Л. Капицы Н.С. Хрущеву

Записка начальника Главлита СССР П. Романова в ЦК КПСС относительно письма академика П. Капицы

Письмо И.С. Кона Секретарю ЦК КПСС М.А. Суслову

Справка Главлита СССР в связи с письмом в ЦК КПСС И.С. Кона

Записка отделов пропаганды и агитации по союзным республикам и отдела науки, высших учебных заведений и школ ЦК КПСС о письме И.С. Кона

Письмо КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС «О Проекте закона о распространении, отыскании и получении информации, подготовленном группой ученых и представителями творческой интеллигенции»

II. ЗА РАМКАМИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДИСКУССИИ В ПЕЧАТИ

Письмо Ф. Кулакова П. Демичеву о проекте записки «Об освещении вопросов экономики сельскохозяйственного производства на страницах центральной печати»

Ответ главного редактора газеты «Правда» М. Зимянина

Справка отделов пропаганды, науки и учебных заведений и сельхозотдела ЦК КПСС о записке «Об освещении вопросов экономики сельскохозяйственного производства на страницах центральной печати»

Письмо К.П. Оболенского Председателю КПК при ЦК КПСС Пельше А.Я.

Справка ЦК КПСС по письму Оболенского К.П.

Письмо Ставропольского крайкома партии в ЦК КПСС по поводу статьи экономиста Лисичкина «Спустя два года»

Записка отделов ЦК КПСС Секретарю ЦК КПСС П.Н. Демичеву

Письмо секретаря Ставропольского краевого комитета партии Л. Ефремова по поводу статей Г. Лисичкина

Записка ЦК КПСС о письме секретаря Ставропольского крайкома партии Л. Ефремова

Записка секретаря ЦК КП Украины П. Шелеста в ЦК КПСС

Записка отделов пропаганды и плановых и финансовых органов ЦК КПСС по поводу записки П. Шелеста

III. «НОВЫЙ МИР»: ЗАФИКСИРОВАННЫЕ ПОЗИЦИИ

Справка Главлита при Совете Министров СССР в ЦК КПСС о контроле материалов журнала «Новый мир» за первое полугодие 1969 г.

Письмо начальника Главлита при Совете Министров СССР П. Романова в ЦК КПСС о цикле стихов А. Твардовского «По праву памяти»

Записка Отдела культуры ЦК КПСС о журнале «Новый мир»

Записка Отдела культуры ЦК КПСС о собрании партийной группы писателей Москвы

Письмо А. Твардовского в ЦК КПСС

Письмо А. Твардовского Л.И. Брежневу

Записка ЦК КПСС о назначении главного редактора журнала «Новый мир»

Коллективное письмо Л.И. Брежневу советских писателей о журнале «Новый мир»

Телеграмма Фазиля Искандера А.Н. Косыгину

Справка Отдела культуры ЦК КПСС об освобождении А. Твардовского от обязанностей главного редактора журнала «Новый мир»

Сопроводительное письмо КГБ СССР в ЦК КПСС к копии письма А. Солженицына А. Твардовскому

Письмо КГБ СССР в ЦК КПСС о настроениях А. Твардовского

Из справки Главлита при Совете Министров СССР по итогам контроля иностранной литературы за период с января по июнь 1970 г.

Из писем в журнал «Новый мир»

Письмо Григорьевой из Москвы в связи с опубликованием в газете «Правда» 27 января 1967 г. статьи «Когда отстают от времени»

Письмо В. Трофименко в связи с Постановлением Союза писателей СССР о работе журнала

Письмо К.М. Качанова в связи с публикацией статьи «Против чего выступает «Новый мир»? в журнале «Огонек» № 30

Копия письма Расула Гамзатова в Секретариат Союза писателей РСФСР и в редакцию «Литературной России», присланная в редакцию журнала «Новый мир»

Письмо А.А. Шкодиной в связи с сообщением в «Литературной газете» о смене редколлегии журнала «Новый мир»

IV. ЛИКИ ПИСЕМ

Письмо А.Д. Сахарова Л.И. Брежневу

Из почты корреспонденту «Известий»

Из письма академика П.Л. Капицы главному редактору газеты «Правда» академику А.М. Румянцеву

Из письма читателя В.Н. Крюкова главному редактору «Литературной газеты» А.Чаковскому

Письмо Иосифа Бродского Л.И. Брежневу

Письмо В. Сдобнова члену Политбюро ЦК КПСС Д.С. Полянскому

V. НАСТРОЕНИЯ В ОБЩЕСТВЕ: СПЕЦСЛУЖБЫ СИГНАЛИЗИРУЮТ

Записка КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС об антисоветской деятельности творческой интеллигенции

Записка КГБ СССР при Совете Министров СССР в ЦК КПСС о распространении «внецензурной литературы», или «самиздата»

Записка КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС о распространении «самиздата»

Записка КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС о некоторых негативных проявлениях среди творческой молодежи и недостатках в ее воспитании

Записка отдела культуры ЦК КПСС об участии московских литераторов в альманахе «Метрополь»

Из отчета «Средства массовой информации в современной идеологической борьбе» (проблемы теории и опыт социологических исследований) В.С. Комаровского

VI. «ДЕЛО КАРПИНСКОГО – ЛАЦИСА»

Записка Комитета партийного контроля в ЦК КПСС о непартийном поведении Карпинского Л.В., Глотова В.В., Клямкина И.М. и Лациса О.Р.

Решение Комитета партийного контроля № 728 о непартийном поведении Карпинского Л.В.

Справка КПК при ЦК КПСС о непартийном поведении Карпинского Л.В.

Из рукописи Л. Карпинского «Слово тоже дело»

Записка КПК при ЦК КПСС о непартийном поведении Лациса О.Р.

Аннотация на рукопись О. Лациса «До тридцать седьмого. Опыт документального анализа»

Решение КПК при ЦК КПСС о непартийном поведении т. Лациса О.Р.

VII. СМИ, ЧИТАТЕЛЬ, ВЛАСТЬ: МОЗАИКА ЦИФР И ФАКТОВ

Постановление Секретариата ЦК КПСС о журнале «Журналист» и освобождении Е.В. Яковлева от должности главного редактора

Письмо в ЦК КПСС о постановлении собрания коммунистов редакции газеты «Советская Россия»

Записка ЦК КПСС по письму из редакции газеты «Советская Россия»

Записка ЦК КПСС об Аджубее А.И.

Письмо заместителя главного редактора Главной редакции телевизионных программ для детей и молодежи В. Магидова в партийную организацию Института философии АН СССР о поведении Н.Ф. Наумовой

Записка КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС о распространении в СССР антисоветских материалов

Записка ЦК КПСС об устранении дублирования в изданиях журналов

Записка ЦК КПСС о сокращении объемов и прекращении выпуска некоторых журналов

Записка ЦК КПСС о заглушении иностранных радиостанций

Выписка из протокола №184 заседания Политбюро ЦК КПСС о неотложных мерах по укреплению партийной печати

Записка Идеологического отдела ЦК КПСС о неотложных мерах по укреплению партийной печати

Социологические исследования отношения к СМИ, проведенные Фондом «Общественное мнение»

ПУГАЧЕВА МАРИНА ГЕННАДИЕВНА (р.1958) – историк-архивист, социолог. Окончила Московский государственный историко-архивный институт. Работала в Центральном государственном архиве литературы и искусства (1982–1985). С 1985 – в Институте социологии РАН (руководитель Историко-социологического архива, старший научный сотрудник). К моменту выхода настоящей книги в свет вела научно-исследовательский проект «Российская социология в документах и воспоминаниях».

ПРЕДИСЛОВИЕ К ДОКУМЕНТАМ

Вторая часть книги состоит из архивных документов. Цель данного раздела – не просто проиллюстрировать сказанное в интервью журналистами и социологами, но и дополнить фактами, в какой-то мере, даже выступить арбитром в спорах. То, что в современном источниковедении получило название «oral history», обретает более крепкий фундамент. Официальные документы в основном из партийных архивов помогают увидеть механизм принятия решений, точно установить круг участников того или иного события, продемонстрировать риторику и аргументацию сторон. Эти материалы воссоздают атмосферу своего времени в обществе, характер взаимоотношений прессы и власти. Мнения читателей (то есть аудитории прессы) отражены в публикуемых нами письмах, а также данных социологических опросов.

Документы сгруппированы по нескольким темам или сюжетам, которые в определенной мере соотносятся с периодами, выделенными в предисловии к книге в целом. Внутри подборок материалы расположены, как правило, в хронологическом порядке. Исключения допущены в случаях, когда этого потребовала логика развития событий. В примечания вынесена информация о наличии документов, проливающих дополнительный свет на публикуемые материалы.

Нами выявлены и подготовлены к публикации документы из следующих государственных, ведомственных и личных архивов:

Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ) – бывший архив аппарата ЦК КПСС, Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ), Российский государственный архив литературы и искусства (РГАЛИ), Архив Российской Академии наук (АРАН), Историко-социологический архив Института социологии РАН, Архив Института «Открытое общество» в г. Будапеште, личные архивы Карпинского Л.В., Волкова А.И., Ярмолюк С.Ф. и Наумовой Н.Ф. Данные социологических опросов предоставлены банками данных Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) и Фонда «Общественное мнение» (ФОМ).

Большая часть документов обнаружена в РГАНИ. Это следующие фонды:

Фонд № 5 – отделы ЦК, в частности, Отдел пропаганды и агитации по союзным республикам (который курировал центральную прессу) и Отдел культуры (курировавший художественные журналы).

Фонд № 89 – Коллекция-фонд РГАНИ. Документы извлечены из архивов Секретариата и Политбюро (ныне Архив Президента РФ) ЦК КПСС. В ней представлены документы Международного и Общего отделов, Управления делами ЦК, Секретариата и Политбюро. К сожалению Фонд № 4, содержащий постановления Секретариата и материалы к нему в последнее время вновь закрыт для исследователей, поэтому многие документы, которые мы хотели бы опубликовать, так и останутся неизвестными читателю.

В Российском государственном архиве социально-политической истории нам была предоставлена возможность ознакомиться с персональными партийными делами Л.В. Карпинского и О.Р. Лациса, хранящимися в фонде Комиссии по партийному контролю при ЦК КПСС.

В Российском государственном архиве литературы и искусства в фонде № 1702 (журнал «Новый мир») были выявлены и опубликованы письма читателей этого журнала.

В Архиве Российской академии наук (АРАН) выявленные документы находятся в личном фонде академика Румянцева А.М. Личный фонд № 2052 до сегодняшнего дня не описан, поэтому нет указаний на номер дела и листы.

Историко-социологический архив Института социологии РАН создан в 1993 г. на базе Научного архива Института и включает в себя несколько фондов и коллекций документов по истории дисциплины. Публикуемый нами документ поступил недавно в составе рассекреченных материалов Отдела пропаганды Института.

Большой интерес представляют документы коллекции русского самиздата, хранящиеся в Архиве Института «Открытое общество» в Будапеште (Венгрия). Поскольку это зарубежный архив, то ссылки отличаются от традиционных российских.

При публикации документов соблюдались следующие археографические правила описания.

Документы публикуются не всегда в полном объеме, сокращению подвергались слишком большие тексты, части документа, не имеющие прямого отношения к теме, повторы из публикуемых рядом документов; по морально-этическим соображениям изъяты упоминания некоторых фамилий. Сокращения обозначены значком [...], в текстуальных примечаниях оговариваются лишь особые случаи сокращения.

При публикации нами опущены некоторые делопроизводственные пометы, не несущие в себе смысловой нагрузки, как то: штамп при регистрации документа в Общем Отделе ЦК КПСС, список рассылки документа, пометы “в архив” и т.д.

Датировка документа дается по дате подписания, если таковая отсутствует, то по дате регистрации или резолюции, если нет и ее, то предположительная дата дается в квадратных скобках [...].

Практически все публикуемые нами документы – машинопись. В случаях, когда текст написан от руки, это оговаривается как «Автограф». Представляющие интерес визы и пометы отмечены как «Помета» и далее ее текст.

Поскольку все публикуемые документы принадлежат к современной эпохе, исправлялись незначительные орфографические и синтаксические ошибки, написание фамилий, имен, отчеств было сохранено без каких-либо изменений, если в них была допущена ошибка, это оговаривается в примечаниях. Транскрипции иностранных фамилий и имен также даются без изменений, современное написание дается в примечаниях и Именном указателе.

Большинство документов публикуется впервые.

Компьютерный дизайн и представление данных социологических опросов осуществлено научным сотрудником Института социологии РАН Епихиной Ю.Б.

Особую признательность мы выражаем Л.Ф. Чеботкевич за помощь в ознакомлении с персональным делом Л.В. Карпинского в фондах РГАСПИ и публикации документов из его личного архива.

Пугачева М.Г.

] ] ]

I. ПРЕССА И ЦЕНЗУРА

Письмо начальника Горьковского обллита Ф. Боронина Н.С. Хрущеву

[10 августа 1956 г.][12]

Никита Сергеевич!

Хочу перед Вами поставить вопрос о цензуре: он назрел и требует разрешения.

Насколько я знаю историю, цензура всегда была ненавистна народу и печати. Правительства прибегали к ней, чтобы подавлять свободную мысль и подчинять печать, а через нее общественное мнение, в своих интересах.

В частности, русская, дореволюционная цензура охраняла «неприкосновенность Верховной самодержавной власти, уважение к императорскому дому», оберегала, чтобы в печать не проникло что-либо противное коренным государственным постановлениям» (см. Устав о цензуре и печати изд. 1893 г.).

[…] Нечего таить, и мы грешим: в делах Главлита СССР, к сожалению, тоже можно найти немало цензурных анекдотов. И в наше время есть цензоры, которые запрещают называть траву «суданкой», мотивируя свое вмешательство тем, что эта трава иностранного происхождения и для опубликования требуется разрешение чуть ли не Министерства иностранных дел…

А сколько мы изъяли литературы только потому, что авторы когда-то чем-то себя скомпрометировали. Сейчас выясняется, что многие авторы ни в чем не повинны, и их книги изъяты напрасно. Изъятия производились не по содержанию, не по вредности книги, а из-за автора. В.М. Молотов, критикуя цензуру, указывал, что порой мы усиленно охраняем то, что давно опубликовано в Америке, за границей. Н.А. Булганин убедительно говорил об излишних ограничениях в печати, а А.И. Микоян о том, что статистические сведения заперты на семь замков от ученых и научных работников. Принося пользу, мы вольно или невольно, нет-нет, да и нанесем вред, ставим и себя и правительство в смешное положение.

Безусловно, нельзя проводить знак равенства между нашей цензурой и цензурой царской России. И цель и задачи их противоположно разные. Мы стоим на страже народа и действуем в интересах народа, не допуская в открытую печать сведения, которыми могут воспользоваться враги наши, во вред СССР и Коммунистической партии Советского Союза, во вред интересам трудящихся. […][13]. Но ведь это, надеюсь, понятно не только нам – цензорам, но и редакторам и руководителям издательств, учреждений и организаций. Нам это вменено как служебная обязанность, но она не хуже, если не лучше может быть выполнена редакторами, нач. спецотделами предприятий и учреждений, директорами полиграфпредприятий. С осени прошлого года был упразднен институт цензоров-совместителей в сельских районах. Сейчас уже можно определенно сказать, что это мероприятие вполне оправдало себя: количество нарушений значительно уменьшилось, а в большинстве случаев ликвидировано совсем. Редакторы, став собственными цензорами, почувствовав личную ответственность за охрану военных и государственных тайн в печати, стали на эту очень важную сторону своих обязанностей обращать должное и необходимое внимание.

Мы сейчас опекаем редакторов городских, заводских многотиражных газет, областных газет, а в Москве даже центральных. Надо подумать о целесообразности предварительного просмотра цензорами этих газет. Не ребяческая ли это игра, которая, кстати сказать, стоит очень дорого?

Нет покамест у нас цензоров, которые были бы выше, грамотнее, умнее, что ли, редакторов. Профессия журналистов складывалась веками. Подбором кадров редакторов, ведущих журналистов занимаются партийные органы, в т.ч. и ЦК КПСС. Имеются учебные заведения, которые готовят и переподготавливают эти кадры. Сюда отбираются, пожалуй, без преувеличения можно сказать, лучшие проверенные пропагандисты и агитаторы печатного слова. Для них не составит большого труда усвоить, что можно и что нельзя печатать в своих изданиях. И это редакторы газет очень хорошо понимают и, надо думать, их глубоко обижает, что их проверяют, что им, прямо скажу, не совсем доверяют. Цензорский «Перечень» со всеми изменениями и добавлениями к нему у редакторов областных газет есть, и они обязаны знать ограничения, но зачем это им, когда есть цензор, с которым можно поспорить, а если удается, то при случае и обмануть его. Получается для нашего времени не понятное: редактор и цензор – две противоположные фигуры, редактор толкает, а цензор не пускает. Цензура выглядит, как зажимщик, как чирей под пазухой, мешающий редакторам размахнуться во всю силушку, проявить все таланты.

Скажу больше – наша опека редакций двойная – мы предварительно читаем газету, журнал, книгу, перед тем как разрешить к печати, и просматриваем, чаще всего формально, перед тем как выпустить в свет.

Боюсь, что опять навлеку на себя нарекание со стороны Главлита СССР, как за письмо о цензорах-совместителях, но ей-ей, не могу молчать! Хоть убейте, но я не вижу пользы от предварительной цензуры, наоборот, она наносит двойной вред. Предварительной цензурой сняли ответственность с ответственных редакторов и издателей, этим высказано недоверие к ним; и самое главное – даем повод капиталистам, их прислужникам клеветать на нас, кричать на всех перекрестках об отсутствии якобы у нас свободы печати. Наличие же в СССР предварительной цензуры – для них прекрасный повод для злобной критики. Я считаю, что ликвидация предварительной цензуры газет, всей мелкопечатной продукции, литературных журналов повысит ответственность редакторов и партийных органов за сохранение военных и государственных тайн в печати.

Оставив за цензурой преимущественно последующий контроль, партийные органы, используя цензуру, смогут более полно и всесторонне руководить печатью. А повышение уровня партийного руководства, при отсутствии предварительной цензуры, неизбежно и крайне необходимо.

В первое время в газетах, освобожденных от цензуры, могут встречаться нарушения, могут выявляться случаи и факты недобросовестного отношения к этой стороне дела некоторой части редакторов. Таких придется призывать к порядку. А кто это должен делать? Ясно не цензура (она вообще бесправна), а партийные органы, которым редакторы подчинены.

В государственном аппарате дореволюционной России нельзя сказать, что все было негодно. Если взять цензуру, то она складывалась столетиями и из многолетнего опыта, в интересах дела, кое-что не мешало бы и нам знать. Как была построена царская цензура, хотя бы девятисотых годов?

В центре – Главное Управление по делам печати при Министерстве Внутренних Дел; оно объединяло все цензуры, и духовную, военную и т.д.

У нас – Главное Управление по охране военных и государственных тайн в печати при Совете Министров СССР и Главное Управление при Советах Министров ССР.

До революции на местах – в крупных центрах и краях цензурные комитеты (Варшава, Одесса, Прибалтика и т.д.). Комитет возглавлял вице-губернатор, в Варшаве – специальное лицо. При комитете штат цензоров по печати, инспекторов по типографиям, по библиотекам, по драматургии и искусству и технические служащие. Но при любых обстоятельствах главные вопросы печати решали губернатор или вице-губернатор, и они несли полную ответственность за состояние печати в своих губерниях.

В менее значительных губерниях существовали цензурные округа, в частности до 1893 г. Н.Новгород входил в Казанский округ. В 1893 г. в Н.Новгород и ряд др. губерний были выделены специальные цензоры, подчиненные губернатору. В остальных губерниях цензура поручалась губернаторам или вице-губернаторам, которые этим делом руководили через старших чиновников особых поручений. При каждой подцензурной газете выделялся цензор, работающий по совместительству.

У нас на местах – Управления по охране военных и государственных тайн в печати при облисполкомах и т.д. Но это «при» часто формальное, т.к. облисполкомы по этой части не имеют никаких указаний, никаких положений и за состояние цензуры фактически не несут никакой ответственности. Начальник, наоборот, несет ответственность, но он не наделен никакими правами, кроме общегражданских и общепартийных идти в советские или партийные органы и ставить вопросы. Подконтрольные организации и учреждения Управлению цензуры ни с какой стороны не подчинены. Наши разъяснения и жалобы в соответствующие организации, в т.ч. и партийные, не всегда достигают цели. Цензура последующая должна по своему существу влиять оперативно, а в случае неподчинения располагать правами обязывать и, в крайних случаях, наказывать.

В этом пункте могут быть серьезные возражения, т.к. наделение цензуры каким-то административными правами попахивает т.н. карательной цензурой, что явно противоречит Конституции. Как же быть?

Анализируя построение цензуры до революции и теперь, я пришел к такому выводу, что наша цензура нуждается в некотором организационном изменении, как теперь говорят, в перестройке.

Главные управления так и остаются, как и были: мне трудно о них что-либо сказать. Меня, признаться, больше волнует местная цензура. В отношении местной цензуры может быть такой вариант.

Вместо управлений (какие мы управления и кем мы управляем, когда в подчинении большинства Обллитов 7–10 цензоров) – создать при Облисполкомах комитеты по делам печати[14]. Состав комитета должен состоять из 5–9 членов, подбираемых и утверждаемых Облисполкомом. Председателем комитета целесообразно назначить зам. председателя облисполкома по вопросам культуры и здравоохранения, заместителем – главного цензора, который должен быть освобожденным работником, фактическим руководителем комитета; секретарем – зам. главного цензора или старший цензор, который будет замещать в отсутствие главного цензора. Члены комитета – представитель отдела пропаганды и агитации обкома партии, желательно зам. заведующего, который ведает вопросами печати, культурно-просветительных учреждений. Представитель управления культуры – начальник или его первый заместитель. Представитель облсовпрофа, ведающий вопросами культурно-массовой работы. Работники цензуры – цензор по последующему контролю, цензор по вопросам искусств. Рабочий состав комитета – цензоры, технический аппарат – согласно штатному расписанию.

Такое организационное построение нашей цензуры дало бы возможность более глубоко и оперативно выполнять функции и предварительной, а главное, последующей цензуры по охране военных и государственных тайн в печати.

В этих предложениях, мне кажется, есть серьезная возможность несколько сократить цензорский аппарат, улучшить ее качество, укрепить ее за счет подбора более подготовленных и квалифицированных кадров.

Такой перестройкой решается и вопрос некоего принуждения через зам. председателя облисполкома, управление культуры, облсовпроф, и, надо думать, через представителя обкома партии, не прибегая к официальным, исходящим от цензуры мерам.

Ладно ли надумал? Вам виднее. Во всяком случае эти предложения идут из благих намерений улучшить контроль по охране военных и государственных тайн в печати.

Начальник Горьковского Обллита ___________________ Ф. Боронин

РГАНИ. Ф.5. Оп.33. Д.15. Л.85-94 Подлинник.

] ] ]

Письмо академика П.Л. Капицы Н.С. Хрущеву

20 февраля 1959 г.

Глубокоуважаемый Никита Сергеевич,

Пишу Вам с жалобой на Главлит. Мероприятия Главлита, на которые я жалуюсь, затрудняют нашу работу и к тому же оскорбительны для советского человека, поскольку непонятна та цель, которую они преследуют.

Эти новые мероприятия заключаются в том, что иностранные книги, поступающие как по заказу, так и присылаемые в дар из-за границы, если на них Главлит решил поставить ограничительный шестиугольник, должны находиться в спецхранилище в институте, и только там ими надлежит пользоваться. Не только это затрудняет пользование своими книгами, но это оскорбительное недоверие к ученому-академику, который, по мнению Главлита, по-видимому, может использовать эти книги во вред государству. Как это может произойти – не понятно, поскольку они на иностранных языках и не содержат секретных сведений. Я лично не могу представить себе, какой вред от их содержания может вообще быть для любого сознательного советского гражданина. Если это забота о чистоте наших мыслей и помыслов путем запрета знания греха, то в этом мало смысла.

Известно, что прежде так считали возможным оберегать невинность девиц кисейного воспитания. Но никому еще в голову не приходило ограждать этим способом нравственность познавших жизнь великовозрастных дам. Поскольку нельзя относить развитие ученых-академиков к уровню наивных девиц, то с этой точки зрения нельзя понять эти мероприятия. По-видимому, работники Главлита мало читали Щедрина, а то им бы была понятна нелепость рвения бюрократов к запретам.

Надо заметить, что деятельность Главлита еще неудовлетворительна, потому что проверка поступлений ведется медленно и это очень задерживает своевременное получение иностранной литературы. Так, например, уже несколько лет я получаю журнал «New Statesman» – тот самый английский журнал, в котором Вы полемизируете с Расселом и Далесом. Так вот этот журнал не только приходит с замазанными карикатурами, что еще полбеды, но он приходит еще и с большим запозданием. Например, за этот год из 8 номеров пришли только 2. Потом обычно они приходят пачками по 4–5 штук. Выписанный американский журнал в этом году еще совсем не приходил.

При той интенсивной идеологической борьбе, которая сейчас происходит в мире, нельзя отрицать необходимость контроля над печатью. Хорошо известно, что это главным образом нужно, чтобы охранять мало сознательных людей от ошибочных взглядов и поступков. Особо необходимы цензурные мероприятия были после революции, в начальный период строительства социализма. Казалось бы, с огромным культурным ростом нашего населения и нашими политическими, хозяйственными и научными успехами цензура и подобные мероприятия физических ограничений должны были бы отживать. Но на самом деле происходит скорее обратное. Например, таких мероприятий, какие сейчас вводит Главлит, у нас еще не было. Я хорошо помню, как перед войной никаких ограничительных шестигранников не существовало, и я мог свободно выписывать из-за границы газеты и журналы.

Мне кажется, мы как-то мало осознаем, что на 42 году советское государство уже настолько возмужало и окрепло и так прочно стоит на ногах, что не нуждается в искусственных подпорках подобно тем, которые воздвигает Главлит и цель которых не только мало понятна, но которые приносят явный вред, так как перед всем миром портят красивый облик нашей передовой страны.

Непонятно, почему наша пропаганда, которая должна была быть у нас самым сильным оружием в идеологической борьбе, еще так слаба и далеко не использует те возможности, которые дают ей в руки наши успехи. Если бы наши пропагандисты действительно были бы на высоте нашего времени, то они первыми должны были бы возмущаться примитивностью и никчемностью действий Главлита.

Конечно, цель этого письма только просить Вас дать указания Главлиту, чтобы он своими мероприятиями не мешал бы мне заниматься и изучать иностранную литературу и предоставил бы это делать так, как мне наиболее удобно.

Буду Вам благодарен, если Вы поможете.

Ваш _____________________ П. Капица

[…][15]

Помета: "Тов.Хрущеву доложено. Тов. Суслову М.А. 27.02.59”

РГАНИ. Ф.5. Оп.33. Д.121. Л.20-23. Подлинник.

Записка начальника Главлита СССР П. Романова в ЦК КПСС относительно письма академика П. Капицы

11 марта 1959 г.

В связи с письмом академика Капицы П.Л. докладываю следующее.

Жалоба т. Капицы на Главлит СССР объясняется незнанием им характера работы органов цензуры.

Главлит не препятствует нашим организациям оперативно использовать иностранную литературу в целях контрпропаганды и изучения научно-технического опыта зарубежных стран. От цензорского контроля освобождена вся литература, поступающая в адреса следующих организаций: ЦК КПСС, Совета Министров СССР, МИД СССР и союзных республик, Академии общественных наук и Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, редакции газеты «Правда», КГБ, ТАССа, Главного управления радиовещания, журналов «Коммунист», «Новое время», «Международная жизнь» и Всесоюзного института научной и технической информации АН СССР. Кроме того, освобождены от контроля органов цензуры иностранные научно-технические издания, литература, издаваемая в странах народной демократии и издания коммунистических партий капиталистических стран.

В соответствии с постановлениями директивных органов нами контролируется буржуазная литература, поступающая из капиталистических стран в адреса министерств, ведомств, учреждений и организаций. Контроль иностранной литературы, поступающей в адреса отдельных лиц, возложен на Комитет Государственной безопасности при Совете Министров СССР.

Всего в 1958 г. Главлит проконтролировал 1,6 млн. контрольных экземпляров изданий (номеров газет и журналов, названий книг и брошюр) общим тиражом 24 млн. экз., из которых 18 млн. экз. было разрешено для пользования в общих фондах библиотек, и 6 млн. экз., содержащих антисоветские и антисоциалистические материалы, направлено в спецфонды библиотек. Кроме того, уничтожено более 250 тыс. экз. иностранных сугубо враждебных изданий, засланных в СССР.

Иностранная литература контролируется нами в следующие сроки: издания, предназначенные для распространения через «Союзпечать», – два-три часа, авиапочта – в день поступления, остальные газеты – сутки, журналы – двое-трое суток, книги – до пяти суток.

После Постановления ЦК КПСС от 28 июля 1958 г., в котором была осуждена практика выписки министерствами, ведомствами и организациями политических, бульварных, развлекательных и подобных иностранных изданий, в которых они не имели никакой надобности по характеру своей работы, Главлитом был проверен порядок выписки и использования иностранной литературы в Книжном отделе Академии наук СССР и выявлены серьезные недостатки в этом деле.

Об этих фактах мы сообщали Президенту АН СССР т. Несмеянову А.Н. и во исполнение Постановления ЦК КПСС внесли на рассмотрение АН СССР предложения по упорядочению выписки и использования иностранной литературы в системе Академии наук. Тов. Несмеянов согласился с нашими предложениями и сообщил нам о соответствующих мероприятиях, которые проводятся Академией для устранения обнаруженных недостатков. Таким образом, порядок хранения и пользования иностранной литературы[16] в системе Академии наук установлен, как это и предусмотрено Постановлением ЦК КПСС, Президентом АН СССР.

Что касается иностранных изданий, упомянутых в письме т. Капицы, докладываю следующее.

Тов. Капица выписывает для себя иностранную литературу через несколько организаций: через Книжный отдел АН СССР – по индивидуальной подписке и Московское отделение АН СССР на адрес Института физических проблем им. С.И. Вавилова. Кроме этого, литература из-за границы поступает и непосредственно на домашний адрес т. Капицы.

Через Московское отделение АН СССР в адрес Института физических проблем им. С.И. Вавилова тов. Капица выписывает журналы «Нью стейтсмэн энд нейшэн» (Англия) и «Юнайтед стейтс ньюс энд уорлд рипорт» (США). Оба эти издания являются политическими реакционными журналами, не имеющими к науке и технике никакого отношения и постоянно публикующими грязные антисоветские материалы. В этих журналах систематически помещается большое количество статей о так называемой «борьбе за власть в Кремле», направленных против руководителей КПСС и Правительства СССР, в особенности лично против товарищей Н.С. Хрущева, М.А. Суслова и Е.А. Фурцевой.

Естественно, что такие издания выписываются в СССР лишь организациями, которым они нужны по характеру своей работы, а органами цензуры запрещаются для общего пользования. Нам непонятно, зачем т. Капице понадобились эти сугубо махровые антисоветские издания и почему он желает иметь эти журналы у себя дома. По нашему мнению, они т. Капице для работы не нужны и мы считаем, что он злоупотребил своим правом выписки иностранной литературы по специальности, т.к. в соответствии с Постановлением Совета Министров СССР № 4046-1624сс от 25 октября 1948 г., действительные члены АН СССР имеют право выписки иностранной литературы только по специальности.

Мы также не можем согласиться с заявлением т. Капицы о задержке в органах цензуры выписанных им изданий. Главлит контролирует упомянутые им журналы в срок один-два дня. Задержка в получении этих изданий, если она и случается, происходит по вине работников Московского отделения АН СССР, получающих ограниченные для общего пользования издания с Московского почтамта всего один раз в неделю. Кроме того, полученная с такими задержками иностранная литература передается Московским отделением в Институт физических проблем им. С.И. Вавилова для т. Капицы лишь на второй-третий день.

Такие же серьезные неполадки со сроками доставки литературы имеются и в Книжном отделе АН СССР, например, книга Роберта Юнка «Светлее тысячи солнц», выписанная Книжным отделом (как выяснилось сейчас – для т. Капицы), проконтролирована нами 13 января с.г., получена Книжным отделом 20 января и еще 3 марта не была доставлена в Институт физических проблем.

Таким образом, жалоба т. Капицы на Главлит СССР является необоснованной и не может служить причиной для изменения установленного в соответствии с решениями директивных органов существующего порядка контроля и использования поступающей в СССР иностранной литературы, содержащей антисоветские и антисоциалистические материалы.

О задержке иностранной литературы, поступающей на домашний адрес т. Капицы, мы ничего сообщить не можем, т.к. указанные издания контролируются органами КГБ при Совете Министров СССР.

Начальник Главного управления по охране

военных и государственных тайн в печати

при Совете Министров СССР _______________________ П. Романов

Помета: «Тов. Ильичеву Л.Ф. Тов. Суслов М.А. считает записку т. Романова формальной и просит Вас рассмотреть этот вопрос. 13.03.59 г.»[17]

РГАНИ. Ф.5. Оп.33. Д.121. Л.25-29. Подлинник.

] ] ]

Письмо И.С. Кона Секретарю ЦК КПСС М.А. Суслову

24 февраля 1960 г[18].

Глубокоуважаемый Михаил Андреевич!

Занимаясь в течение ряда лет изучением и критикой современной буржуазной социологии и идеологии в широком смысле слова, я хотел бы рассказать Вам о некоторых недостатках и трудностях в организации нашей идеологической работы, которые серьезно снижают, а иногда и вовсе сводят на нет ее эффективность. […]

Каковы причины этого?

1) Отвратительная организация научной информации. Нельзя толково вести идеологическую борьбу, не зная противника. Но абсолютное большинство иностранных книг оседает в Москве и работникам периферийных учреждений мало доступна. Это можно было бы восполнить добротной научной информацией. К сожалению, такой информации нет. Бюллетень «Новые книги за рубежом», издаваемый Издательством иностранной литературы, отражает лишь ничтожную часть литературы. Закрытый же бюллетень, рассылаемый по списку, фактически недоступен ученым, работающим на периферии. ИЛ[19] издает и рассылает по спискам переводы некоторых книг, но даже Ленинградский университет этих изданий не получает. И вообще в Ленинграде достать их нельзя. Почему? У нас же есть спецхраны, где книги были бы досягаемы только для специалиста. А нередко книги, идущие под грифом, только для специалиста и интересны. Например, в 1958 г. так была издана книжка Хайдеггера «Что такое философия», весьма специального содержания. Институты философии, стран Азии, стран Африки, мировой экономики и др. издают информационные бюллетени служебного характера. Почему нельзя посылать их в крупнейшие научные библиотеки (хотя бы в Ленинград, Киев, Минск, Свердловск и Новосибирск) для закрытого использования? Это стоило бы гроши, а дало бы много. Почему периферийным работникам нужно доверять меньше, чем московским? Почему ленинградский или киевский профессор не может пользоваться тем, что доступно любому московскому аспиранту?

2) Неправильный стиль работы органов Главлита. Среди иностранных книг, получаемых в СССР, имеется большое количество клеветнических антисоветских сочинений. Само собой понятно, что эта вредная литература не должна попадать широкому читателю. Для этого существует специальное хранение. Однако в последние два года органы Главлита, видимо, из соображений перестраховки, закрывают огромное количество специальных философских, социологических и т.п. книг без всякой к тому необходимости. Иногда закрываются даже прогрессивные книги. Например, книга американского социолога Миллса «Причины Третьей мировой войны» положительно оценена в советской печати, в том числе в журнале «Коммунист», но тем не менее находится на спецхране. На спецхране находится хорошая книга английского историка Барраклоу «История в изменяющемся мире», почти все иностранные социологические словари и справочники, книги по общей социологии и даже книга Догерти «Введение в аристотелевскую формальную логику». Нередко книга, первое издание которой открыто, вдруг закрывается во втором издании, хотя ничего нового в нем нет. Таких примеров цензорского произвола можно привести сотни.

В чем здесь дело? Вероятно, цензор, не имея времени прочитать книгу и не будучи в состоянии разобраться в ее содержании (это и не входит в его обязанности), закрывает книгу «на всякий случай». Но такая практика неправильна. […]

Я со всей ответственностью утверждаю, что очень многие книги, находящиеся на спецхране, ничем не отличаются от тех, которые выдаются свободно. Если попытаться закрыть все то, что противоречит марксизму, то гораздо проще было бы посылать на спецхран всю буржуазную литературу. Но тогда надо расширить соответствующие отделы библиотек.

Может возникнуть вопрос: а не все ли вам равно, где читать литературу? Ведь вам никто не мешает ходить в отдел спецхранения и получить соответствующее разрешение легко? Нет, не все равно. Во-первых, спецхрановскую литературу нельзя получить домой, а сидеть целыми днями в библиотеке не каждый может. Во-вторых, перегрузка отделов спецхранения случайной литературой приводит к тому, что там нелегко найти даже место для работы. В-третьих, что особенно важно, спецхрановскую литературу почти невозможно получить по межбиблиотечному абонементу. В-четвертых, доктора наук имеют право на выписку очень небольшого количества иностранной литературы. Естественно, что они стремятся выписать справочные пособия. Но что прикажете делать, если все социологические справочники подлежат спецхрану и, следовательно, не выдаются на дом? Ясно, что это сильно мешает нашей работе и снижает ее продуктивность.

[…] Прежде чем написать это письмо, я советовался со многими товарищами, занимающимися критикой буржуазной идеологии, а также с библиотечными работниками, и убедился, что их волнуют те же самые проблемы.

С уважением __________ доктор философских наук И.Кон

Помета: «тт. Ильичеву, Кириллину. Прошу обратить внимание, подготовить предложения. М. Суслов. 28.01.61».

РГАНИ. Ф.5. Оп.33. Д.186. Л.1-7. Подлинник.

Справка Главлита СССР в связи с письмом в ЦК КПСС И.С. Кона

13 февраля 1961 г.

I. В соответствии с указанием директивных органов, а также с «Положением о Главном управлении по охране военных и государственных тайн в печати при Совете Министров СССР», утвержденным Постановлением Совета Министров СССР от 24 февраля 1958 г. № 219-106, органы Главлита СССР обязаны предотвращать распространение иностранных изданий, «содержащих антисоветские и антисоциалистические материалы». Указанным положением Главлиту СССР предоставлено право «ограничивать пользование иностранными изданиями, содержащими антисоветские и антисоциалистические материалы, или конфисковывать их».

В практике работы Главлитом СССР ограничиваются для общего пользования, т.е. направляются для хранения в спецфонды библиотек, только те иностранные издания капиталистических стран, которые содержат антисоветские и антисоциалистические материалы, а также религиозно-пропагандисткие, порнографические издания и вся литература, издаваемая антисоветскими эмигрантскими организациями. При этом контролируемые иностранные издания оцениваются с точки зрения политической, т.е. содержат ли эти произведения антисоветские и антисоциалистические материалы, а не с точки зрения правильности помещенных в них тех или иных технических и прочих теорий. Следует при этом иметь в виду, что вся литература капиталистических стран, поступающая в директивные органы, а также организации нашей страны, занимающиеся оперативной контрпропагандой, от контроля Главлита СССР освобождена. Органами цензуры контролируется иностранная литература, предназначенная для публичных библиотек, заводов, высших учебных заведений и других организаций, в которых к этим изданиям имеет доступ широкий круг читателей. Необходимо также отметить, что от контроля органов цензуры освобождены поступающие в СССР литература стран народной демократии, издания коммунистических и рабочих партий капиталистических государств, иностранная научно-техническая литература, а также произведения печати, изданные до 1917 года.

II. Мы не можем согласиться с утверждениями т. Кона о том, что органы Главлита чинят произвол, ограничивают иностранные издания без достаточных к тому оснований, не разбираются в книгах по существу и т.п.

Неправильность обобщений, сделанных т. Коном в его письме, видна из разбора тех буржуазных книг по социологии, которые конкретно упоминаются в его письме.

а) В книге Кеннета Ф. Догерти «Логика. Введение в формальную логику Аристотеля», изданной в США в 1956 г., ее автор – американский философ разбирает историю развития формальной логики.

В подтверждение правильности или неправильности силлогизмов он часто приводит примеры из современной политики, истории, экономики. Зачастую в этих примерах содержатся выпады против коммунизма, Советского Союза, Китайской Народной Республики. Например, на стр. 47 приводится определение: «Коммунист – это красный фашист», а на стр.48 говорится: «Коммунисты смешивают понятия противного и противоположного на своем языке диамата или диалектического материализма… Карл Маркс и Фридрих Энгельс, основатели диалектики, испытывали особую ненависть к формальной логике, которую они никогда не понимали. Это один из примеров непонимания ими основ».

Эта мысль продолжена автором и на стр.68: «Коммунисты изобрели псевдо-философию и биолога-эволюциониста, который, исходя из ошибочного понимания противоречия, не в состоянии даже дать определение своим терминам».

На стр.115 приводится следующий пример неправильного, по мысли Догерти, силлогизма: «Все советские миротворцы – поджигатели войны. Иван – советский миротворец. Иван не является поджигателем войны».

Далее автор приводит примеры правильных, по его мнению, силлогизмов. […]

Проверка показала, что в настоящее время разрешать для общего пользования поименованные т. Коном в его записках книги нет оснований и необходимости, т.к. в них содержится антисоветские и антисоциалистические материалы. Справка по этим книгам прилагается.

Таким образом, утверждения т. Кона о «произволе цензуры» и необходимости разрешения для общего пользования реакционных книг по социологии, изданных в последнее время в капиталистических странах, не только не основательны и беспочвенны, но и вредны. Нужно учесть при этом, что книги, о которых пишет т. Кон, посвящены не технике, точным наукам и производству, а буржуазной социологии, которая от начала до конца враждебна нашей идеологии. В этой связи мы не можем согласиться с т. Коном, утверждающим, что такие книги понятны лишь избранным единицам, подобных ему[20]. Антисоветские и антисоциалистические положения, содержащиеся в этих книгах, не должны быть доступны любому читателю, которому данные произведения не нужны по роду служебной или научной деятельности. Кроме того, нас не может не удивить то, что в настоящее время острейшей идеологической борьбы с буржуазной идеологией, борьбы против попыток идеологов американского империализма помешать огромной воспитательной работе, проводимой нашей партией, работник идеологического фронта, каким, видимо, считает себя т. Кон, ратует за практически неограниченное распространение в советских публичных библиотеках буржуазных писаний, наполненных клеветническими выпадами против нашей страны, теории марксизма-ленинизма. С такой позицией т. Кона мы согласиться не можем, т.к. она объективно идет навстречу постоянным стремлениям беспрепятственного распространения в Советском Союзе враждебных нашей идеологии изданий.

III. Беспочвенны утверждения т. Кона о том, что Главлит СССР, направив в спецфонды библиотек ряд иностранных буржуазных изданий по социологии, «засекретил» их, прячет эти книги от советских ученых.

Приложение: «Справка о книгах, упомянутых т. Коном в его записках в библиотеки, как якобы неправильно ограниченных органами Главлита СССР для общего пользования» – на 21 листе.

Зам. Начальника Главного управления по охране

военных и государственных тайн в печати

при Совете Министров СССР _____________________ Охотников А.П.

Зам. начальника второго отдела __________________ Найденов В.И.

РГАНИ. Ф.5. Оп.33. Л.11-23. Подлинник.

Записка отделов пропаганды и агитации по союзным республикам и отдела науки, высших учебных заведений и школ ЦК КПСС о письме И.С. Кона

31 марта 1961 г.

[…] Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам и Отдел науки, вузов и школ ЦК КПСС рассмотрели письмо т. Кона. Считаем, что некоторые предложения т. Кона целесообразно принять. Так, необходимо несколько расширить список организаций, которым рассылается издаваемый Издательством иностранной литературы закрытый бюллетень о книгах, выходящих за рубежом, включить в этот список Ленинградский, Киевский, Минский, Горьковский, Свердловский, Новосибирский, Харьковский, Тбилисский, Ташкентский государственные университеты, обязав Главлит организовать надлежащий контроль за правильностью хранения и использования бюллетеня в названных учебных заведениях. Целесообразно также дать указание библиотекам: иностранной литературы, им. Ленина, общественных наук АН СССР и другим получающим иностранную литературу – улучшить для научных работников условия ознакомления с зарубежными книгами и статьями.

Просим на это согласия.

Вместе с тем считаем нецелесообразным поддерживать предложение о расширении списка организаций, которым рассылаются переводы буржуазных авторов.

Что касается предложения т. Кона относительно ослабления цензурных требований, касающихся иностранных книг, содержащих антисоветские и антисоциалистические утверждения, то это предложение принимать нецелесообразно. [...]

Зам. заведующего Отделом пропаганды

и агитации ЦК КПСС по союзным

республикам ___________________________ А.Романов

Зам. заведующего Отделом науки,

высших учебных заведений и школ ____________ Д.Кукин

РГАНИ. Ф.5. Оп.33. Д.186. Л.8-9. Подлинник.

] ] ]

Письмо КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС

о Проекте закона о распространении, отыскании и получении информации, подготовленном группой ученых и представителями творческой интеллигенции

14 ноября 1967 г.

СЕКРЕТНО

По поступившим в Комитет государственной безопасности данным, группой ученых и представителей творческой интеллигенции в количестве свыше 100 человек подписан документ, в котором преднамеренно искажается политика нашей партии и государства в области печати, ставится вопрос об отмене цензуры и упразднении Главлита, провозглашается по существу ничем неограниченное право любого лица, группы лиц издавать любые печатные издания, осуществлять постановку спектаклей, производство и демонстрацию кинофильмов, устраивать выставки и концерты, осуществлять радио- и телепередачи. В числе подписавшихся академики ЛЕОНТОВИЧ, САХАРОВ, КАПИЦА, КНУНЯНЦ, писатели КОСТЕРИН, КАВЕРИН, КОПЕЛЕВ, композиторы ПЕЙКО, ЛЕДЕНЕВ, КАРЕТНИКОВ, художники БИРГЕР, ЖИЛИНСКИЙ и другие. Указанный документ адресован Президиуму Верховного Совета СССР. Копия документа, добытая принятыми нами мерами, направляется в порядке информации.

Комитетом принимаются дополнительные меры для пресечения деятельности организаторов указанного документа.

Председатель Комитета Госбезопасности ____________ Андропов

Копия

Экз. № 1

В Президиум Верховного Совета СССР

Одним из первых декретов Советской Власти был декрет о печати, полный текст которого приводится ниже: […]

Приведенный декрет, а также ст. 125 Конституции СССР, в которой указано, что свобода слова и печати гарантируется законом, предполагают издание специального закона о печати. Однако такого закона до сих пор нет, не существует также специального закона, регулирующего распространение информации в других формах. В то же время постоянно возрастающая потребность в информации и значительное увеличение и усложнение информационного потока выдвигают множество вопросов правового характера, которые могут быть наиболее рационально решены только посредством издания специального союзного закона о распространении, отыскании и получении информации. Причем современные условия, как нам кажется, позволяют сделать этот закон в соответствии с указанным декретом «самым широким и прогрессивным». Положение в стране стабилизировалось настолько, что, по нашему мнению, появилась возможность поставить на обсуждение вопрос об отмене некоторых временных мер административного воздействия на печать и другие средства информации и, в частности, вопрос об отмене цензуры. Настало время пересмотреть ряд устаревших положений некоторых нормативных актов, принятых еще в 20–30 годах, например, декрета ВЦИК и СНК РСФСР от 5 октября 1925 г. (с дополнениями от 17 сентября 1928 г. и 30 мая 1930 г.), который фактически наделяет Главлит цензорскими полномочиями и в котором, в частности, говорится:

«Главное управление по делам литературы и издательства объединяет все виды политически-идеологического просмотра печатных изданий … и … руководит: … б) предварительным просмотром всех предназначенных к опубликованию, распространению и к публичному исполнению произведений как рукописных, так и печатных (издание периодических снимков, рисунков, нот, фильмов, карт и т.п.), издаваемых в РСФСР и ввозимых из-за границы; в) составлением списков произведений печати, запрещенных к продаже, распространению и публичному исполнению…» (текст дан по книге: «Хронологическое собрание законов, указов Президиума Верховного Совета и постановлений Правительства РСФСР. М., Госюриздат, 1959, т.1, стр.131).

Цензура в нашей стране являлась одним из орудий диктатуры пролетариата. В настоящее время, как указано в Программе КПСС, «диктатура пролетариата выполнила свою историческую миссию и с точки зрения внутреннего развития перестала быть необходимой в СССР». Поэтому, как нам кажется, современным условиям гораздо более соответствует такая форма контроля со стороны общества за распространением информации, как ответственность перед судом за нарушение законов посредством печати и других средств информации в сочетании с контролем редакторов, изготовителей и распространителей произведений.

Отмена цензуры предоставит больший простор инициативе граждан и организаций. Это приведет к усилению притока информации, необходимой как для позитивной деятельности, так и для быстрого выявления ошибок.

Усиление роли судебного контроля за распространением информации в результате отмены цензуры будет иметь большое положительное значение, потому что при таком контроле, основанном не на личном мнении представителя (или даже представителей) администрации, а на действующих законах, возможность ошибок гораздо меньше, чем при административном контроле. Уменьшение возможности ошибок будет обеспечиваться также тем, что судебный контроль, осуществляемый в ходе открытого судебного разбирательства, является более гласным, чем контроль административный.

Могут возразить, что судебный контроль недостаточно эффективен, т.к. осуществляется уже после выхода произведения в свет. Однако не следует забывать, что ответственность перед судом является основой предварительной самоцензуры авторов, редакторов, изготовителей и распространителей произведений. Кроме того, в условиях, когда большая часть средств информации принадлежит государству или субсидируемым им организациям, предварительный контроль за основной массой информации может осуществлять государство через редакторов, изготовителей и распространителей. Более того, государство может организовать оперативный контроль на стадии после изготовления, но до распространения произведений. Для этого можно обязать изготовителей и распространителей представлять первые изготовленные экземпляры произведений или сведения о репертуаре в соответствующие государственные учреждения.

Сторонники существующей формы контроля за распространением информации утверждают, что цензура необходима для предотвращения разглашения военной и государственной тайны. Однако, как известно, каждого, кто имеет доступ к секретным сведениям, предупреждают о том, что эти сведения не подлежат разглашению. Поэтому случайно, «по незнанию», такой работник разгласить секретные сведения не может, а если он сознательно захочет предать их огласке, то цензура вряд ли сможет ему помешать. Кроме того, цензор в настоящее время фактически не решает вопрос, является материал секретным или нет. К любой публикации научно-технического характера прилагается акт компетентной экспертной комиссии, подтверждающий возможность и целесообразность опубликования данного материала. Цензор в сущности только проверяет наличие такого акта, а это может делать любой достаточно квалифицированный и компетентный редактор либо работник предприятия-изготовителя или предприятия-распространителя.

Учитывая сказанное выше, убедительно просим ускорить издание специального закона, регулирующего процессы распространения,  отыскания и получения информации. В качестве одного из рабочих черновых вариантов просим поставить на обсуждение Верховного Совета СССР следующий законопроект: […][21]

Подписи под петицией в Президиум Верховного Совета СССР с просьбой поставить на обсуждение проект Закона о распространении, отыскании и получении информации (продолжение):

Верно: Начальник 5 управления Комитета госбезопасности при СМ СССР.

Архив института «Открытое общество» №1156. Копия. Документ публикуется по: «История советской политической цензуры». С.180–187.

] ] ]

II. ЗА РАМКАМИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДИСКУССИИ В ПЕЧАТИ

Письмо Ф. Кулакова П. Демичеву о проекте записки «Об освещении вопросов экономики сельскохозяйственного производства на страницах центральной печати»

20 февраля 1967 г.

Уважаемый Петр Нилович!

Группой товарищей подготовлен проект записки «Об освещении вопросов экономики сельскохозяйственного производства на страницах центральной печати». Может быть следовало бы поручить тт. Степакову В.И., Трапезникову С.П. и Карлову В.А. предварительно переговорить с руководителями органов печати, упомянутых в записке, попросить от них объяснений, а затем внести (если это потребуется) соответствующие предложения в ЦК КПСС.

Ф.Кулаков

РГАНИ. Ф.5. Оп.59. Д.25. Л.15. Подлинник.

«Об освещении вопросов экономики сельскохозяйственного производства на страницах центральной печати»

В последнее время в печати появились выступления отдельных экономистов, которые дают путаные и нередко ошибочные рекомендации по важнейшим вопросам дальнейшего развития сельского хозяйства.

Экономисты В.Венжер, Л.Леонтьев, Л.Кассиров, М.Лемешев и некоторые другие выступают с критикой существующего порядка управления и планирования в сельскохозяйственном производстве и «радикальными» предложениями по его совершенствованию. Суть выдвинутых ими рекомендаций сводится к тому, чтобы дать широкий простор закону стоимости, которому отводится по существу роль основного регулятора производства, экономической жизни общества, чтобы отмен продуктами сельского хозяйства и промышленности осуществлялся исключительно на основе свободного спроса и предложения через «свободный» рынок.

31 января 1967 г. «Комсомольская правда» опубликовала пространную статью доктора экономических наук Л.Кассирова и кандидатов экономических наук И.Карлюка и В.Морозова «Мартовские всходы». Авторы неправильно истолковывают и грубо извращают смысл решений мартовского (1965) Пленума ЦК КПСС. […][22]

Во всех работах тов. Кассиров проводит мысль о том, что необходимо отказаться от централизованного планирования натуральных показателей государственных заготовок и заменить их стоимостными показателями. В государственном народнохозяйственном плане наиболее целесообразно, на его взгляд, устанавливать задания лишь по прибыли, отчисляемой в государственный бюджет. Все остальное должно определяться, устанавливаться самим коллективом на основе приспособления к требованиям закона стоимости. «Установление заданий колхозам и совхозам по объему и структуре реализуемой государству продукции, – считает тов. Кассиров, – есть не что иное, как элемент администрирования в планировании…» (Журнал «Вопросы экономики» № 1 за 1965 г., стр.55).

В книге «Плановые показатели и хозрасчетные стимулы производства в колхозах и совхозах», вышедшей в свет значительно позже мартовского Пленума ЦК КПСС, Л.Кассиров утверждает, что доведение до колхозов и совхозов планов закупок в натуральном выражении является экономически необоснованным, в той или иной мере представляет возврат к отвергнутым партией методам административного регулирования сельскохозяйственного производства. Плановые задания по товарной продукции полеводства в натуральном выражении, по его мнению, навязываются колхозам и совхозам, без учета их специализации. Планы закупок продуктов животноводства по видам и объему также ограничивают хозяйственную самостоятельность колхозов и совхозов, так как неизбежно предопределяют поголовье и структуру стада по видам скота. Исходя из этого, он предлагает заменить устанавливаемые хозяйствам натуральные показатели по продаже сельскохозяйственной продукции государству стоимостными, а планы закупок в натуре доводить только до заготовительных организаций и предприятий.

Подобные рассуждения оторваны от жизни, от практики. Только располагая твердым планом-заказом государства, то есть гарантированной возможностью сбыть продукцию, намеченную к производству, колхозы могут правильно вести свое хозяйство. Без этого важнейшего условия неизбежны стихийность в производстве, возрастание трудностей со сбытом продукции. Таково мнение самих руководителей колхозов. […]

К сожалению, статья «Мартовские всходы» в «Комсомольской правде», как и в некоторых других центральных печатных органах, явление далеко не единичное. Нередко появляются материалы с несостоятельными рекомендациями, высказанными в еще более откровенной форме.

Вызывает недоумение характер ряда выступлений «Правды», затрагивающих проблемные вопросы развития экономики колхозного и совхозного производства. В материалах «Правды» нередко весьма вольно истолковывается смысл экономических мероприятий, осуществляемых в настоящее время на селе. Делается та же попытка – эффективность этих мероприятий оценивать прежде всего по тому, насколько широко они опираются на «всемерное развитие товарно-денежных отношений», на принцип «купли-продажи». Иными словами, речь идет о том, чтобы дать полный простор действию закона стоимости. С этих позиций в ряде материалов ведется разговор о причинах отставания сельского хозяйства, о путях его подъема, оценивается практика планирования сельскохозяйственного производства, в частности, закупок продукции, действенность хозрасчета, эффективность использования капиталовложений и даже основного средства производства – земли.

В статье начальника Вологодского областного управления сельского хозяйства Ю.Седых «Хозрасчет в колхозах», опубликованной под рубрикой «Проблемы сельского хозяйства» («Правда», 18 февраля 1966 г.), говорится: «Колхозы Вологодчины и соседних областей Северо-Запада особенно сильно чувствовали пренебрежение законом стоимости, проявившееся во взаимоотношениях артелей и государства. К этому сводятся в статье причины отставания сельскохозяйственного производства Нечерноземья.

В этом и некоторых других выступлениях «Правды» не учитывается, что в условиях социализма регулятором развития производства выступает система экономических законов, а не какой-либо один из них. Дело в правильном использовании не только закона стоимости, а всего комплекса экономических факторов, и прежде всего, экономических законов планомерного и пропорционального развития, расширенного социалистического воспроизводства, а также принципов сочетания общественных и личных интересов, материальной заинтересованности работников в результатах труда и других.

В материале «Проблемы сельской экономики» («Правда», 24 апреля 1966 г.) единственный закон, о более полном использовании которого идет речь – тот же закон стоимости. В этом материале, рассказывающем о встрече группы экономистов-аграрников «За столом деловых встреч», с призывом совершенствовать существующую практику планирования заготовок сельскохозяйственной продукции выступает Л.Кассиров. Смысл его предложения сводится к тому же – доводить колхозам и совхозам «задания по реализации продукции в стоимостной форме». Предоставив слово тов. Кассирову и не оговорив неприемлемость его точки зрения, «Правда» тем самым как бы подтвердила «актуальность» и «жизненность» его рекомендаций, с которыми он широко выступает в различных органах печати и на совещаниях перед учеными и практиками.

Идея всемерного расширения товарно-денежных отношений настолько укоренилась у некоторых работников «Правды», что они стали активно поддерживать предложения отдельных экономистов об установлении платы за основное средство производства – землю. В статье зав. кафедрой политэкономии Тартуского университета, доктора экономических наук М.Бронштейна «Земля и экономические рычаги» («Правда», 26 июля 1966 г.) утверждается, что «введение в экономический оборот платы за землю, которая взималась бы в зависимости от доходности ее различных участков», будет способствовать лучшему использованию земель. «В новых условиях, – говорится в статье, – плата за землю станет составной частью общей стоимости хозрасчетного стимулирования… Плата за землю является одним из необходимых звеньев в общем комплексе мер по совершенствованию экономических рычагов планового руководства народным хозяйством».

Несколько позднее идея установления платы за землю была подкреплена статьей Л.Леонтьева «О товарном производстве при социализме», опубликованной 31 августа 1966 года под рубрикой «Вопросы теории».

Чем же аргументируется необходимость установления платы за землю? В первую очередь тем, что эта мера будет способствовать решению проблемы интенсификации сельского хозяйства, позволит ликвидировать бесхозяйственность в использовании основного средства производства, явится совершенной формой распределения дифференциальной ренты.

Несостоятельность этих доводов очевидна. Причина недостаточно эффективного использования земли в минувший период заключалась в первую очередь в том, что колхозы не имели необходимых материально-технических средства, достаточных фондов для общественно-нормального уровня оплаты труда и эффективного применения принципов материального стимулирования. Те хозяйства, где были такие фонды, использовали и используют землю эффективно и без платы за нее.

Практика показывает, что более совершенной формой изъятия дифференциальной ренты, мерой, способствующей выравниванию экономических условий различных хозяйств, является дифференциация цен и подоходного налога. Эта форма имеет дело уже с фактическими результатами деятельности хозяйств. Именно такая мера и осуществляется в настоящее время. Дело за тем, чтобы ее совершенствовать. Но т.т. Бронштейн, Леонтьев и другие, пользуясь авторитетом «Правды», предлагают принципиально другое – изымать у колхозов и совхозов средства в форме оплаты за землю, независимо от того, создана ли рента или сколько ее получено. При этом совершенно не исследуется вопрос, как такая мера отразится на положении экономически слабых и средних хозяйств.

Публикация подобных статей в «Правде» является косвенной поддержкой тех экономистов, которые выступают не только за установление платы за землю, но и за сдачу ее в аренду и продажу. Они утверждают, что, если отдельным хозяйствам земля будет в тягость, то часть ее можно продать другим хозяйствам, сдать в аренду (см. брошюру В.П. Шкредова «О планомерной организации землепользования», изд-во МГУ, 1965 г.). Земля, таким образом, превращается в объект купли-продажи, а часть хозяйств, не выдержавших «мирной конкуренции», должна свертывать производство. К этому неизбежно ведет автоматизм свободного действия закона стоимости.

Тот же подход – полная свобода товарно-денежных отношений – обнаруживается и в материалах, посвященных анализу развития хозрасчетных отношений на селе. Именно так оценивает эффективность хозрасчета сотрудник редакции Г.Лисичкин во многих своих публикациях, и, в частности, в статье «Два подхода к хозрасчету» («Правда», 19 декабря 1966 г.).

Если принцип «купля-продажа» не получает широкого простора, то такой хозрасчет, по мнению тов. Лисичкина, всего-навсего учетная категория, которую в современных условиях надо всемерно преодолевать. Видимо, поэтому внимание редакции привлекла статья кандидата экономических наук В.Кошелева «Ливенский опыт» («Правда», 28 ноября 1966 г.), в которой рассказывается о внедрении хозрасчета в орловском колхозе имени XXII съезда КПСС. Один из ведущих принципов хозрасчета, как утверждает тов. Кошелев, сам автор этот системы, – «взаимоотношения одного производственного подразделения с другим и с правлением колхоза на основе «купли-продажи».

Ливенский «опыт» изучался специальной комиссией, созданной по согласованию с Сельхозотделом ЦК КПСС. Комиссия пришла к выводу, что разработанное В.Кошелевым и осуществляемое в колхозе «Положение о полном внутрихозяйственном расчете» имеет принципиальные ошибки, противоречит Уставу артели и должно быть пересмотрено. И все же редакция «Правды» предоставляет страницы газеты тов. Кошелеву.

Столь же преждевременно и необоснованно выступила газета с пропагандой почина волгоградского совхоза «Труд» по звеньевой системе организации труда механизаторов на выращивании зерновых («Правда», 30 августа 1966 г.).

Возражения работников сельского хозяйства вызывает и постановка газетой вопроса о законном признании строителей-отходников, именуемых в народе «шабашниками», «журавлями». Именно такую задачу поставил перед собой специальный корреспондент «Правды» Ю.Черниченко в статье «Честный рубль» («Правда», 20 ноября 1966 г.).

Все эти факты говорят о том, что установившийся в «Правде» подход к освещению экономической жизни села – не случайность, а линия газеты. Эта линия основывается на чрезмерном преувеличении роли товарно-денежных отношений в подъеме сельскохозяйственного производства.

Позиция, занятая «Правдой» в постановке и решении важнейших экономических проблем развития сельскохозяйственного производства, не способствует мобилизации экономической науки на правильное их решение. Экономическая литература, выходящая в издательстве «Экономика» и пропагандирующая несостоятельность установки отдельных экономистов, газетой не рецензируется.

Такой подход становится понятным, если учесть взгляды некоторых работников редакции, ведущих вопросы аграрной теории, в частности, ее экономического обозревателя Г.С. Лисичкина. В своей статье «Жизнь вносит поправки» («Известия», 27 февраля 1966 г.) и в брошюре «План и рынок» (изд-во «Экономика», 1966 г.) он стремится доказать, что именно закон стоимости (а не комплекс законов) выступает регулятором социалистического производства, называет «догматиками» тех, кто не согласен с этим.

Увлечение товарно-денежными отношениями приводит Г.С. Лисичкина к тому, что в первую очередь по этому признаку он оценивает две формы собственности, сложившиеся в нашем сельском хозяйстве. Вольно или невольно он допускает попытки третировать совхозную форму, как сковывающую законы товарного производства и менее совершенную. («Гектары, центнеры, рубли». «Новый мир», 1965 г. № 9).

Ошибочность позиций таких экономистов, как В.Венжер, Л.Кассиров, М.Лемешев, Г.Лисичкин и некоторых других, обстоятельно раскрывалась в свете марксистско-ленинской политэкономии в ряде выступлений «Сельской жизни», «Экономической газеты», в журнале «Партийная жизнь». Так, в «Сельской жизни» эта тема поднималась в статьях «К вопросу о плане и рынке» (22 сентября 1966 г.), «Экономические методы – в основу руководства хозяйством» (29 ноября 1966 г.), «Организацию производства – на научную основу» (8 декабря 1966 г.), «Плановость – наше преимущество» (17 декабря 1966 г.), «Твердый план закупок – важный стимул производства» (21 декабря 1966 г.), «Путь к рентабельности – хозрасчет» (10 января 1967 г.), «План, хозрасчет, специализация» (25 января 1967 г.). «Правда», между тем, заняла роль стороннего наблюдателя, никак не поддержала выступления этих печатных органов.

Невмешательство «Правды» и даже известное содействие распространению несостоятельных экономических предложений способствует тому, что в периодической печати сложилось явно ненормальное положение с освещением ленинской аграрной теории. В некоторых органах печати считают чуть ли не зазорным публиковать статьи, пропагандирующие проверенные жизнью положения марксистско-ленинской политэкономической науки, и, наоборот, модным «ниспровергать» их. Публикация непроверенных, явно сомнительных предложений отвлекает усилия ученых от решения действительно актуальных и назревших проблем. Все это наносит серьезный ущерб науке, практике.

В редакциях газет «Известия» и «Комсомольская правда» проводятся беседы за круглым столом, где подвергается бичеванию новый порядок планирования сельскохозяйственного производства, установленный мартовским Пленумом ЦК КПСС, выступления в его защиту. Семинар, преследовавший ту же цель, состоялся в конце 1966 года в Доме литераторов. Там поднимались на щит очерки Г.Радова, ратующие за развитие коммерческих отношений на принципах «не хотите – не берите». Кстати, защищая эти принципы, в очерках «В селах и около» («Литературная газета», 1 ноября 1966 г.), Г.Радов неоднократно прибегает к помощи «Правды», цитируя ее статьи. Этим же приемом воспользовалась «Комсомольская правда» в материале «Журавли», опубликованном 12 января 1967 г.

Журнал «Проблемы мира и социализма» опубликовал статью М.Лемешева «В новых условиях» (№ 3, 1966, стр. 13), где выдвигается идея – установить плату за землю; хвалебную рецензию В.Тюмлера на брошюру Г.Лисичкина «План и рынок» (№ 10, 1966 г., стр.94–95).

Даже журнал «РТ», призванный заниматься вопросами радио и телевидения, – и тот внес свою лепту в «развитие» экономической теории. В статье А.Стреляного «Что такое колхоз?» («РТ» № 28, 1966 г., стр.11) огульно охаиваются демократические принципы сельхозартели и поднимаются на щит надуманные концепции В.Г. Венжера, выражается сожаление, что его книги выходят «возмутительно малым тиражом».

Отдельные работники «Правды», ратуя за полную свободу закона стоимости, стремятся подкрепить свои позиции ссылкой на зарубежный опыт. При этом за опыт порой выдается только начало эксперимента, предполагаемые результаты. 27 января 1967 г. под рубрикой «Из опыта братских стран» газета опубликовала материал своих специальных корреспондентов из Чехословакии В.Журавского и Г.Лисичкина «Новыми путями». На примере госхоза «Безно» делается попытка показать эффективность «усовершенствованной системы руководства сельским хозяйством», которая ведена «с января начавшегося года». Особое внимание авторов привлекает установление налога на землю, отмена всяких плановых показателей, которые прежде доводились до хозяйств, и т.д.

Выступления в защиту закона стоимости, естественно, приходятся по душе некоторым зарубежным экономистам, придерживающимся тех же взглядов. Большое одобрение у них вызвала, в частности, брошюра Г.Лисичкина «План и рынок». Так, газета «Борба» (орган ЦК КП Югославии) полностью опубликовала ее, а затем поместила статью своего корреспондента в Москве «Деньги – не «Золушка» («Борба», 4 сентября 1966 г.). В этом материале, излагающем рецензию кандидатов экономических наук т.т. Петракова и Гофмана на брошюру «План и рынок», опубликованную в журнале «Новый мир», дается оценка этой работе, как выдающемуся экономическому исследованию, воздается хвала ее автору. «Без всякого сомнения, – говорится в статье, – Г.Лисичкин получил сегодня право авторитетом современного экономиста-марксиста, блестящего журналиста и публициста, комментировать партийную и экономическую политику». При этом подчеркивается, что в настоящее время он работает сотрудником «Правды». По словам автора статьи, Лисичкин на марксистской основе и широко используя исторический материал, великолепно защищает закон стоимости: он по-новому и оригинально осветил ленинскую политику НЭПа и т.д. и т.п.; аргументировал то, что Сталин сделал шаг назад, возвращая советскую экономику в период «военного коммунизма». В статье подчеркивается, что предложения молодых экономистов направлены против старой гвардии экономистов-теоретиков, которые-де, не уважают объективных законов социализма.

Следует сказать и о круге авторов, выступающих в «Правде» по проблемным вопросам экономики сельскохозяйственного производства. На эти темы весьма редко появляются статьи секретарей обкомов партии, опытных сельскохозяйственных работников, руководителей и специалистов хозяйств. В 1966 году, например, в газете не появилось ни одной заметной статьи председателя колхоза или сельского экономиста по этим вопросам. Экономическая тема отдана, что называется, на откуп штатным работникам редакции и некоторым избранным московским экономистам, разделяющим взгляды, о которых говорилось выше.

Освещение в печати коренных вопросов экономики сельскохозяйственного производства нуждается в серьезном улучшении. Путаные, оторванные от жизни рекомендации отдельных экономистов, поддерживаемые на страницах периодической печати, неправильно ориентируют практических работников сельского хозяйства и могут нанести определенный ущерб[23].

Помета: «Тов. Степакову В.И., Трапезникову С.П., Карлову В.А. П.Демичев. 25.03.1967.»

РГАНИ. Ф.5. Оп.59. Д.25. Л.16-27. Подлинник.

Ответ главного редактора газеты «Правда» М.Зимянина

24 марта 1967 г.

Секретно

Редколлегия «Правды» ознакомилась с запиской сельхозотдела ЦК КПСС «Об освещении вопросов экономики сельскохозяйственного производства на страницах центральной печати». В связи с этим считаем необходимым сообщить следующее.

В освещении вопросов сельского хозяйства, как и во всей своей деятельности, «Правда» руководствуется программными документами партии, прежде всего, решениями XXIII съезда КПСС, мартовского, сентябрьского, майского и других Пленумов Центрального Комитета. В этих партийных документах содержится ясная программа работы по улучшению управления промышленным и сельскохозяйственным производством, совершенствованию планирования и усилению экономического стимулирования. Укрепляя централизованное планирование, партия определила его научные основы, подчеркнув значение экономических методов руководства хозяйством, развития хозяйственного расчета, товарно-денежных отношений в целях повышения эффективности производства, более полной реализации экономических преимуществ социализма. Партия ориентирует работников науки и производства на творческий поиск, на разработку и применение наиболее рациональных методов ведения хозяйства. На решение этих общепартийных задач и нацелена работа «Правды». Ее линия – это линия нашей партии, линия Центрального Комитета КПСС. У сельскохозяйственного отдела ЦК нет никаких оснований обвинять редакцию «Правды» в проведении какой-то особой «линии» по вопросам экономики сельского хозяйства.

В записке умалчивается о проделанной «Правдой» работе по выполнению последних решений партии в области экономической политики и даже не делается попытки рассмотреть деятельность газеты именно в свете этих решений, с позиций утверждения новых методов хозяйствования.

Между тем, наряду с освещением работ на полях и фермах страны, хода заготовок сельскохозяйственной продукции, «Правда» ставила на своих страницах вопросы управления производством в новых условиях, сочетания централизованного планирования с инициативой хозяйств, вопросы использования основных производственных фондов, специализации и концентрации производства, хозрасчета и повышения рентабельности, организации и оплаты труда, вовлечения в управление производством колхозников и рабочих совхозов и другие. На страницах газеты проведено обсуждение проблем мелиорации, использования основного средства производства в сельском хозяйстве – земли, поставлен ряд вопросов развития науки и применения ее достижений в сельском хозяйстве. Обсуждались также вопросы перестройки работы некоторых ведомств в связи с новыми условиями в сельском хозяйстве (банк, ЦСУ, торговые организации). Иными словами, «Правда» освещала те вопросы, на которые нацеливают внимание партийных организаций мартовский и сентябрьский Пленумы ЦК КПСС, XXIII съезд партии. При этом во всех своих выступлениях «Правда» последовательно проводила мысль о необходимости укрепления централизованного планового руководства и широкого использования товарно-денежных отношений в интересах развития социалистической экономики, что полностью отвечает духу и букве последних партийных решений.

Со времени мартовского Пленума ЦК КПСС «Правда» напечатала более 350 статей и корреспонденций по вопросам сельского хозяйства, в том числе около ста по проблемам экономики. Опубликовано 86 передовых статей. За это время в газете выступили сотни авторов. Только в 1966 году в «Правде» опубликовали свои статьи 11 секретарей ЦК Компартий союзных республик, обкомов и крайкомов КПСС (непосредственно по вопросам сельского хозяйства, не считая выступлений по проблемам партийной работы на селе), 30 председателей колхозов и директоров совхозов, 29 специалистов сельского хозяйства, 34 ученых, 35 работников ведомств и министерств, партийных и советских работников, всего 163 автора. Кроме того, в рейдах «Правды» по оперативным вопросам сельского хозяйства приняло участие 59 специалистов и других работников сельского хозяйства.

Разумеется, нельзя оспаривать, что в освещении газетой вопросов сельского хозяйства есть недостатки. Их устранение, повышение уровня выступлений газеты является предметом постоянной заботы редколлегии и всего коллектива редакции. Однако содержание работы «Правды» в этой области не дает оснований для выводов, сделанных авторами записки относительно ведения в ней вопросов экономики сельского хозяйства.

В записке содержатся упреки «Правде» и некоторым другим органам печати в том, что они допускают «чрезмерное преувеличение» роли закона стоимости и товарно-денежных отношений (при этом авторы записки ссылаются на статьи Ю.Седых «Хозрасчет в колхозах», М.Бронштейна «Земля и экономические рычаги», Л.Леонтьева «О товарном производстве при социализме», Г.Лисичкина «Два подхода к хозрасчету» и другие). Особые возражения у авторов записки вызывает формула «всемерное расширение товарно-денежных отношений». Но ведь известно, что это один из важнейших тезисов программных документов партии. В Программе КПСС говорится: «В коммунистическом строительстве необходимо полностью использовать товарно-денежные отношения в соответствии с новым содержанием, присущим им в период социализма».

В докладе тов. Л.И. Брежнева в мартовском Пленуме ЦК КПСС также было указано, что «свободным закупкам сельскохозяйственной продукции государство будет покровительствовать и стимулировать их устойчивыми ценами, способствовать всемерному развитию товарных отношений». Почему же пропаганду этих положений авторы записки ставят в упрек «Правде»?

В записке утверждается, что «Правда» выступает за то, чтобы «дать полный простор действию закона стоимости». Ни по форме, ни по существу такой постановки вопроса ни в одном из материалов «Правды» нет. Что касается сути этой формулировки авторов записки, то, очевидно, что закон стоимости, наряду с другими экономическими законами, действующими в нашей экономике, является объективным, и рассуждения о том, давать или не давать право действовать этому закону, а если давать, то больший или меньший простор, представляются нам ненаучными и неправомерными. Партия в своих документах ориентирует на то, чтобы познать, как тот или иной объективный закон действует в условиях социализма и выяснить, что, каким образом можно сделать, чтобы эффективнее использовать его в интересах строительства коммунизма. «Правда» считает необходимым способствовать разрешению этих проблем путем всестороннего их обсуждения.

Закон стоимости, говорил В.И. Ленин, проявляет себя в конечном счете через цены. Следовательно, оценка роли закона стоимости, его пассивного или активного воздействия на производство связана прежде всего с признанием той или иной роли цены в развитии народного хозяйства. Насколько важно соблюдать правильную политику цен, убедительно свидетельствует, например, опыт по увеличению производства хлопка и сахарной свеклы. О нем специально говорилось в докладе на мартовском Пленуме, чтобы показать взаимосвязь между политикой ценообразования и успехами сельского хозяйства. Учитывая важную роль цены, мартовский Пленум, как известно, и обратил особое внимание на необходимость совершенствования ценообразования. При этом партия в своих документах по вопросам экономической реформы ориентирует на приближение цен к уровню общественно необходимых затрат труда, подчеркивая тем самым объективную базу наших цен. Игнорирование именно такого подхода к ценообразованию с неизбежностью вело бы к рецидивам волюнтаризма и субъективизма в руководстве экономикой, которые были решительно осуждены на октябрьском, а затем мартовском и сентябрьском Пленумах ЦК КПСС. Естественно, что «Правда» не может при освещении вопросов экономической реформы обходить вопросы ценообразования, а значит и действия закона стоимости.

Опасения авторов записки, связанные с законом стоимости, являются, видимо, следствием того, что они смотрят на этот закон, как на враждебный социализму, как на «родимое пятно» капитализма. Но закон стоимости действовал не только при капитализме, а и до него. Его объективное содержание диалектически преобразовывается в зависимости от характера социально-экономического строя. […] При социализме открывается возможность эффективно использовать закон стоимости в интересах ведения планового хозяйства, целью которого является всемерное удовлетворение растущих потребностей трудящихся. Именно этим определяется место закона стоимости в системе экономических законов социализма, и «Правда» не раз подчеркивала это в опубликованных теоретических статьях (статьи Л.Леонтьева, М.Кузьминова, Я.Кронрода и другие)…

Авторы записки упрекают «Правду» в том, что она изображает закон стоимости основным регулятором производства при социализме и пренебрегает другими законами, «не учитывает, что в условиях социализма регулятором развития производства выступает система экономических законов, а не какой-либо один из них». Это явно искаженное толкование позиции «Правды», которая, разумеется, ни в одной статье не допускала недооценки того или иного объективного закона и не отрицала их взаимосвязи. Очевидно, что все экономические законы в наших условиях могут быть выражены самостоятельно лишь в общих формулах, а их взаимосвязь выражается преимущественно в стоимостных категориях. Так, экономический оборот заводов, фабрик и т.д., как известно, учитывается и происходит в стоимостных формах. Рабочая сила при социализме – не товар, она не обменивается на деньги, но доходы по труду распределяются в денежной форме. Закон стоимости и основанные на нем категории составляют тот инструментарий, при помощи которого выясняется, что выгодно и что невыгодно обществу, какой из имеющихся проектов плана следует принять, какой – отклонить. Игнорирование именно такого рода взаимосвязи между законами ведет на деле к противопоставлению натуральных и стоимостных начал в экономике с предпочтением натурализации хозяйственных связей. Надо сказать, что по этому поводу возникали и соответствующие предложения. При таком подходе труд, как общее качество всех товаров, перестает быть основой соизмерения стоимости отдельных продуктов. Это означало бы отказ от марксовой теории трудовой стоимости. Такого рода позиция в современных условиях является анахронизмом и прямо противоречит позициям партии. Решения мартовского, сентябрьского Пленумов ЦК, XXIII съезда КПСС ориентируют не на натурализацию отношений в народном хозяйстве, а, наоборот, на всемерное развитие экономических, стоимостных рычагов, инструментов в целях повышения эффективности и ускорения развития народного хозяйства.

«Правда» в своих выступлениях анализирует многие проблемы сельского хозяйства. И ранее, и сейчас газета публикует в соответствии с решением мартовского Пленума ЦК разнообразные статьи о совершенствовании материально-технического снабжения сельского хозяйства, о партийной работе на селе, систематически освещает проблемы повышения культуры земледелия. Однако на мартовском и сентябрьском Пленумах ЦК КПСС задача овладения методами планирования, основанными на учете требований объективных экономических законов, была выдвинута на первый план. И вполне естественно, что газета сосредоточивает в этом направлении особые усилия. Обращая внимание на необходимость правильного использования закона стоимости и экономических рычагов в руководстве народным хозяйством, «Правда» стремится тем самым привить, укрепить самое серьезное отношение к этому важному элементу экономической системы. Не переоценка закона стоимости, экономических рычагов, а их недооценка нанесла большой урон народному хозяйству. И это совершенно ясно выражено в постановлениях мартовского, сентябрьского Пленумов, XXIII съезда КПСС, обративших особое внимание на внедрение научно обоснованных экономических методов в планирование и управление народным хозяйством.

Предлогом для постановки авторами записки вопроса о преувеличении роли закона стоимости в ряде газет, включая и «Правду», послужила, якобы существующая недооценка ими роли централизованного планирования в области сельского хозяйства, в особенности роли плана-заказа государства. Можно назвать десятки статей «Правды», и передовых и авторских, в которых говорится о принципиальной важности и своевременности установления мартовским Пленумом ЦК КПСС твердых планов-заказов и, разумеется, нет ни одной статьи, где эта мера подвергалась бы критике.

Другой вопрос, что планы заготовок у нас существовали всегда, а вот фактические результаты оказывались нередко очень далекими от желаемых. Даже в урожайном 1966 году около 25 процентов хозяйств РСФСР не выполнили планов продажи зерна. Значит есть необходимость совершенствовать и методологию планирования, и рычаги, обеспечивающие выполнение планов.

«Правда» исходит из того, что проблемы сельского хозяйства не ограничиваются заготовками продукции, заготовки – лишь результат производства. И очевидно, что для успешного его развития нужно осознанно и планомерно опираться на объективные законы социализма, добиваясь того, чтобы экономические рычаги, материальные, как и моральные, стимулы не противодействовали плану, а точно работали на его выполнение и перевыполнение. К этому и направлены партийные решения в области экономики. Между тем, авторы записки вообще обходят роль стоимостных, т.е. экономических категорий. По записке получается, что экономическая реформа идет лишь в промышленности и лишь применительно к ней можно употреблять стоимостные категории, хотя общеизвестно, что начало экономической реформе было положено именно в деревне, именно мартовским Пленумом ЦК КПСС.

Рассмотрение указанных теоретических вопросов было бы неполным и необъективным, если бы мы не сказали о действительно имеющихся проявлениях переоценки роли рыночных отношений в определении основных пропорций народного хозяйства. Это проявилось, например, у т. Венжера в статье, которую он представлял в «Правду» в конце 1965 года, и которая была отклонена редколлегией. Тов. Венжеру было тогда указано, что в пылу критики недостатков планирования неправильно было бы забывать о том, что выполнение задачи всемерного удовлетворения постоянно растущих потребностей трудящихся (основной закон социализма) возможно лишь в условиях, когда общество сознательно, в плановом порядке мобилизует резервы развития производства, определяет основные пропорции народного хозяйства, формируя тем самым социалистический рынок, не стихийный, а плановый. На этом и основывается единство натуральных и стоимостных показателей.

Однако указанное вовсе не означает, что сегодня существует необходимость выдвигать и муссировать в печати тезис о наличии у нас группы экономистов, выступающих против социалистического планирования, за развязывание стихии рынка, причем, под «рынком» понимается порой не сфера реализации всей продукции социалистического производства, а самый что ни на есть элементарный базар. (Например, в статье «Сельской жизни» «К вопросу о плане и рынке»). Выдвижение таких обвинений не принесет пользы партии и стране, а может создать лишь повод для антисоветских измышлений на Западе.

С точки зрения интересов партии и народа представляется необходимым, чтобы и «Правда», и сельхозотдел ЦК активно ставили и помогали Центральному Комитету КПСС решать те коренные и жизненно важные проблемы развития сельского хозяйства, которые определены в решениях XXIII съезда КПСС и последних Пленумов ЦК.

Нельзя не видеть, что в практике планирования сельскохозяйственного производства и заготовок еще допускаются серьезные просчеты, наносящие ущерб производству, что применение материальных и моральных стимулов в сельском хозяйстве еще далеко до совершенства, его надо отлаживать с тем, чтобы экономические рычаги полностью содействовали и подъему производства и выполнению планов по каждому виду продукции, а не противодействовали этому. Очень остро стоят сейчас вопросы совершенствования ценообразования, специализации производства, проблемы реализации сельскохозяйственной продукции, повышения эффективности производства в совхозах и колхозах, последовательного осуществления принципов хозрасчета.

Как известно, трудности в решении этих и многих других вопросов возникли в значительной степени вследствие пренебрежения в планировании производства экономическими методами. К сожалению, названные выше экономические проблемы до сих пор комплексно не разрабатываются с должной энергией силами науки. Всесоюзная академия сельскохозяйственных наук им. В.И. Ленина (ВАСХНИЛ) и Всесоюзный институт экономики сельского хозяйства (ВНИЭСХ) не стали теми штабами, которые двигали бы вперед экономическую науку в области сельского хозяйства, отвечали на злободневные вопросы практики. На это, по нашему мнению, должно быть обращено серьезное внимание и партийных органов и печати. Необходимо больше работать с экономистами, не боясь того, что кто-либо из них в процессе научного поиска, в своих теоретических работах допустит ошибки, – это легко поправимо коллективными усилиями, научной критикой. Куда как более опасно сегодня отсутствие планомерно организованной научной разведки, затушевывание острых проблем.

По поводу отношения к науке и ученым в докладе на мартовском Пленуме ЦК КПСС было высказано принципиальное положение: «Подлинная наука ничего не принимает на веру, она не может быть монополией отдельных ученых, тем более администраторов, каким бы авторитетом они ни пользовались. К сожалению, у нас в последнее время имели место такие факты, когда некомпетентные в науке люди подчас брали на себя роль арбитров в споре между учеными и таким образом связывали их инициативу, препятствовали свободному творческому обсуждению научных проблем». «Правда» исходит именно из этого положения и поэтому не может солидаризироваться с рядом выступлений «Сельской жизни», поддержки которых требует в записке сельхозотдел от «Правды», так как «Сельская жизнь», на наш взгляд, не разрабатывает новых проблем, связанных с экономической реформой в народном хозяйстве.

Что касается замечаний авторов записки по отдельным статьям, опубликованным в «Правде», то в большинстве своем эти замечания неаргументированы, содержат неточности, а в ряде случаев искажения.

Так, в статье «Проблемы сельской экономики», которая рассказывала о встрече ученых-экономистов за «столом деловых встреч», выступление доктора экономических наук Л.Кассирова, так же, как и другие выступления, отнюдь не выдавались за рекомендацию практикам, как это утверждается в записке. Статье предпослано вступление, в котором говорится, что XXIII съезд партии поставил серьезные задачи перед учеными-экономистами в решении актуальных проблем научного планирования и управления народным хозяйством. В связи с этим редакция обратилась к группе ученых с вопросом, как они понимают свои задачи в свете решений съезда, над какими проблемами работают. «Главная проблема, над которой предстоит работать, – говорил Л.Кассиров, – сочетание централизованного планового руководства с хозяйственной инициативой предприятий». Он высказал свои соображения о перспективах развития методов планирования, в частности, о системе договоров между заготовителями и производителями, заметив, что «экономической науке предстоит решить в связи с этим многие взаимосвязанные проблемы ценообразования, внедрения хозрасчета, кредитования, материального стимулирования. Очень важно, на мой взгляд, разработать переходные этапы развития экономической реформы на селе». Заключая рассказ о встрече за «круглым столом», «Правда» отметила, что участники встречи высказали свои мнения и предположения, не претендующие на неоспоримость. О каких же безоговорочных рекомендациях может идти речь?

Поводом для публикации статьи «Ливенский опыт» послужила статья первого секретаря Орловского обкома КПСС тов. Соколова («Правда», 10 сентября 1966 г.), в которой он высоко оценивал систему хозрасчета в колхозе им. XXII съезда. Бюро обкома КПСС обсуждало этот опыт и рекомендовало его к внедрению. «Правда» считала возможным поддержать инициативу областной партийной организации, причем в примечании от редакции была сделана оговорка, что это лишь поиск, что срок проверки практикой еще невелик. Руководствуясь тем же соображением, что рассказ об эксперименте, хотя и недостаточно длительном, возможно не безошибочном, будит мысль людей, помогает им в поиске наилучших форм оплаты труда, газета опубликовала рассказ о звеньевой системе организации труда механизаторов в волгоградском совхозе «Труд».

Далее в записке говорится, что «возражения работников сельского хозяйства вызывает» статья Ю.Черниченко «Честный рубль». О таких возражениях нам до сих пор не было известно, а при подготовке статьи редакция советовалась с секретарями обкомов КПСС ряда областей, куда строители-сезонники приезжают, а также тех, откуда они уезжают. После опубликования статьи редакция получила сообщение о решении Совета Министров РСФСР, в котором, в частности, говорится: «Отметить, что в статье «Честный рубль», опубликованной в газете «Правда» 20 ноября 1966 года, правильно ставится вопрос о необходимости решения проблемы использования в сельском строительстве сезонных рабочих, приезжающих на сельские стройки из густонаселенных районов страны».

Авторы записки возражают против использования для регулирования экономических процессов платы за землю, что предлагалось в статьях М.Бронштейна и Л.Леонтьева. Аргументы авторов записки напоминают те, к каким еще недавно прибегали бывшие противники введения платы за фонды в промышленности, отрицавшие возможность использования товарно-денежных отношений в целях более эффективного применения средств производства. В сельском хозяйстве земля является основным средством производства. Здесь, не менее, чем в промышленности, необходимы меры, поощряющие интенсификацию. Кстати, заметим, что и при Ленине, после национализации земли и перехода ее в общенародное пользование, механизм погектарного налога успешно применялся для регулирования экономических процессов, и это не считалось противоречащим общественной собственности на землю.

Авторы записки сводят на нет роль налога в изъятии дифференцированной ренты, категорично утверждая, что это – задача цены. Практика доказала: чрезмерная дифференциация закупочных цен (а некоторые экономисты договариваются до того, что рекомендуют ввести свои цены чуть ли не для каждого колхоза и совхоза), ведет к субъективизму и волюнтаризму в сельском хозяйстве, лишает цену ее основной функции и фактически ликвидирует ее в качестве измерителя общественно-необходимых затрат. Проблема эта, по нашему мнению, заслуживает серьезного обсуждения, в том числе в печати.

Неправильно характеризуются в записке статья В.Журавского и Г.Лисичкина о сельском хозяйстве Чехословакии. В записке дело изображается так, будто речь идет об эксперименте, тогда как в статьях рассказано о новой системе руководства сельским хозяйством, действующей в масштабах страны с января 1967 года, эксперименты же были проведены до этого. «Правда» систематически освещает опыт братских партий в руководстве экономическими процессами. Непонятно, почему в данном случае это вызвало возражения сельхозотдела ЦК.

По поводу замечаний о брошюре Г.Лисичкина «План и рынок» следует сказать, что она написана в 1965 году, до работы т.Лисичкина в нашей редакции. В «Правде» Г.Лисичкин, как и другие работники, выполняет указания редакции, и говорить о каком-то его отрицательном влиянии, которое имеют в виду авторы записки, неуместно.

Что касается туманных намеков, будто выступления «Правды» как-то используются за рубежом, то необходимо заметить, что «Правда» ни разу не дала повода для каких-либо враждебных спекуляций за рубежом в ущерб политике нашей партии.

Замечания относительно неточностей и передержек, допускаемых авторами записки в анализе некоторых материалов, опубликованных в «Правде», можно было бы продолжить. Однако в этом нет необходимости. Отдельные выражения в авторских статьях или заметках, если эти материалы в целом приемлемы, не могут составлять предмет серьезного спора. «Правда» при отборе материалов для печати исходит из их идейной направленности, содержательности, при этом редакция относится с максимальным уважением к авторской позиции. Разумеется, когда речь идет о передовых и редакционных статьях, которые выражают позицию самой редакции, постановка вопросов и аргументация в них всегда особенно строго выдержаны в духе партийных решений.

Не располагая фактами для критики принципиальных позиций «Правды», авторы записки пользуются полунамеками, искусственно притягивают публикации, не имеющие отношения к «Правде», с помощью выражений, вроде: «является косвенной поддержкой», «тем самым как бы подтвердила» и других.

Таким образом, авторы записки, предъявляющие ряд неосновательных претензий «правде», на наш взгляд, допускают неправильное толкование некоторых важнейших положений экономической политики партии в сельском хозяйстве, дают органам печати теоретически необоснованные рекомендации, ориентируют на свертывание творческих поисков в области экономики, утверждая монопольное положение в печати определенных, порой явно устаревших взглядов на экономические процессы.

[…] Тот, кто хотел бы вернуться назад, к административным методам руководства, к отрицанию научных принципов в планировании и, прежде всего, необходимости опираться в централизованном плановом руководстве на использование и инициативу масс, тот неизбежно стал бы тормозить развитие сельского хозяйства, исторически важную работу, начатую партией.

«Правда» и впредь намерена, наряду с еще более активной борьбой за решение оперативных задач в области сельского хозяйства, за выполнение планов текущего года, освещать, руководствуясь решениями мартовского Пленума ЦК КПСС и XXIII съезда партии, коренные проблемы экономики сельского хозяйства. […] Считаем, что многие из таких вопросов целесообразно ставить и в порядке обсуждения, поскольку абсолютизация какой-то одной точки зрения неминуемо наносит ущерб развитию научной, общественной мысли. Публикуя такого рода статьи, «Правда» тем самым подтверждает, что партия не боится постановки актуальных и острых проблем, широко советуется при выработке своей политики с учеными, специалистами, практиками, с массами трудящихся. Такая работа «Правды», на наш взгляд, служит помощью ЦК КПСС и всей партии в ее колоссальной преобразовательной работе в области сельского хозяйства, как и во всех областях коммунистического строительства в нашей стране.

Главный редактор «Правды» _____________ М.Зимянин

РГАНИ. Ф.5. Оп.59. Д.25. Л.28-46. Подлинник.

Справка отделов пропаганды, науки и учебных заведений и сельхозотдела ЦК КПСС о записке «Об освещении вопросов экономики сельскохозяйственного производства на страницах центральной печати»

24 января 1968 г.

Группой товарищей был подготовлен проект записки «Об освещении вопросов экономики сельскохозяйственного производства на страницах центральной печати».

Несмотря на недостатки указанной записки, некоторые нечеткие формулировки в ней правильно указывалось на то, что в печати в 1966 и первой половине 1967 года наряду со статьями, с научных позиций рассматривавшими проблемы товарно-денежных отношений в социалистическом обществе, появились выступления отдельных экономистов (В.Венжера, Л.Кассирова, Л.Леонтьева, Г.Лисичкина и других) с путаными, нередко ошибочными положениями по вопросам экономики сельского хозяйства, в которых преувеличивается роль закона стоимости и товарно-денежных отношений при социализме, недооценивается необходимость установления колхозам и совхозам государственных планов закупок сельскохозяйственных продуктов. Эти ошибочные положения в то время не были подвергнуты критике в нашей печати.

После соответствующих указаний отделов ЦК КПСС ошибкам экономистов, стоящих на позициях преувеличения закона стоимости, товарно-денежных отношений при социализме дана острая критика в редакционной статье «Экономической газеты» (статья в номере за 30 июля 1967 г. «Правда жизни и кабинетные домыслы»), в газете «Сельская жизнь» (статья в номере от 13 сентября 1967 г. «Фактам вопреки»). Обстоятельный критический разбор ошибочных взглядов экономистов, указанных в записке, дается в книге «Итоги и перспективы» (Политиздат, 1967 г.), а также в ряде других книг и журнальных статей.

В июне-июле 1967 года эти вопросы обсуждались в отделении экономики Академии наук СССР.

Отделами ЦК КПСС принимаются меры по дальнейшему улучшению освещения в печати вопросов экономики сельского хозяйства.

Зав. Отделом пропаганды ЦК КПСС ___________ В.Степаков

Зав. Отделом науки и учебных заведений ЦК КПСС _____________ С.Трапезников

Зам. зав. Сельхозотделом ЦК КПСС ______________ В.Карлов

Помета: «В отделе пропаганды ЦК КПСС ознакомились. Зам. зав. отделом пропаганды ЦК КПСС. Т.Куприков. В архив. 6.02.68 г.»

РГАНИ. Ф.5. Оп.59. Д.25. Л.47. Подлинник.

] ] ]

Письмо К.П. Оболенского Председателю КПК при ЦК КПСС Пельше А.Я.

21 июня 1967 г.

Прошу Вас рассмотреть вопрос о непартийном отношении некоторых научных и практических работников, а также отдельных органов печати к решениям мартовского (1965) Пленума ЦК КПСС и об антипартийной оценке политики партии в области индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства.

Дело в том, что на различного рода совещаниях, в печати, в докторских и кандидатских диссертациях подвергается критике линия мартовского пленума ЦК КПСС, одобренная XXIII съездом КПСС, о планировании закупок сельскохозяйственных продуктов.

Как известно, непременным условием успешного выполнения партийных решений является строгое выполнение их коммунистами и соответствующими ведомствами и органами печати.

В этом отношении решениям мартовского Пленума ЦК КПСС явно не повезло. Прошло около года после этого Пленума, как отдельные экономисты и органы партийной и советской печати начали доказывать, что решения Пленума ЦК тормозят развитие сельского хозяйства и их нужно изменить. Вот некоторые примеры высказываний на эту тему.

«Что же требуется для того, чтобы лучше и быстрее специализировать хозяйство каждого колхоза и совхоза? Ответ напрашивается сам собою, – дальнейшее развитие рыночных отношений… Колхозы и совхозы можно без всякого опасения освободить от обязательных заданий» (В.Венжер. «Комсомольская правда», 22.06.66 г.).

«Настало, по-видимому, время признать за колхозами и совхозами право на планирование не только размеров посевных площадей, поголовья скота и общих размеров производства, но и продажи продукции государству» (Лемешев. Журнал «Вопросы экономики», № 3, 1966).

Примерно такие же высказывания имели и имеют место со стороны тт. Кассирова, Буздалова, Лисичкина и других экономистов.

В газете «Правда» было созвано совещание для рассмотрения вопроса о том, как нужно лучше выполнить решения XXIII съезда КПСС, на которое были приглашены почти исключительно сторонники ревизии решений мартовского Пленума ЦК. Главной темой выступлений была ревизия этих решений.

«Твердый государственный план-заказ станут тогда получать заготовители… Колхозы и совхозы будут иметь задание по реализации продукции в стоимостной форме» (Кассиров. «Правда», 24.04.66).

Газета «Известия», «Экономическая газета», журналы «Коммунист», «Новый мир», «Вопросы экономики» предоставили свои страницы для выступлений ревизионистов, в той или иной форме критикующих решения Пленума ЦК.

Издательства: «Экономика», «Колос», «Мысль» и другие выпустили работы ревизионистов, критикующих решения Пленума, как, например, В.Венжер: «Колхозный строй на современном этапе» (издательство «Экономика»), Г.Лисичкин «План и рынок» (изд-во «Экономика»). Л.Кассиров «План, показатели и хозяйственные стимулы» (изд-во «Экономика»), В.Ефимов «Интенсификация сельского хозяйства» (изд-во «Колос»). И.Буздалов «Экономическая эффективность интенсификации сельского хозяйства» («Колос»), А.Десятов «Интенсификация животноводства» («Колос») и др.

Большинство из этих экономистов получили или стремятся получить докторские и кандидатские диссертации, критикуя прямо или косвенно партийные решения.

Критика решений мартовского Пленума ЦК имела место и на отдельных экономических совещаниях, как например, на Свердловской областной экономической конференции и на совещании в ВПШ при ЦК КПСС в 1966 г.

При этом нужно учесть следующее. Названная выше группа экономистов не ограничивается критикой решений Пленума, ее отдельные представители порочат вообще всю политику партии.

Так, например, Лемешев на конференции в г. Свердловске 17 марта 1966 г. характеризовал коллективизацию сельского хозяйства и проводимую партией политику в области сельского хозяйства, как экспроприацию крестьянства (и это на совещании, созванном для выработки практических мер по выполнение решения Пленума ЦК), на совещании в ВПШ при ЦК КПСС он же характеризовал политику партии в области индустриализации страны как неправильную (Стенограммы обоих совещаний имеются в ЦК).

Доцент Емельянов на совещании в МГУ в 1966 г. заявил, что порядок распределения доходов, установленный при выработке примерного Устава колхоза (1935 г.) был неправильный.

В.Венжер в книге «Колхозный строй на современном этапе» противопоставляет колхозы государству, игнорирует значение государственного руководства и государственной собственности в развитии колхозов и т.д.

Большинство из книг и статей посвящены критике состояния социалистического сельского хозяйства. К сожалению, эти экономисты, наспециализировавшись на критике недостатков в нашем сельском хозяйстве, были зачислены в число «думающих экономистов». Между тем, они типичные советские «нигилисты», отрицающие все положительное, но не дающие ничего творческого, приемлемого в практической работе.

По роду своей работы в качестве директора института экономики сельского хозяйства (ВНИЭСХ) мне приходится вместе с другими учеными и практическими работниками принимать участие в подготовке ряда экономических документов и материалов, как, например, перевод совхозов на полный хозрасчет, введение гарантированной оплаты труда в колхозах, установление новых закупочных цен и некоторые другие. Однако, ни один из названных выше экономистов не принимал участия в их подготовке. Большинство этих экономистов не имеет опыта практической работы.

Естественно, возникает вопрос о том, почему стали возможными эти грубые нарушения Устава КПСС, путаница в теоретических вопросах, своего рода анахронизм в печатании книг, статей, появление рецензий на работы, критикующие партийные решения? На мой взгляд здесь несколько причин.

Одна из них состоит в том, что до сих пор не дано политической оценки этой порочной практике. Кое-кто трактует нарушения Устава КПСС, что имеет место на самом деле, как некие теоретические споры. Спорить по теоретическим вопросам нужно обязательно, дискутировать тоже, обсуждать на совещании – тоже нужно. Но ведь речь в данном случае идет о критике важных решений партии в области сельского хозяйства. После того, как принято решение ЦК КПСС, нужно все силы употребить, чтобы его выполнить – в этом сила нашей партии, – а не дискредитировать его. Если что-то нужно исправить – следует обратиться в ЦК.

Что же касается теоретических споров, связанных с товарными отношениями в нашем обществе и законом стоимости, – то опять-таки позиции этих экономистов несостоятельны, т.к. приписывать рыночным отношениям и закону стоимости роль всеобщего регулятора неправильно. Вторая причина заключается в том, что эти экономисты занимают важные посты в институтах, журналах, газетах и изданиях, причем они представляют собою тесно связанную группу, где установлены беспринципные принципы взаимной поддержки и выдвижения друг друга, продвижения книг и статей в издательствах, журналах, газетах, рецензий на эти книги.

В институте экономики Академии наук СССР работают Венжер, Кассиров, Буздалов, Каратамм, Туманова и др. Их поддерживает директор института т. Гатовский, который недавно выдвигал их на руководящие посты в институте, в институте Госплана работает Лемешев, в ТСХА – Кувшинов, в институте информации МСХ СССР Тулупников и Морозов, в МГУ – Емельянов, в Академии общественных наук – Леонтьев, в журнале «Коммунист» – Ефимов, ведающий аграрными проблемами, в «Правде» – Лисичкин, экономический обозреватель по сельскому хозяйству, в издательстве «Колос» – Десятов, ведающий экономической литературой и т.д.

Собственно, из центральных научных учреждений лишь ВНИЭСХ с самого начала занял принципиальную линию в этом вопросе и газета «Сельская жизнь», поместившая статью с критикой названных экономистов. Но почему же молчат теоретический журнал ЦК «Коммунист», «Правда», «Известия», журнал «Вопросы экономики» – орган института экономики Академии наук СССР и др. Почему молчат ученые советы института экономики, института Госплана, ТСХА, МГУ?

Почему уже после появления правильной статьи в газете «Сельская жизнь», журнал «Новый мир», казалось бы далекий от этих вопросов и малокомпетентный, – помещает статью Лисичкина с критикой газеты «Сельская жизнь» («Новый мир» № 2 за 1967 г.)?

У научных и практических работников эти вопросы вызывают недоумение и беспокойство, идут разговоры о каких-то двух линиях в этом вопросе в ЦК, хотя казалось бы, что линия есть и должна быть только одна – линия Мартовского Пленума ЦК, одобренная XXIII съездом КПСС.

Вызывает удивление позиция Министра сельского хозяйства СССР т. Мацкевича. Ему докладывали относительно кампании, развернутой в печати специальными докладными записками. В частности, в июле 1966 г. от имени ученых ВНИЭСХ я обратился к нему с просьбой поставить эти вопросы перед ЦК КПСС. В записке предлагалось провести Всесоюзное совещание экономистов, совещание экономистов-аграрников социалистических стран и ряд других мер. Однако т. Мацкевич никаких мер не принял по докладной записке, а она стала известна (видимо через его доверенное лицо т. Гулинникова) экономистам-ревизионистам, которые развернули кампанию против ВНИЭСХ и его руководства.

В связи с этим вызывает удивление и подозрение его позиция к предложениям ученых-экономитов. Так, он задерживает решение вопросов специализации колхозов и совхозов (на одном из заседаний коллегии он выступил с тезисом – «Специализация на базе изобилия»). Им не рассмотрены или искусственно задержаны рассмотрение таких важных вопросов, как оптимальные размеры колхозов, проект нового Устава, экономическая оценка земли, разработка оргхозпланов и ряд других вопросов.

Огромный аппарат Министерства работает во многом вхолостую, занимается второстепенными вопросами, а экономические вопросы не ставятся и не решаются. Тов. Мацкевич создает видимость активной работы, основное внимание уделяет конному спорту и охоте (в его распоряжении находится 6 автомашин).

Среди работников сельского широко распространены сведения о том, что т. Мацкевич в свое время исключался из партии и был снят с работы за дезертирство (был оставлен для подпольной работы и сбежал в тыл). Сейчас он подрывает авторитет ЦК и дискредитирует Генерального секретаря ЦК тов. Брежнева Л.И., хвастаясь якобы близкими с ним отношениями.

Тов. Мацкевич поддержал гнусную кампанию, развернутую против ВНИЭСХ и его руководства Десятовым, Ефимовым, Лемешевым и др. ревизионистами, пытался протащить Буздалова, Лемешева и других на руководящую работу во ВНИЭСХ.

Прошу Вас рассмотреть и проверить изложенные здесь материалы и принять необходимые меры, вытекающие из функций Комитета Партийного Контроля при ЦК КПСС.

К.П. Оболенский, член КПСС, профессор, доктор экономических наук, член корреспондент ВАСХНИЛ

[Виза: тов. Степакову В.И. П.Демичев. 12 июля 1967 г.]

РГАНИ. Ф.5. Оп. 59. Д.32. Л.203-208. Копия.

Справка ЦК КПСС по письму Оболенского К.П.

27 сентября 1967 г.

В письме т. Оболенского, направленном в КПК при ЦК КПСС сообщается о ряде ошибочных публикаций по вопросам экономики сельского хозяйства, которые появились на страницах газет и журналов в последние два года.

Тов. Оболенский поставлен в известность о том, что по его замечаниям были проведены беседы с редакциями газет и журналов, где по мнению тов. Оболенского, были напечатаны ошибочные статьи и материалы. Кроме того, руководителям газет и журналов поручено подготовить статьи с критическим анализом наиболее характерных ошибочных концепций отдельных авторов в освещении проблем экономики сельского хозяйства. Такие статьи опубликованы на страницах газеты «Сельская жизнь», «Экономической газеты» и готовится редакционная статья в «Правде».

Вместе с тем т. Оболенскому сказано, что не все его замечания являются правильными. В частности, нельзя согласиться с его утверждением будто отдельные органы партийной и советской печати начали доказывать, что решения Пленума ЦК тормозят развитие сельского хозяйства и их нужно изменить. При этом без каких-либо оснований делаются ссылки на газету «Правда», журнал «Коммунист» и другие органы печати. Тов. Оболенскому также сообщено, что речь может идти не о какой-то особой линии газет и журналов, а о выступлениях отдельных авторов, в которых выдвигаются предложения, не всегда совпадающие с принятой в экономической литературе точкой зрения по вопросам развития экономики сельского хозяйства.

Тов. Оболенский рассмотрением вопроса удовлетворен. О принятых мерах сообщено также в КПК при ЦК КПСС тов. Гришину.

Зам. зав. отделом пропаганды ЦК КПСС __________ Т.Куприков

Зав. сектором Отдела ________________ И.Кириченко

РГАНИ. Ф.5. Оп.59. Д.32. Л.209. Подлинник.

] ] ]

Письмо Ставропольского крайкома партии в ЦК КПСС по поводу статьи экономиста Лисичкина «Спустя два года»

12 августа 1967 г.

В последнее время в печати появился ряд оригинальных и полезных работ советских экономистов, направленных на конкретизацию и дальнейшее развитие марксистско-ленинской аграрной теории. Вместе с тем, как это правильно отмечено в статьях – «К вопросу о плане и рынке» («Сельская жизнь» № 223 за 1966 г.), «Правда жизни и кабинетные домыслы» («Экономическая газета», № 30 за июль 1967 г.), «О научной разработке основных проблем заготовок», «Экономические законы и планирование» (журнал «Экономика сельского хозяйства», № 4 за 1967 г.) в ряде работ по экономическим проблемам сельского хозяйства появляются неправильные выводы и поверхностные рекомендации, которые не опираются ни на глубокие теоретические исследования, ни на всесторонние обобщения богатейшего опыта колхозов и совхозов. Примером этого является статья т. Лисичкина в журнале «Новый мир» № 2 за 1967 г., где автор, на словах ратуя за претворение в жизнь исторических решений мартовского Пленума ЦК КПСС (1965 г.), на самом деле искажает их по ряду коренных принципиальных вопросов планирования и организации сельскохозяйственного производства. При этом в обоснование своих домыслов т. Лисичкин передергивает и искажает факты, относящиеся к жизни и деятельности колхозов и совхозов Ставропольского края.

Краевой комитет КПСС, специалисты сельского хозяйства выражают категорический протест против домыслов т. Лисичкина, направленных на дискредитацию решений мартовского Пленума ЦК КПСС.

По поручению крайкома КПСС группой товарищей подготовлен ответ на статью т. Лисичкина «Спустя два года». Крайком КПСС, направляя этот материал, просит ЦК КПСС, если это будет сочтено возможным, опубликовать его в печати.

Секретарь крайкома КПСС ____________________ Л.Ефремов

РГАНИ. Ф.5. Оп.59. Д.32. Л.237-238. Подлинник.

Записка отделов ЦК КПСС Секретарю ЦК КПСС П.Н. Демичеву

[Не ранее 16 августа – не позднее 4 сентября 1967 г.]

О записке секретаря Ставропольского крайкома КПСС тов. Ефремова по поводу статьи «Спустя два года», опубликованной в журнале «Новый мир» № 2 за 1967 год.

В соответствии с Вашим поручением докладываем. В записке и приложенной к ней статье («Против фетишизации товарно-денежных отношений») Ставропольского крайкома партии содержится протест в связи с фальсификацией фактов о состоянии и руководстве сельским хозяйством края, допущенных в статье т. Лисичкина «Спустя два года».

Следовало бы порекомендовать тов. Ефремову Л.Н. направить статью «Против фетишизации товарно-денежных отношений» в редакцию газеты «Сельская жизнь» для опубликования.

С тов. Ефремовым Л.Н. по этому поводу переговорили.

Зам. зав. Отделом пропаганды ЦК КПСС __________ Т.Куприков

Зам. зав. Сельхозотделом ЦК КПСС ___________ В.Панников

РГАНИ. Ф.5. Оп. 59. Д.32. Л.266.

Письмо секретаря Ставропольского краевого комитета партии Л. Ефремова по поводу статей Г. Лисичкина

22 марта 1968 г.

В газете «Сельская жизнь» от 13 сентября 1967 г. была опубликована статья «Фактам вопреки», написанная на основе материалов, подготовленных группой работников сельского хозяйства Ставропольского края. Это было сделано по просьбе, с которой крайком партии обратился в письме в ЦК КПСС от 12 августа 1967 г.

В этой статье отмечалось бесспорное оживление и подъем экономической науки за последнее время и одновременно было высказано беспокойство по поводу того, что наряду с полезными работами появляются поверхностные рекомендации, которые не опираются ни на глубокие теоретические исследования, ни на всесторонние обобщения богатейшего опыта колхозов и совхозов.

В качестве примера неправильного подхода к трактовке важнейших экономических проблем приводилась статья Г.Лисичкина «Спустя два года», опубликованная в журнале «Новый мир» № 3 за 1967 г.

Автор этой статьи, на наш взгляд, допускал искажение решений мартовского Пленума ЦК КПСС по ряду принципиальных вопросов. Кроме того, он неправильно освещал факты, относящиеся к жизни и деятельности колхозов и совхозов Ставропольского края.

Все это вызвало у практических работников сельского хозяйства края недоумение и потребовало дать необходимую оценку его выступлению, что и было сделано в статье «Фактам вопреки».

Однако, продолжая отстаивать свои неверные взгляды, Г.Лисичкин вновь выступил в журнале «Новый мир» № 12 за 1967 год со статьей «О чем говорят факты», являющейся своеобразной «объяснительной запиской», в которой автор опровергает критические замечания, высказанные в его адрес.

Одновременно с этим, передергивая факты и наши высказывания, он пытается набросить тень на авторов статьи «Фактам вопреки», а также приводит новые данные для обоснования своих субъективных утверждений. Его ошибочные толкования по ряду теоретических и практических вопросов сбивают с толку отдельных работников сельского хозяйства, отвлекают внимание от решения главных задач по увеличению производства и заготовок зерна и других сельскохозяйственных продуктов.

Чрезмерное и одностороннее выпячивание товарно-денежных отношений и роли закона стоимости и принижение централизованного планового начала в нашем социалистическом хозяйстве, не способствует укреплению государственной заготовительной дисциплины и является , по нашему мнению, вредным. Поэтому мы считаем необходимым еще раз объективно осветить факты, по которым Г.Лисичкиным вновь допущены искажения, и высказать свое отношение к его выступлениям.

При этом направляем материал, в котором изложены эти вопросы.

Просим ЦК КПСС дать указания на основе этого материала опубликовать соответствующую статью в печати.

Секретарь крайкома КПСС ___________________ Л.Ефремов

[Приложена статья: «Объективные факты и субъективные измышления» на 46 листах]

РГАНИ. Ф.5. Оп.60. Д.25. Л.47. Подлинник.

Записка ЦК КПСС о письме секретаря Ставропольского крайкома партии Л. Ефремова

11 июля 1968 г.

Первый секретарь Ставропольского крайкома КПСС т. Ефремов Л.Н. обратился с просьбой опубликовать статью «Объективные факты и субъективные измышления». В ней указывается, что экономист Г.Лисичкин в статье «Спустя два года», «О чем говорят факты» (журнал «Новый мир», № 1,[24] 12 за 1967 год) допускает искажение действительного положения в колхозах и совхозах Ставропольского края, выступает за чрезмерное преувеличение роли закона стоимости и связанных с ним категорий и за принижение роли централизованного планирования.

Редакции журнала «Новый мир» указано на ошибку, выразившуюся в публикации статей т. Лисичкина «Спустя два года» и «О чем говорят факты».

Обращено внимание главного редактора газеты «Правда» т. Зимянина М.В. на то, что сотрудник газеты «Правда» т. Лисичкин в своих статьях допускает искажение фактического состояния и ошибки в освещении некоторых теоретических вопросов развития сельского хозяйства.

Отдел пропаганды ЦК КПСС и Сельхозотдел ЦК КПСС считают, что, поскольку ошибочные положения, высказываемые т. Лисичкиным и другими авторами уже подвергались критике, на страницах газеты «Сельская жизнь», «Экономическая газета», журнала «Экономика сельского хозяйства», в книгах и брошюрах, публиковать статью «Объективные факты и субъективные измышления» в настоящее время нет необходимости.

Тов. Ефремову Л.Н. об этом сообщено.

Зав. Отделом пропаганды ЦК КПСС ______________ В. Степаков

Зам. зав. Сельхозотделом ЦК КПСС _____________ Е.П. Карлов

РГАНИ, Ф.5. Оп.60. Д.25. Л.113. Подлинник.

] ] ]

Записка секретаря ЦК КП Украины П. Шелеста в ЦК КПСС

25 июня 1968 г.

В связи с тем, что некоторые органы нашей печати продолжают популяризировать взгляды профессора Либермана Е.Г. по вопросам хозяйственной реформы, предоставляя ему свои страницы, считаем необходимым сообщить следующее.

Известно, что экономическую реформу, осуществляемую в нашей стране, империалистическая и маоцзедунская пропаганда связывает с именем Либермана. Его взгляды именуются «либерманизмом» и противопоставляются марксизму. Определенная часть советских людей, а также некоторые представители научной общественности братских социалистических стран также считают Либермана «отцом» экономической реформы.

В появлении этого ошибочного мнения в определенной мере повинна наша печать. «Правда» и «Коммунист», а вслед за ними другие газеты и журналы, центральные и республиканские слишком часто предоставляли Либерману трибуну для распространения его идей и положений. Многие выступления экономистов в 1962–1964 годах печатались в порядке обсуждения статьи Либермана «План, прибыль, премия». Газета «Правда» сразу после сентябрьского (1965 г.) Пленума ЦК КПСС опубликовала еще одну статью Либермана (21 ноября 1965 г.) В некоторых газетах и журналах начали печататься его интервью, суждения по тем или иным вопросам хозяйственной реформы. Он стал частым гостем на многих совещаниях, экономических конференциях, выступая, по существу, в качестве «эксперта» по вопросам реформы. И сейчас многие центральные и республиканские печатные органы считают чуть ли не честью для себя опубликовать статью либо интервью, взятые у профессора Либермана.

Все это ведет к тому, что искажается подлинный процесс разработки новой системы планирования и экономического стимулирования, принижается роль нашей партии и всей экономической науки, многих выдающихся советских ученых-экономистов, внесших большой вклад в разработку проблем теории и практики социалистического хозяйствования.

По ряду важных проблем теории и хозяйственной практики Либерман высказывает ошибочные суждения. Для его предложений характерно отсутствие широкого социально-экономического подхода, забвения подчас интересов общества и увлечения интересами отдельных предприятий. В статьях Либермана преуменьшается значение централизованного планирования, противопоставляются экономические интересы живущих и будущих поколений. Последние выступления Либермана носят скорее сенсационный, а не научный характер и рассчитаны на определенные вкусы. Об этом, в частности, свидетельствуют его статьи «Очередь: анализ, диагноз, терапия» (см.: «Литературная газета» 20.03.68 г.).

Подобные выступления противоречат задачам идеологической работы партии, дезориентируют наших хозяйственников. К тому же поскольку вокруг имени Либермана создан своеобразный «бум», его ошибочные высказывания подхватываются буржуазной пропагандой и используются против нас в идеологической борьбе.

Учитывая все это, считаем необходимым в настоящее время не предоставлять страницы нашей печати для выступлений Либермана, больше внимания уделять показу роли партии, а также ведущих научных учреждений и видных советских ученых-экономистов в подготовке и осуществлении экономической реформы, усилить освещение идеологических аспектов новой системы планирования и экономического стимулирования.

Секретарь ЦК КП Украины ___________________ П.Шелест

РГАНИ. Ф.5. Оп. 60. Д.25. Л.158-159. Подлинник.

Записка отделов пропаганды и плановых и финансовых органов ЦК КПСС по поводу записки П.Шелеста

29 июля 1968 г.

В записке т. Шелеста П.Е. обращается внимание на то, что в процессе подготовки и проведения в нашей стране хозяйственной реформы некоторые центральные органы печати излишне часто предоставляли свои страницы харьковскому профессору Е.Либерману, статьи которого на протяжении 1962–1966 г. неоднократно помещались в газете «Правда», журнале «Коммунист» и других органах. Дискуссия, проведенная в 1962 году газетой «Правда» вокруг статьи Либермана «План, прибыль, премия», в известном смысле, по мнению т. Шелеста П.Е., послужила поводом для провозглашения буржуазной прессой Либерамана «основоположником» экономической реформы в СССР. Это ведет к тому, говорится в записке, что искажается подлинный процесс разработки новой системы планирования и экономического стимулирования, принижается роль партии и всей экономической науки, внесших большой вклад в разработку проблем теории и практики социалистического хозяйствования.

В записке содержится предложение не предоставлять в настоящее время страницы нашей печати для выступлений Либермана, больше внимания уделять показу роли партии в подготовке и осуществлении экономической реформы, усилить освещение идеологических аспектов новой системы планирования и экономического стимулирования.

В связи с высказанными в записке замечаниями необходимо отметить, что решения сентябрьского (1965) Пленума ЦК КПСС оказали благотворное влияние на усиление научных поисков, творческой жизни ученых-экономистов. Многие из них выступили в центральной и местной печати с обстоятельными материалами, затрагивающими коренные вопросы подъема всех отраслей промышленного производства, обеспечения его рентабельности. В статьях, опубликованных в «Правде», «Известиях», «Экономической газете», «Труде», в журналах «Вопросы экономики», «Плановое хозяйство» и других, а также в ряде книг и брошюр, рассматривались важные экономические проблемы: планирование производства, научная организация труда и внедрение передовой техники, место и роль закона стоимости и стоимостных категорий, совершенствование товарно-денежных отношений и другие.

В большинстве материалов эти вопросы раскрываются с научных позиций. В них подчеркивается исключительно важное значение централизованного планирования, инициативы и самостоятельности предприятий для обеспечения высоких темпов развития экономики; обращается внимание на необходимость учета стоимостных категорий, правильного использования хозяйственного расчета, цен, прибыли, рентабельности и кредита. Эти выступления оказали определенную помощь партийным, советским и хозяйственным органам в успешном осуществлении экономической реформы, в выполнении решений сентябрьского Пленума ЦК КПСС.

Однако в статьях некоторых экономистов были допущены спорные суждения и выводы по этим вопросам, отражающие в ряде случаев субъективный подход авторов к отдельным экономическим проблемам, что является правомерным в научных дискуссиях. С одной стороны, имеется группа ученых-экономистов, которые недооценивают роль товарно-денежных отношений в развитии социалистической экономики, с другой стороны, некоторые экономисты преувеличивают роль и место закона стоимости, которому отводят по существу роль основного регулятора производства и в какой-то мере противопоставляют централизованное планирование рынку. К числу таких экономистов относится проф. Либерман.

Следует отметить, что в 1967–1968 гг. в центральной партийной печати не было опубликовано ни одного материала Либермана. Его статья «Очередь: анамнез, диагноз, терапия», на которую делается ссылка в записке, напечатана 20 марта с.г. в «Литературной газете», являющейся органом Правления Союза писателей СССР. Основной порок этой статьи заключается в том, что ее автор, ратуя за увеличение государственных ассигнований на строительство кинотеатров, столовых, бань, прачечных, совершенно не учитывает международную и внутреннюю обстановку, диктующую необходимость направлять огромные средства на оборону, на оказание помощи народам, борющимся против империализма, на решение жилищной проблемы и т.д., что резко ограничивает наши возможности по развитию сферы культурно-бытового обслуживания населения.

Отдельные ошибочные выступления по вопросам экономической теории встречались и на страницах других изданий («Новый мир», «Журналист» и т.д.).

Это свидетельствует о том, что редколлегии указанных печатных органов не всегда проявляли достаточную требовательность в подборе авторов, редко привлекают для консультации по намеченным к публикациям материалам компетентных специалистов из числа работников научных, плановых и хозяйственных органов (Госплана, промышленных министерств, Академии наук).

Отдел пропаганды ЦК КПСС совместно с Отделом плановых и финансовых органов ЦК КПСС обращали внимание руководителей органов печати на недостатки в освещении вопросов экономики и принимали меры по их устранению. В частности, этим целям служат регулярно организуемые в Отделе пропаганды встречи с редакторами журналов, газет, радио и телевидения. Одна из таких встреч (11 июня с.г.) была посвящена вопросам освещения хода хозяйственной реформы и Всесоюзного экономического совещания.

Принимая во внимание, что по ряду проблем в периодической печати пропагандируются противоречивые, нередко ошибочные взгляды (например, по вопросам плана и прогноза, содержанию оптимального планирования и др.), Отделы ЦК КПСС намечают провести в ближайшее время обсуждение этих вопросов с участием компетентных ученых-экономистов и практических работников. По результатам обсуждения в печати намечается опубликовать итоговые статьи, которые бы отражали действительную роль и место того или иного вопроса в нашей хозяйственной практике.

Как это предлагается в записке т.Шелеста, будут приняты меры по усилению в публикациях, передачах радио и телевидения пропаганды идеологического аспекта хозяйственной реформы, организаторской роли коммунистической партии в ее проведении.

Просим согласия сообщить об этом ЦК КП Украины.

Зам. заведующего Отделом пропаганды ЦК КПСС ______________ Т.Куприков

Зам. заведующего Отделом плановых и финансовых органов ЦК КПСС ________ Б.Гостев

РГАНИ. Ф.5. Оп.60. Д.25. Л.160-162. Подлинник.

] ] ]

III. «НОВЫЙ МИР»: ЗАФИКСИРОВАННЫЕ ПОЗИЦИИ

Справка Главлита при Совете Министров СССР в ЦК КПСС о контроле материалов журнала «Новый мир» за первое полугодие 1969 г.

15 июля 1969 г.

Секретно

В целях информации сообщаем о замечаниях по материалам журнала «Новый мир», представленным на предварительный контроль в первой половине 1969 года.

Редакция журнала подготовила к опубликованию за указанный период ряд материалов, в которых тенденциозно, неправильно освещались отдельные вопросы современности, истории, экономики и политики советского общества, а также с позиций, преследующих групповые цели, некоторые явления в литературе.

Редакция продолжала представлять публицистические статьи и исследования в основном критического содержания по отношению к нашей действительности. Некоторые из таких материалов были облечены в форму исторических изысканий и экскурсов в прошлое, основная цель которых – вызвать у читателя неблагоприятные аналогии и сравнения с положением дел в нашей стране, с ее государственной политикой.

В первых шести номерах за 1969 год было обращено внимание редакции на политически неприемлемое содержание следующих литературных произведений, публицистических и критических материалов.

В верстку январского номера было помещено стихотворение главного редактора журнала А.Твардовского из цикла «Стихи из записной книжки» («Напрасно думают, что память не дорожит сама собой»…). В нем автор говорит о вынужденном молчании по поводу злоупотреблений властью, неудач первого периода войны и других бедствий, на которые был обречен народ. В стихотворении утверждается мысль, что настало время сказать всю правду о прошлом, вопреки запретам и попыткам скрыть ее от народа: «Кто прячет прошлое ревниво, тот вряд ли с будущим в ладу». После замечаний Главного управления стихотворение редакцией было снято из номера.

В верстку этого же номера журнала было помещено стихотворение Н.Матвеевой «Размышление у трона», которое ставилось в июльский и августовский номера журнала за 1968 год. Снятое редакцией из этих номеров после замечаний Главного управления, оно в третий раз было представлено на цензорский контроль в январе с.г. В нем автор проводит мысль о перерождении диктатуры класса в диктаторское единовластие одного лица. В стихотворении утверждается далее, что в стране, якобы, снова появилась опасность возрождения идеологии культа личности, что хотят полностью реабилитировать прошлые ошибки, предать забвению, чтобы занять место у нового «трона»: «И много их, о землю бьющих лбами, опять согласных рабство испытать. Бедняжки! Чтобы сделаться рабами? Нет, дудки! Чтобы деспотами стать». Стихотворение нами не было подписано к печати.

В тот же номер была заверстана рецензия доктора исторических наук Г.Федорова «Суждения черпают из забытых газет» на четыре книги по истории Крыма, выпущенных в Симферополе в 1951–1967 гг. В ней поднимается вопрос о «предвзятости», «антиисторизме», «неклассовости» в оценке истории крымских татар, утверждается, что «необходимо создать настоящий марксистский труд по истории Крыма», где была бы «объективно отражена роль народа, который в течение сотен лет поливал крымскую землю своим потом, на которой он сражался за установление Советской власти, трудился, строя социализм, отстаивал в боях против фашистских захватчиков». Вся рецензия направлена на то, чтобы еще раз напомнить о выселении крымских татар, а также заявить о полумерах в восстановлении исторической справедливости по отношению к этому народу, который Указом Верховного Совета в 1967 году «полностью реабилитирован», но не возвращен на свою землю, т.к. она передана «в дар Украинской ССР». После замечаний статья исключена редакцией из номера.

В этот же номер журнала было помещено для публикации продолжение «Деревенского дневника» Е.Дороша «Иван Федосеевич уходит на пенсию», о проблемах колхозного села в 1961 году. Очерк представлен вторично после доработки автором в связи с замечаниями по нему, возникшими при контроле июльского номера журнала за 1968 год, где он был впервые заверстан. Однако и после поправок это произведение имело существенные недостатки политического характера. В очерке проводится мысль о том, что в послевоенные годы из-за некомпетентного руководства сельским хозяйством и администрирования крестьяне насильственно отторгнуты от земли и производства. Они не могли проявлять самостоятельность в решении вопросов и быть хозяевами земли, в результате чего нравственные связи крестьянства с колхозным хозяйством утрачены. В очерке высказывалась мысль о том, что если крестьяне с давних пор привыкли к коллективным формам труда («мирские работы прежних времен») и приемлют их, то до сих пор им чужда коллективная форма собственности. Поэтому главный герой очерка председатель колхоза Иван Федосеевич высказывает взгляды о необходимости коренных изменений в колхозном производстве: надо, чтобы колхоз как практический владелец земли сдавал в аренду колхозникам на длительный срок за определенную плату, а у них скупал произведенную продукцию. Таким образом в очерке проводилась мысль о возврате к доколхозным формам производства. В очерк редакцией были внесены отдельные поправки.

В январский же номер был представлен очерк В.Борнычевой «День страхового агента», в котором автором делаются некоторые социологические наблюдения и выводы, касающиеся населения Москвы. По ее утверждению, все городские слои испытывают значительные материальные затруднения вследствие нерешенных вопросов экономической политики: еще низка заработная плата, наблюдается массовая незаинтересованность в результатах труда, бюрократизм и волокита в ведомствах, безнадзорность детей, отсутствие свободного времени у женщин, пассивность и равнодушие к общественным проблемам у молодежи. В очерк внесены некоторые исправления, сделанные редакцией после замечаний Главного управления.

В февральском номере журнала было заверстано три материала, содержащие недостатки, характерные для публикаций «Нового мира».

Статья экономиста О.Лациса «Опыт полувека», посвященная разбору шеститомного собрания документов «Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам» (Политиздат), создавала искаженную картину развития Советского государства за 50 лет. В обзоре главным образом анализировались те партийные документы, которые по мысли автора отражают нарушения экономических закономерностей, порожденные произволом и волюнтаристскими методами руководства, и свидетельствуют о порочности формирования системы управления социалистическим производством. Большое место в статье занимала критика постановлений Совета Министров СССР и ЦК КПСС, которые повторяли друг друга в разные годы («постановления-близнецы»). В статье утверждалось также, что «нэп – не совсем новая политика», а возврат к политике 1918 г., в качестве примера поиска решения экономических проблем приводились высказывания В.И. Ленина, противоречившие одно другому.

Мнение о содержании статьи О.Лациса было сообщено редакции журнала, которая сняла статью из этого номера, но без изменений поставила ее в следующий, третий, номер журнала, а исключив из мартовского номера после некоторой доработки представила на контроль для публикации в июльском номере.

Редакция включила для опубликования снятую ею ранее из апрельского номера журнала за 1968 год, после замечаний Главного управления, рецензию Г.Березкина «Форма и содержание одной поэмы», направленную против произведения С.Смирнова «Свидетельствую сам». Написанная недоброжелательно, с групповых позиций, рецензия затрагивала некоторые биографические данные поэта и в связи с этим давала оценку поэме как произведению ущербному и неполноценному, написанному человеком с отметкой «не годен» в воинском билете, с кругозором «младшего исполнителя» при заводском отделе кадров, приверженцу культа личности Сталина.

После замечаний редакция внесла лишь отдельные поправки, связанные с культом личности.

В мартовский номер журнала редакция включила исследование Е.Плимака «Чернышевский и Шлоссер. (Страницы революционного прошлого)». В статье усматриваются аналогии с современностью, оценка якобинской диктатуры и ее роли в истории революции расходится с оценкой, данной В.И. Лениным. О содержании статьи было сообщено в Отдел культуры ЦК КПСС. Редакция исключила статью из этого номера, однако после незначительных поправок представила для опубликования в апрельский, а затем еще раз – в майский номер журнала. Статья не была разрешена к печати.

В верстку апрельского номера была включена рецензия Н.Реформаторской «О новом собрании сочинений В.В. Маяковского», в которой ставился вопрос о «тенденциозности» в составлении юбилейного издания собрания сочинений В.Маяковского (изд. «Правда») под редакцией Л.В. Маяковской, В.В. Воронцова и А.И. Колоскова. В статье «тенденциозность» усматривается в том, что в это издание, якобы, по вполне определенным соображениям составителей не включены все стихи Маяковского, направленные против антисемитизма (помещено стихотворение «Жид», но опущено «Еврей»). Составители обвиняются также в сглаживании и «причесывании» «левых» взглядов Маяковского на искусство. Упрек в «тенденциозности» брошен составителям также по вопросу об умолчании отношений Маяковского с Л.Брик.

О содержании этой статьи было сообщено в Отдел культуры ЦК КПСС. Редакция после замечаний Главного управления сняла рецензию из апрельского номера и снова поставила ее в верстку майского номера журнала. При контроле пятого номера журнала эта статья также не была подписана к печати.

В рецензии В.Борнычевой на статистический сборник «Труд в СССР», выпущенный ЦСУ Союза, содержалось обвинение статистических органов в несостоятельности официальной информации по вопросам труда, поскольку в сборник не включены важнейшие показатели: по оплате труда, производительности, о колхозном труде, материальном обеспечении трудящихся, потерях от прогулов, простоев и неорганизованности производства и др. В рецензии делается вывод о сознательности пропуска этих показателей, поскольку они носят неблагоприятный характер.

Рецензия снята редакцией после замечаний Главного управления.

При контроле майского номера журнала обращено внимание редакции на содержание статьи экономиста Г.Лисичкина «Кооперация – человек – общество (Ленинский кооперативный план и современность)».

В ней утверждается, что настало время пересмотреть определение форм социалистической собственности («высшей» – общенародной, государственной и «низшей» – групповой, кооперативно-колхозной), поскольку это определение, данное в период господства догматических взглядов, якобы, не отвечает их экономической сущности.

Автор пересматривает также результаты экономической политики партии за период после В.И. Ленина, утверждая, что ленинский кооперативный план не был применен как универсальный и всеобщий принцип ведения всего народного хозяйства в период социализма, был неправомерно и искусственно сужен и ограничен лишь рамками крестьянского хозяйства. В статье говорится, что кооперацию надо рассматривать как «всеобщий принцип организации экономической и общественной жизни при социализме», как общественный строй, наиболее отвечающий социалистическим принципам ведения хозяйства.

Автор утверждает также, что в результате игнорирования ленинского кооперативного плана были созданы такие производственные отношения и такая экономическая структура, при которых будто бы интересы государства и трудящихся не совпадают: до сих пор не ликвидирован наемный труд, все трудящиеся являются наемными работниками у государства. Трудящиеся на деле отстранены от руководства производством, управление им выделено «в самостоятельную область, автономную от производства», что, якобы, ведет к развитию бюрократизма, к опасности, от которой предостерегал В.И. Ленин.

В заключение статьи делается вывод о том, что «игнорирование ленинского широкого понимания кооперации чревато серьезными отрицательными социально-экономическими последствиями». После замечаний Главного управления редакция внесла в статью исправления.

В этот же номер была заверстана публикация доктора философских наук А.Гулыги «Пути мифотворчества и пути искусства. (Заметки социолога)», в которой ведется полемика с советскими критиками в защиту взглядов Р.Гароди на творчество Ф.Кафки. В статье высказываются оценки творчества Ф.Кафки как писателя, предсказавшего антигуманизм и бесчеловечность тоталитарных режимов ХХ века от фашистского в Италии и Германии до «диктатуры генералиссимуса Франко» в наши дни. Ф.Кафка оценивается как провидец, который уловил возможные извращения власти, «будущие концентрационные лагеря, будущие нарушения законности, будущее всесилие государственного аппарата, тусклую жизнь множества одиночек под властью неполноценного руководства». Используя прием аналогий, манипулируя цитатами из произведений Кафки «Рулевой» и «Как строилась китайская стена», автор создает картину перерождения власти, обесценения идей, утраты духовных связей между поколениями, присущих режимам и общественным устройствам в ХХ веке. После того, как редакции были высказаны замечания, в текст внесены поправки.

В статье В.Савина «Проблемы и перспективы социалистической демократии» рецензируется ряд книг по этой тематике. Используя отдельные положения, взятые из выпущенных изданий, автор статьи создает впечатление о том, что общественность ставит вопрос о необходимости замены существующих форм советской демократии новыми. Например, рассматривая предложение, высказанное в автореферате диссертации И.Проценко (МГУ), В.Савин поддерживает его позицию в отношении установления выборности руководителей предприятий, цехов, отделов на общих собраниях коллективов трудящихся при тайном голосовании и при наличии двух-трех претендентов на каждое место.

В рецензии рассматривается также точка зрения других авторов о необходимости повышения значения акта голосования при выборах, а также о выделении нескольких кандидатов при баллотировке в органы власти. Эти предложения рассматриваются в рецензии под углом зрения расширения демократии и обеспечения подлинного избирательного права. В статье подвергается сомнению положение о ведущей и руководящей роли рабочего класса в нашем обществе. В ней утверждается, что поскольку при социализме еще сохраняются существенные различия между умственным и физическим трудом, сказывающиеся на фактических возможностях в осуществлении власти для всех социальных групп общества, «люди умственного труда» «в общем и целом располагают большими фактическими возможностями для активного использования равных политических прав», чем люди «физического труда». Редакция внесла в статью отдельные исправления, после чего она была подписана к печати.

При контроле июньского номера журнала возражения вызвали следующие материалы.

В новом цикле стихов А.Твардовского «По праву памяти» высказывается утверждение о якобы реальной опасности возрождения в настоящее время нового культа личности, которую он усматривает в замалчивании прошлых ошибок и реабилитации Сталина, в установлении «опеки» над мыслями творческой интеллигенции. В этом цикле стихов А.Твардовский, высказывая обиду за раскулачивание своего отца, неправильно оценивает советское общество 30–40-х годов, будто бы развращенное идеологией культа личности, пассивно относящееся к массовым репрессиям, бездумно возвеличивающее вождя. Стихи не были нами разрешены к печати и сняты редакцией.

В верстку этого же номера была помещена статья В.Сурвилло «Звенит труба Мещерякова», посвященная анализу творчества С.Залыгина. Рассматривая повесть «На Иртыше», автор высказывает соображения о том, что коллективизация была начата преждевременно, середняк не осознал еще необходимости ее проведения. В результате неправильных методов кооперирования было нарушено чувство хозяина, разорваны исконные связи крестьян с землей, попрано достоинство личности. Выступая с полемикой против ранее высказанных справедливых критических оценок этой повести, В.Сурвилло утверждает правоту писателя, подлинный его историзм в изображении проблем коллективизации и раскулачивания. Редакция после замечаний Главного управления внесла в статью ряд исправлений.

Не разрешена к печати и снята редакцией после наших замечаний рецензия Л.Лазарева «Бой местного значения», написанная на произведение Д.Гранина «Наш комбат» (журнал «Север», 1968 г.). В рецензии дается высокая оценка повести Д.Гранина за постановку проблемы моральной ответственности командиров и политработников, допускавших непоправимые ошибки в период войны в обстановке культа личности, страха и неуверенности. Повесть Д.Гранина содержит черты дегероизации подвига народа на войне, однако в рецензии Л.Лазарева идейная направленность этого произведения преподносится как нравственная проблема послевоенного времени.

Для опубликования в июньском номере журнала помещена повесть Ф.Абрамова «Пелагея», написанная на материале жизни советской деревни пятидесятых и начала шестидесятых годов. В ней изображается трагическая судьба колхозницы и ее мужа, погибших в результате неблагоприятных социальных условий жизни. Пытаясь вырваться из бедности, уйти от недоедания, героиня повести избирает неверный путь, старается выбиться «в верхи», быть ближе к деревенскому «начальству». Жизнь деревни рисуется в повести так, чтобы подчеркнуть, что честный труд людей в деревне обесценен. Если в доколхозное время он был мерилом достатка и уважения, то теперь не труд, а должность, выгоды и привилегии, с ней связанные, становятся главным источником материального благополучия и определяют «верхний» слой деревни (бригадиры, парторг, бухгалтер, председатель сельсовета, директор школы, заведующие фермой и конюшней и т.д.). Поскольку редколлегия журнала должна нести полную ответственность за идейное содержание публикуемых произведений, повесть нами была разрешена к печати. Мнение Главного управления о порочности этого произведения было сообщено редакции.

В настоящей справке нашли отражение лишь наиболее серьезные замечания Главного управления по материалам, подготовленным к публикации в журнале «Новый мир», других замечаний за первое полугодие 1969 года было значительно больше.

Итоги предварительного контроля журнала «Новый мир» за первое полугодие свидетельствуют, по нашему мнению, о неудовлетворительном выполнении его редакцией постановления ЦК КПСС от 7 января 1969 г. «О повышении ответственности руководителей органов печати, радио, телевидения, кинематографии, учреждений культуры и искусства за идейно-политический уровень публикуемых материалов и репертуара».

Начальник Главного управления по охране

государственных тайн в печати при Совете

Министров СССР _________________________ П.Романов

РГАНИ. Ф.5. Оп.61. Д.82. Л.296-305. Подлинник.

Письмо начальника Главлита при Совете Министров СССР П. Романова в ЦК КПСС о цикле стихов А. Твардовского «По праву памяти»

13 июня 1969 г.

Секретно

Редакция журнала «Новый мир» для опубликования в июньском номере за 1969 г. представила на предварительный контроль в Главное управление цикл стихов А.Твардовского «По праву памяти».

Во втором стихотворении этого цикла «Сын за отца не отвечает» использованы автобиографические моменты, связанные с судьбой самого поэта и его отца в годы, когда отец поэта был раскулачен, сослан и зачислен в списки «врагов народа». Переходя от своих личных переживаний к характеристике периода 30–40-х годов, А.Твардовский оценивает советское общество этих лет, все поколение того периода, как искалеченное и развращенное идеологией культа личности, пассивно относящееся к массовым репрессиям, способное на любое предательство ради достижения «высшей цели» и бездумного возвеличивания вождя.

В последнем разделе цикла «О памяти» автор открыто выступает против какого-либо контроля в области идеологии, который он называет «опекой» над мыслями.

По утверждению А.Твардовского возникла реальная опасность возрождения нового культа личности, примером чего, считает автор, является «китайский образец». Появились люди, которые «норовят», запрещая критику прошлых ошибок, реабилитировать Сталина и тем самым объективно подготавливают почву для возрождения нового культа.

Данный цикл стихов А.Твардовского, по нашему мнению, публиковать не следует.

Приложение: упомянутое на 16 листах.

Начальник Главного управления по охране

государственных тайн в печати при Совете

Министров СССР ________________________ П.Романов

РГАНИ. Ф.5. Оп.61. Д.82. Л.256. Подлинник.

Записка Отдела культуры ЦК КПСС о журнале «Новый мир»

6 августа 1969 г.

В мае прошлого года Отделы пропаганды и культуры ЦК КПСС докладывали ЦК КПСС о серьезных идейных ошибках, которые содержались в материалах, подготовленных редакцией журнала «Новый мир» для публикации в четвертом номере за 1968 год. В записке отмечалось, что в журнале и ранее публиковались материалы, которые вызывали резкую критику в печати и в Союзе писателей СССР. Однако редакция журнала не делала необходимых выводов из этой критики. В записке вносилось предложение поручить секретариату правления СП СССР решить вопрос о руководстве журнала «Новый мир».

ЦК КПСС одобрил предложение отделов. В связи с этим, секретариату правления Союза писателей СССР было поручено обсудить вопрос о руководстве журнала «Новый мир», имея в виду новые кандидатуры на пост главного редактора и его заместителей.

Секретариат правления СП СССР, рассмотрев вопрос об укреплении состава руководства журналом, предложил т. Твардовскому на должность зам. главного редактора несколько авторитетных литераторов. Назывались кандидатуры С.Залыгина, М.Луконина, С.Наровчатова, Л.Якименко, В.Панкова и других.

Тов. Твардовский все рекомендованные кандидатуры отклонил. В то же время он настойчиво предлагал утвердить заместителем главного редактора В.Лакшина, неоднократно выступавшего в журнале с ошибочных идеологических позиций. Литературного критика А.Дементьева, ранее снятого с поста зам. главного редактора этого журнала за серьезные недостатки в работе, т. Твардовский предложил вновь ввести в состав редколлегии.

В январе текущего года секретариат правления СП СССР, разрабатывая меры по выполнению постановления ЦК КПСС «О повышении ответственности руководителей органов печати, радио, телевидения, кинематографии, учреждений культуры и искусства за идейно-политический уровень публикуемых материалов и репертуара», поручил главным редакторам подведомственных журналов внести предложения по укреплению составов редколлегий. Руководители большинства журналов эти рекомендации выполнили. Так, из редколлегии журнала «Юность» выведены В.Аксенов и Е.Евтушенко и включены А.Алексин и К.Кулиев. Заместителем главного редактора журнала «Москва» утвержден М.Годенко, заместителем главного редактора журнала «Октябрь» – Н.Грибачев. Работа по укреплению кадров в литературно-художественных журналах продолжается.

Тов. Твардовский продолжал настаивать на включении в состав редколлегии А.Дементьева и на утверждении В.Лакшина заместителем главного редактора, вновь отклонив рекомендованные секретариатом Союза писателей СССР кандидатуры.

Вместе с тем в журнале до сих пор помещаются материалы, имеющие серьезные недостатки. Рекомендации секретариата правления СП СССР не принимаются во внимание. Так, например, когда возникли сомнения в целесообразности публикации романа Н.Воронова «Юность в Железнодольске», т. Твардовский согласился обсудить это произведение на секретариате правления СП СССР. Участники обсуждения пришли к выводу, что печатать роман без устранения имеющихся в нем идейно-творческих ошибок не следует и рекомендовали продолжить работу с автором. Однако т. Твардовский, признав обоснованность критических замечаний по роману, все же опубликовал его без каких-либо существенных изменений и поправок.

За 6 месяцев т.г. Главлитом (т. Романов П.К.) не были разрешены к печати более 10 представленных на контроль материалов, в которых содержались серьезные идейно-политические ошибки (в т.ч. ряд стихотворений А.Твардовского, статья Е.Плимака «Чернышевский и Шлессер» и др.).

Секретари правления СП СССР (тт. Марков и Воронков), учитывая изложенные выше факты и высказанные ранее предложения об укреплении руководства журнала «Новый мир», рекомендовали т. Твардовскому перейти на штатную работу в секретариат правления СП СССР. Тов. Твардовский отклонил это предложение, заявив, что он в ближайшее время обратится в секретариат с просьбой освободить его от должности главного редактора журнала и попросил предоставить ему месячный отпуск, по истечении которого он на работу в журнал не вернется.

Однако и после отпуска официального заявления от т.Твардовского об освобождении его от работы главного редактора не поступило.

В последнее время в советской печати (журнал «Огонек», № 30, 1969 г.; газеты «Советская Россия» 27 июля и 3 августа с.г.; «Социалистическая индустрия» от 31 июля с.г.; «Литературная Россия» от 1 августа с.г.) опубликованы серьезные критические материалы в адрес журнала «Новый мир» и его редактора А.Твардовского.

В связи с этим в Отделе культуры ЦК КПСС состоялась беседа с руководством Союза писателей СССР (т. Марков). Было указано на необходимость ускорения решения вопроса по укреплению руководства редакции «Нового мира». Тов. Марков заявил, что секретариат Союза писателей СССР продолжает необходимую работу в этом направлении.

Сообщается в порядке информации.

Зам. зав. Отделом культуры ЦК КПСС ____________ Ю.Мелентьев

РГАНИ. Ф.5. Оп.61. Д.82. Л.306-308. Подлинник.

Записка Отдела культуры ЦК КПСС

о собрании партийной группы писателей Москвы

24 октября 1969 г.

21 октября с.г. состоялось закрытое партийное собрание писателей Москвы, на котором обсуждался доклад парторга МГК КПСС в Московской писательской организации т. Васильева А.Н. «Об усилении идеологической борьбы и задачах писателей-коммунистов».

На собрании присутствовало более 600 членов КПСС – секретари правлений Союзов писателей СССР и РСФСР, писатели, работники литературных журналов и газет. В ходе обсуждения доклада выступили А.Сурков, Н.Грибачев, В.Беляев, И.Левченко, А.Овчаренко, В.Тельпугов, А.Насибов, Я.Цветов.

Отмечалось, что подавляющее большинство литераторов столицы успешно и плодотворно работают над созданием новых художественных произведений. В писательской организации регулярно проходят дискуссии по творческим проблемам, проводятся встречи с читателями на заводах, в колхозах и совхозах, в учебных заведениях.

В докладе т. Васильева А.Н. был дан принципиальный анализ общественно-политической и художественной жизни Московской писательской организации, отмечено большое положительное влияние апрельского (1968 г.) Пленума ЦК КПСС на оздоровление идеологической атмосферы в среде творческой интеллигенции, на активизацию и повышение боевитости партийной организации писателей Москвы. Все ораторы отмечали актуальность обсуждаемого вопроса, говорили о необходимости дальнейшего усиления идейно-воспитательной работы, повышения требовательности к творчеству и общественному поведению каждого члена Союза писателей СССР. особое внимание в докладе и выступлениях коммунистов было уделено критике нездоровых проявлений и идейных ошибок у отдельных творческих работников.

Собрание единодушно осудило и заклеймило позором подлое предательство Кузнецова и оставшихся ранее за границей бывших московских литераторов Белинкова и Демина.

В выступлениях Н.Грибачева, В.Беляева, В.Тельпугова были подвергнуты острой критике недостойные поступки отдельных писателей во время зарубежных командировок (Р.Бершадского, Б.Окуджавы); в выступлениях И.Левченко, А.Овчаренко, А.Насибова решительно осуждалось поведение некоторых литераторов, сочинения которых систематически печатаются во враждебных зарубежных изданиях. Было высказано мнение, что А.Солженицын, Л.Чуковская, Л.Копелев не могут оставаться в рядах Союза писателей СССР.

На собрании говорилось об отставании художественной критики от текущего литературного процесса, о некоторых ее неверных тенденциях. Резко критиковались, в частности, статьи журнала «Новый мир», авторами которых являются В.Лакшин, И.Виноградов, С.Рассадин.

В выступлениях указывалось на недостатки, имевшие место в речи А.Суркова, который пытался смягчить остроту оценок в характеристике отдельных литераторов.

Собрание обратило внимание секретариата Московской писательской организации на необходимость тщательного изучения творчества, политических и моральных качеств писателей, направляемых за границу, на то, что партийный комитет, коммунисты и секретариат Московской писательской организации не всегда с достаточной принципиальностью обсуждают ошибки в творчестве и во взглядах того или другого писателя.

В единогласно принятом решении собрание потребовало от секретариата Московской писательской организации привлечь к ответственности лиц, нарушающих устав Союза писателей СССР, и заверило ЦК КПСС в том, что коммунисты и все писатели столицы будут и впредь верно служить партии и советскому народу, непримиримо относиться ко всяким проявлениям враждебной идеологии.

Собрание коммунистов-писателей Москвы прошло на высоком политическом уровне, организованно и по-деловому.

Успеху собрания в значительной степени способствовала подготовительная работа, проведенная МГК КПСС среди партийного актива литераторов столицы.

Докладывается в порядке информации.

Зав. Отделом культуры ЦК КПСС ___________________ В.Шауро

РГАНИ. Ф.5. Оп.61. Д.82. Л.362-363. Подлинник.

] ] ]

Письмо А. Твардовского в ЦК КПСС

5 февраля 1970 г.

3 февраля этого года товарищ К.В. Воронков ознакомил меня в Союзе писателей с решением Бюро Секретариата, принятым без моего согласия и в мое отсутствие, о назначении первым заместителем главного редактора журнала «Новый мир» тов. Большова.

Не имея ничего против товарища Большова по той простой причине, что совершенно с ним не знаком, в глаза его не видел и даже не знаю его имени-отчества, тем не менее считаю этот факт беспрецедентным ущемлением прав главного редактора, носящим по отношению ко мне оскорбительный характер.

Эта акция, противоречащая элементарным нормам демократии, совершается в творческой общественной организации, где, казалось, должны понимать, что журнальное дело – дело творческое, и решать вопрос о первом заместителе главного редактора журнала «заочным» и грубо административным порядком не годится.

Не могу рассматривать это решение иначе, как прямое понуждение меня к отставке.

Я обратился по этому поводу с протестом в Секретариат Правления Союза писателей СССР и прошу Центральный Комитет помочь мне в этом вопросе, важнейшем для меня, и нормальной работе журнала.

А.Твардовский

РГАНИ. Ф.5. Оп.62. Д.84. Л.33. Подлинник.

Письмо А. Твардовского Л.И. Брежневу

7 февраля 1970 г.

Глубокоуважаемый Леонид Ильич!

Я обращаюсь к Вам по вопросам, которые впервые – за более чем пятнадцатилетнюю мою редакторскую деятельность и более чем сорокалетнюю жизнь в литературе – встали передо мной как прямая угроза моему доброму имени советского писателя и коммуниста.

На днях Секретарь Союза писателей К.В. Воронков и работник Отдела культуры ЦК КПСС А.А. Беляев предъявили мне те западноевропейские издания, где в ноябре–декабре прошлого года появилась моя поэма «По праву памяти»[25], снабженная провокационным заголовком «Над прахом Сталина» и широковещательным уведомлением, что она «запрещена в Советском Союзе».

Я считаю излишним заверять Вас, что поэма проникла за рубеж неизвестными мне путями и, разумеется, помимо моей воли, но предыстория этого дела в кратких словах такова.

Эта небольшая по объему поэма, над которой, однако, я работал в общей сложности свыше пяти лет, действительно была задержана Главлитом в сверстанном уже виде в шестой (июньской) книжке «Нового мира» за 1969 год, – без всяких, впрочем, предложений о поправках или купюрах и без каких бы то ни было мотивировок.

Я тогда же обратился к Первому Секретарю Союза писателей К.А. Федину с просьбой поставить этот вопрос на Секретариате и обсудить поэму по примеру того, как были обсуждены заключительные главы моей книги «За далью – даль», в свое время также задержанные цензурой.

Но поэма тогда не была обсуждена и вопрос о ней оставался открытым вплоть до поры, когда я узнал о заграничных ее публикациях.

Последнее обстоятельство, естественно, не могло меня не встревожить чрезвычайно, и 19 января я вновь обратился к К.А. Федину, ставя вопрос о необходимости безотлагательного обсуждения поэмы. Но теперь о рассмотрении поэмы на Секретариате уже и речи не было: вместо этого мне предложили выступить с «выражением своего отношения» к факту этих публикаций, т.е. с соответствующей отповедью всем этим «Эспрессо», «Фигаро» и «Посевам».

Я был готов это сделать со всей решимостью, во всю меру моего негодования и протеста против опубликования в зарубежной печати выкраденного и изуродованного моего произведения, но считал и считаю, что наиболее действенной формой отповеди было бы опубликование (после соответствующего обсуждения) самой моей поэмы в подлинном ее виде, что свело бы на нет эффект провокационных попыток опорочить это мое произведение.

Однако когда 3 февраля Секретариат Союза писателей заслушал сообщение К.А. Федина о моем письме и беседе со мной, то постановление по этому вопросу явилось для меня полной неожиданностью: назначить первым заместителем Главного редактора журнала «Новый мир» тов. Большова, и комиссии, в состав которой тут же был веден тов. Большов, в трехдневный срок переформировать редколлегию журнала.

Я опротестовал перед ЦК КПСС и Секретариатом Союза писателей это решение (принятое не только без согласования со мной, но и в мое отсутствие) на том основании, что в глаза тов. Большова не видел, совершенно с ним не знаком и считаю назначение его без моего ведома и согласия беспрецедентным ущемлением прав Главного редактора, носящим по отношению ко мне оскорбительный характер. Но уже через день тов. К.В. Воронков, информировавший К.А. Федина об этом моем протесте и о моем письме в «Литературную газету» по поводу зарубежных публикаций моей поэмы, поставил меня в известность о представлении к убытию пяти рабочих членов редколлегии журнала, в том числе обоих моих заместителей, и о введении вместо них новых, опять же без моего ведома и согласия.

Таким образом вопрос о моей поэме повлек за собой оргвыводы, означающие по существу прямое понуждение меня к отставке и фактический разгром редактируемого мною журнала. И этот разгром редколлегии «Нового мира» совершается именно тогда, когда журнал выкарабкивается, наконец, из хронических запозданий с выходом (по причине главным образом цензурных задержек) и когда вопреки длительной травле его в печати читатели подпиской своей на 1970 год показали свое доверие и симпатии к нему (тираж журнала возрос на 26.000 новых подписчиков, по одной только Москве – на 10.000, в то время как по другим «толстым» журналам наблюдается в подписке значительная убыль).

Обсуждение же поэмы отложено на неопределенный срок, и практически она объявлена как бы «неприкасаемой».

Уже неоднократно в стенах Союза писателей прозвучало сравнение меня с А.И. Солженицыным. Но хотя я считал и считаю исключение А.И. Солженицына из Союза писателей грубой ошибкой, причинившей нам огромный вред как внутри страны, так и за ее пределами, я – не Солженицын, я – Твардовский.

Провокационный характер зарубежных публикаций моей поэмы совершенно ясен: наши враги исходят из предположения, что в Советском Союзе складывается атмосфера неосталинизма и что автора поэмы наравне с Солженицыным предадут всяческому остракизму и таким образом он окажется вне советской литературы.

К сожалению, я имею основания предполагать, что задержание поэмы Главлитом – со всеми вытекающими из этого печальными для меня последствиями – объясняется ее недвусмысленной направленностью против культа личности Сталина, а также автобиографическим характером поэмы. Но известно, что автобиографичность художественного произведения и мотивы личной судьбы автора – не одно и то же. Как художника меня сформировали годы первых пятилеток («Страна Муравия»), годы Великой Отечественной войны («Василий Теркин»), и в чисто личном плане у меня нет оснований считать себя обиженным Сталиным. Выходит, как это ни парадоксально, что Сталин при жизни награждал меня орденами и премиями, а нынешние сталинисты травят. Но, конечно же, не через призму личной судьбы отразилось в моей поэме историческое время, а в духе глубоко воспринятых мною решений последних съездов нашей партии.

Мне известны попытки противопоставить поэта Твардовского Твардовскому-редактору. Такое разделение совершенно неправомерно. За последние двадцать лет все мои произведения – стихи, статьи, поэмы, в том числе удостоенная Ленинской премии поэма «За далью даль», – впервые появились на страницах «Нового мира». Иными словами, все мое творчество неразрывно связано с журналом, которому я отдал более пятнадцати лет своей жизни. В журнале я в меру моих сил проводил те же, что и в своем творчестве, идеи партии, которые были заявлены ею в решениях XX–XXIII съездов и в других ее документах, вплоть до Вашего выступления на последнем Пленуме ЦК КПСС.

Именно эта общественно-политическая направленность журнала определила его лицо, создала ему добрую репутацию как в нашей стране, так и среди наших подлинных друзей за рубежом. Журнал стал центром притяжения для наиболее талантливых и жизнеспособных сил нашей литературы, собрал вокруг себя десятки и сотни литераторов, ученых и публицистов, представителей самых разных поколений и едва ли не всех национальностей Советского Союза. Многие ныне прославленные произведения литературы впервые были опубликованы на страницах «Нового мира», и неслучайно по количеству Ленинских и Государственных премий, присужденных авторам журнала, «Новый мир» решительно превосходит все другие журналы.

Осуществляемые ныне мероприятия по «укрощению» журнала не могут не иметь поэтому самых отрицательных последствий, не только литературных, но и политических. В широких кругах наших читателей они неизбежно будут восприняты как рецидив сталинизма.

Это мое обращение к Вам вызвано необходимостью, не терпящей отлагательства. Если бы Вы сочли возможным принять меня, я бы, наверное, смог коснуться вопросов о поэме, о «Новом мире» и вообще о положении в литературе с гораздо большей обстоятельностью и доказательностью.

А.Твардовский[26]

РГАНИ. Ф.5. Оп.62. Д.84. Л.36-40. Подлинник.

Записка ЦК КПСС о назначении главного редактора журнала «Новый мир»

10 февраля 1970 г.

Как уже докладывалось, бюро Секретариата Союза писателей СССР приняло решение о назначении первым заместителем главного редактора журнала «Новый мир» т. Большова Д.Г. и укрепления состава редколлегии журнала.

9 февраля с.г. на заседании бюро Секретариата Союза писателей СССР, в котором участвовали тт. К.Федин, Н.Тихонов, Л.Соболев, С.Михалков, А.Чаковский, В.Озеров, С.Баруздин, К.Яшен, К.Воронков, в присутствии главного редактора журнала «Новый мир» А.Твардовского были рассмотрены предложения по частичному изменению состава редколлегии журнала.

Комиссия в составе тт. Федина, Маркова, Воронкова, Большова предложила вывести из состава редколлегии В.Лакшина, И.Виноградова, И.Саца.

Было предложено ввести в состав редколлегии тт. Косолапова, О.Смирнова, А.Рекемчука, А.Овчаренко, утвердив одновременно О.Смирнова в должности заместителя главного редактора.

Бюро Секретариата Союза писателей СССР единогласно утвердило внесенные предложения.

А.Твардовский заявил, что утвержденные секретариатом кандидатуры для него неприемлемы, и что в связи с этим он обращается в ЦК КПСС с жалобой на действия секретариата Союза писателей СССР. Он заявил, что его дальнейшее пребывание на посту главного редактора журнала зависит от ответа на эту жалобу.

Бюро секретариата Союза писателей СССР рассмотрело представленный А.Твардовским текст заявления в связи с публикацией его поэмы в зарубежных антисоветских изданиях и приняло решение напечатать его заявление в «Литературной газете».

Сообщается в порядке информации.

Зав. отделом культуры ЦК КПСС _____________ В.Шауро

РГАНИ. Ф.5. Оп.62. Д.84. Л.42. Подлинник.

Коллективное письмо Л.И. Брежневу советских писателей

о журнале «Новый мир»

9 февраля 1970 г.

Дорогой и глубокоуважаемый Леонид Ильич!

Встревоженные положением, создавшимся в нашей литературе, мы считаем своим долгом обратиться к Вам.

Против А.Т. Твардовского и руководимого им журнала «Новый мир» в последнее время ведется кампания, преследующая цель отстранить Твардовского от руководства журналом. Уже приняты решения об изменении редколлегии «Нового мира», по существу направленные к уходу Твардовского из журнала.

А.Т. Твардовского можно смело назвать национальным поэтом России и народным поэтом Советского Союза. Значение его творчества для нашей литературы неоценимо. У нас нет поэта, равного ему по таланту и значению. Руководимый им журнал является эталоном высокой художественности, чрезвычайно важной для коммунистического воспитания народа. Журнал проводит линию XX–XXIII съездов партии и с научной глубиной анализирует сложные проблемы современного общественного развития. Журнал собрал на своих страницах множество талантливейших современных советских писателей. Авторитет, которым он пользуется, как в нашей стране, так и среди прогрессивной интеллигенции всего мира, делают его явлением совершенно исключительным. Не считаться с этим фактом было бы ошибкой с далеко идущими отрицательными последствиями.

Мы совершенно убеждены, что для блага всей советской культуры необходимо, чтобы «Новый мир» продолжал свою работу под руководством А.Т. Твардовского и в том составе редколлегии, которую он считает полезным для журнала.

А.Бек, В.Каверин, Б.Можаев, Ан.Рыбаков, Ю.Трифонов, А.Вознесенский, Ев.Евтушенко, М.Алигер, Евг.Воробьев, В.Тендряков, Ю.Нагибин, М.Исаковский.

РГАНИ. Ф.5. Оп.62. Д.84. Л.35. Подлинник.

Телеграмма Фазиля Искандера А.Н. Косыгину[27]

10 февраля 1970 г.

Правительственная Москва Совет Министров А.Н.Косыгину

Уважаемый Алексей Николаевич. Как писатель и как автор «Нового мира» считаю своим долгом выразить несогласие с решением секретариата Союза писателей об изменении редколлегии «Нового мира», под каким бы предлогом это не проводилось. Суть дела ясна: ликвидация наиболее последовательного критического направления в литературе. Литература всегда была критикой и будет критикой. Как Вы понимаете: мыслить – значит критиковать. Вне критики нет и не может быть никакой мысли. Кроме всего, меня удивляет и такая сторона вопроса: каким образом секретариат Союза писателей объяснит свое решение тысячам подписчиков, которые подписались именно на этот журнал с его нынешней редколлегией, а не тот, который пытается из него сделать секретариат Союза писателей. С уважением Фазиль Искандер. Член Союза писателей. Москва.

РГАНИ. Ф.5. Оп.62. Д.84. Л.47-48. Подлинник.

Справка Отдела культуры ЦК КПСС

об освобождении А. Твардовского от обязанностей главного редактора журнала «Новый мир»

24 марта 1970 г.

12 февраля с.г. в секретариат правления Союза писателей СССР обратился т. Твардовский А.Т. с просьбой об освобождении его от обязанностей главного редактора журнала «Новый мир». Секретариат правления Союза писателей СССР 13 февраля с.г. удовлетворил эту просьбу т. Твардовского А.Т. и назначил главным редактором журнала «Новый мир» т. Косолапова В.А.

24 февраля с.г. Секретариат ЦК КПСС, рассмотрев предложения секретариата правления Союза писателей СССР, освободил т. Твардовского А.Т. от обязанностей главного редактора журнала «Новый мир» согласно его просьбе и утвердил главным редактором этого журнала т. Косолапова В.А., освободив его от должности директора издательства «Художественная литература».

Секретариат правления Союза писателей предложил т. Твардовскому А.Т. работу в качестве штатного секретаря правления Союза писателей.

2 марта с.г. т. Твардовский А.Т. был принят в ЦК КПСС. С авторами коллективного письма состоялись беседы по существу поднятых ими вопросов в Отделе культуры ЦК (с писателями В.Тендряковым, Б.Можаевым, Ю.Нагибиным, М. Исаковским) и в Союзе писателей СССР (т. Воронков К.В.) – с остальными литераторами, подписавшими письмо.

Зам. зав. Отделом культуры ЦК КПСС ____________ Ю.Мелентьев

РГАНИ. Ф.5. Оп.62. Д.84. Л.51. Подлинник.

] ] ]

Сопроводительное письмо КГБ СССР в ЦК КПСС к копии письма А. Солженицына А. Твардовскому

24 июля 1970 г.

При этом направляется полученная оперативным путем копия письма А.Солженицына А.Твардовскому, в котором сообщается о завершении Солженицыным работы над новым романом «Август четырнадцатого» из эпохи первой мировой войны.

Председатель Комитета Госбезопасности ________________ Андропов

Дорогой Александр Трифонович!

Очень рад был Вашей отзывной телеграмме (только сейчас мне ее переслали), тем более, что юбилейный распорядок не оставляет времени отвечать каждому. Не огорчение, что многие взгляды расходятся, в этом и развитие. Да ведь самая простая задача – что совершится завтра? – недоступна никакому мудрецу, сильнейшие умы иногда и на неделю вперед не видели – как же людям не спорить и не разногласить?

Что в телеграмму как-то не помещалось, а сейчас хочется сказать: рану, которую так несправедливо нанесли Вам разрушением «Н.Мира» и еще подтравили содержанием юбилейных статей – рану эту пустите зажить скорей! Прошлого все равно никто не вычеркнет, а от боли ее – Вам только боль. Все еще обновится, возродится, вынырнет.

Я кончил 1-ую редакцию «Августа четырнадцатого», теперь уже начал 2-ю. Очень велика получилась вещь – больше «Ракового корпуса» – и это меня смущает. Таких только военных глав, как Вы читали 12, получилось 46, да еще «мирных» 18. Боюсь, что от военных глав читатель будет обалдевать, скучать. И как будто нигде не размазывал, все полотно писал. Может быть, есть какая-то ошибка во всей методике, в первоначальном замысле. Если будем живы и одолею 2-ю редакцию – где-нибудь в октябре попрошу Вас почитать, ладно?

Обнимаю и целую Вас!

Ваш А.Солженицын

Верно: начальник 5 управления КГБ при СМ СССР (Бобков)

РГАНИ. Ф.89. Оп.37. Д.23. Л.1-2. Подлинник и копия.

Письмо КГБ СССР в ЦК КПСС о настроениях А. Твардовского

7 сентября 1970 г.

Секретно

В Комитет госбезопасности поступили материалы о настроениях поэта А.Твардовского.

В частной беседе, состоявшейся в начале августа 1970 года, он заявил: «Я прекрасно знаю, что на мой счет идут насмешливые пересуды: Твардовский-то сообразил, что нынче Сталин не в моде, а в свое время чуть ли не пятьсот строк ему персонально посвятил. Верно, я много написал стихов о «родном отце». Но я тогда не кривил душой, как, уверен, не кривили очень многие. Не надо стыдиться, что мы писали во время финской войны поздравление Сталину в стихах. Мы верили, что делаем высокое дело. Стыдно должно быть тем, кто сегодня пытается обелить Сталина, ибо в душе они знают, что творят. Да, ведают, что творят, но оправдывают себя высокими политическими соображениями: этого требует политическая обстановка, государственные соображения! … А от усердия они уже начинают верить в свои писания. Вот увидите, в конце года в «Литературной газете» появится обзор о «Новом мире»: какой содержательный и интересный теперь журнал! И думаете, не найдутся читатели, которые поверят? Найдутся. И подписка вырастет. Рядовой, как любят говорить, читатель, он верит печатному слову. Прочтет десять статей насчет того, что у нас нет цензуры, а на одиннадцатой поверит. Впрочем, сейчас этому и вправду можно поверить: если выходят в свет романы Шевцова, то, пожалуй, действительно цензуры нет».

Сообщается в порядке информации.

Председатель Комитета Госбезопасности ________________ Андропов

РГАНИ. Ф.89. Оп.37. Д.25. Л.1. Подлинник.

Из справки Главлита при Совете Министров СССР по итогам контроля иностранной литературы за период с января по июнь 1970 г.

5 августа 1970 г.

Секретно

Объектом самого пристального наблюдения буржуазных обозревателей было положение в среде творческой интеллигенции СССР, при анализе которого на первое место выносилась борьба между так называемыми «либералами» и «консерваторами». […].

В течение ряда лет основными органами «либеральных сил» в литературе буржуазная пропаганда считает журналы «Новый мир» и «Юность». Поэтому не случайно западная печать с большим разочарованием и сожалением прокомментировала факт ухода А.Твардовского с поста главного редактора журнала «Новый мир». В это «тяжелое время» она стремилась всячески поддерживать «либерально настроенную интеллигенцию», которая, как писали газеты, потеряла в лице Твардовского «свой последний оплот». Как правило, эти материалы сопровождались нападками на внутреннюю политику партии и правительства. «Твардовский был для советской интеллигенции путеводной звездой, – писал У.Шиллер в западно-германской газете «Ди цайт» (за 20.02.70. Статья «На смену ему придут функционеры»). – Надо понимать какое выдающееся место занимал Твардовский в духовной и литературно-политической жизни советской интеллигенции, чтобы представить всю величину потери». Английская газета «Таймс» 16.02.70 поместила редакционную статью «Смелый «Новый мир», в которой деятельность Твардовского охарактеризована как «доблестная, но в конечном итоге печальная история». «Для него было важно лишь то, чтобы писатель мог сказать что-либо значительное и заявить об этом честно – как Солженицын, Дудинцев, Некрасов, Евтушенко, Померанцев и др.», – утверждалось в упомянутой статье. «Пал последний оплот либералов в советской литературе, – говорилось в статье «Конец эксперимента», опубликованной английским журналом «Экономист» за 21-27.02. – «Победа консерваторов – это итог длительной войны на истощение. Отставка Твардовского олицетворяет собой конец целой эры. В год столетия со дня рождения Ленина русские любят характеризовать все, что они делают, как «возврат к ленинизму», но в области искусства им, поистине, далеко до этого». […]

Начальник Главного управления по

охране государственных тайн в печати

при Совете Министров СССР __________________ П.Романов

РГАНИ. Ф.5. Оп.62. Д.43. Л.183-186. Подлинник.

] ] ]

Из писем в журнал «Новый мир»

Письмо Григорьевой из Москвы в связи с опубликованием в газете «Правда» 27 января 1967 г. статьи «Когда отстают от времени»

6 февраля 1967 г.

Дорогой и уважаемый Александр Трифонович,

Я уже несколько лет подписываюсь на «Новый мир» и очень люблю Ваш журнал.

Иногда больше, иногда меньше, но нравится мне в нем все. Все проникнуто каким-то духом уважения к читателю, искренностью. Я считаю, что журнал очень много делает для воспитания в людях духа демократизма. Я, например, всю жизнь прожила в Москве, в очень узком кругу средней интеллигенции (моя мать – корректор, я – инженер) и люди простых профессий – крестьяне, парикмахеры, подавальщицы всегда казались мне чем-то непонятным и в глубине души я их, наверное, не очень уважала (хоть и понимала, что это стыдно). Теперь, благодаря Вашему журналу мне открылся другой, более широкий взгляд на жизнь, я поняла не умом, а чувством, что эти люди – многие из них, ничуть не глупее, а часто наверное и умнее и лучше тех, кто окружает меня.

Журнал приносит большую пользу – развивает, учит, прививает читателям более широкие и терпимые взгляды и просто приносит большое удовольствие.

Если бы не Ваш журнал, то я бы просто не знала, что у нас есть столько талантливых и самобытных писателей.

Вот поэтому я очень расстроилась, когда мне сказали, что Вы, Александр Трифонович, собираетесь уйти из «Нового мира». Очень прошу Вас – не делайте этого, многим Вашим читателям это будет очень тяжело.

Уважающая Вас Григорьева

РГАЛИ. Ф.1702. Оп.9. Д.259. Л.4, 4об. Подлинник. Автограф.

Письмо В. Трофименко в связи с Постановлением Союза писателей СССР о работе журнала

10 апреля 1967 г.

В редакцию журнала «Новый мир»

Уважаемый т. главный редактор!

Прочел я 30 марта с.г. в газете «Известия» короткое сообщение о том, что состоялось в секретариате Союза Писателей обсуждение деятельности журнала «Новый мир» и не очень удивился, что взбунтовались мотяковы, воронковы, гузенковы и что даже берут верх. Пока еще, но берут верх. Неужели же не увидеть больше на страницах журнала вещей, подобных таким, как «Беглец», «Письмо», «Наши старухи», «Созвездие Козлотура», «Из жизни Федора Кузькина» и других, статей, таких, как «О ремесленной литературе», «Читатель, писатель, критик» и им подобных? А ведь всю эту прелесть я открыл для себя случайно. Давненько не брал толстые журналы в руки. «Щит и меч» оскомину набил. А после того, как в «Огоньке» стали печатать «Богиню победу», разлюбил и «Огонек». Искал удовлетворения в случайных встречах с миниатюрными рассказами таких журналов, как «Работница», например. Но как-то купил четвертый номер «Нового мира» за 1966 год, прочел «Беглеца» и удивился. Ведь тут жизнь. Давно такого не встречал. Затем прочел статью Светова «О ремесленной литературе» и понял, что это тот самый журнал, без которого нам, пожалуй, теперь никак нельзя. А «Из жизни Федора Кузькина», чует душа моя, произведение, которое станет когда-нибудь незаменимым пособием при изучении нравов наших дней.

[…] Что ж? Жаль, что бог отменен, а то сказал бы: «Дай боже силы журналу «Новый мир» и благослови его на борьбу с Мотяковым, Гузенковым, Воронковым и иже с ними обиженными».

В. Трофименко, г. Одесса

РГАЛИ. Ф.1702. Оп.9. Д.258. Л.13-14. Подлинник. Автограф.

Письмо К.М. Качанова

в связи с публикацией статьи «Против чего выступает «Новый мир»? в журнале «Огонек» № 30

8 августа 1969 г.

Уважаемая редакция!

С болью и негодованием я читал в 30 номере «Огонька» статью «Против чего выступает «Новый мир»?». Поразило меня и то, что в числе подписавших статью оказались писатели Сергей Воронин и Петр Проскурин, художественные произведения которых идут вразрез с позицией статьи. Может быть, подпись их недействительна и получена обманным путем?

После недавнего разгрома «Юности» (я имею в виду массовое и негласное изгнание членов редколлегии), можно теперь ожидать того же самого и по отношению к «Новому миру».

Мне стыдно, мне стыдно за нашу интеллигенцию, которая так легко отдает одну свою позицию за другой, не видит или не хочет видеть, что это безмолвие, это молчаливое согласие и равнодушие, а в некоторых случаях даже прямая поддержка консерватизма и реакции, может привести к временам постановлений о журналах «Звезда» и «Ленинград», к восстановлению сталинских методов и репрессий.

Наши журналы «Октябрь», «Огонек», «Молодая гвардия» и «Москва», стоящие на весьма разных позициях, начинают выступать единым фронтом с закамуфлированной, а иногда и явной проповедью реставрации сталинизма и догматизма.

Начинают под видом патриотизма культивировать ростки махрового национализма. Начинают клеить ярлыки, выступать с провокационными политическими инсинуациями, требовать расправы с инакомыслящими.

Разверните журнал, а там слышится: Ату их, ату! Намордник им, кнут! А спрашивается, с кем это завели наши ретивые литераторы такую баталию? С американским империализмом? С западногерманским неофашизмом, с маоизмом, грозящим нам войной? Ничуть не бывало! Лупят на чем свет стоит по своим, по тем, кто хочет правды и гласности, кто хочет торжества идей Ленина, кто хочет коммунизм для народа, а не для кучки избранных.

Ах, это проклятое молчание и умалчивание! Эта куцая, обрезанная информация, это отсутствие гласности и свободного обмена мнениями!

Сколько это нам навредило, и сколько еще навредит!

Все наши неудачи и промахи, все это идет от робости и половинчатости. Ничего-ничего мы не можем довести до конца. Разговор о расширении демократии заканчивается после собрания. Хозяйственная реформа из-за консерватизма старых кадров и укоренившихся методов руководства ничего пока не дала и вряд ли даст. Трудовая дисциплина на предприятиях неуклонного падает, зато все более растет процент потребления алкогольных напитков. Воровство принимает уже массовый характер и даже форму «взять», «взять со своего предприятия, как свое собственное, недоплаченную зарплату».

И кто-то думает, что все это можно ликвидировать жестким курсом, принуждением, репрессиями. Намордником? Нет уже, история давно доказала, что это напрасные усилия.

Только правильный ленинский курс, курс на демократию, на повышение благосостояния народа, на воспитание чувств патриотизма и настоящего, не фанерно-плакатного энтузиазма может привести к желанной цели.

Вы спросите, зачем я вам это пишу? Просто появилась потребность высказаться.

До свидания и пусть вас минует это стихийное бедствие идиотизма. С уважением

Качанов К.М., МССР, г. Чадыр-Лунга

РГАЛИ. Ф.1702. Оп.9. Д.324. Л.19, 19об. Подлинник. Автограф.

Копия письма Расула Гамзатова в Секретариат Союза писателей РСФСР и в редакцию «Литературной России», присланная в редакцию журнала «Новый мир»

8 августа 1969 г.

В Секретариат Союза писателей РСФСР

Уважаемые товарищи!

Довожу до Вашего сведения мое письмо в редакцию «Литературной России»:

Открытое письмо в редакцию «Литературной России»

Уважаемые товарищи.

Как известно, редакционная статья на страницах печатного органа всегда выражает мнение литераторов, составляющих редакционную коллегию. Такова традиция коллективной работы и принципиальная практика всей нашей печати. Нарушение этого незыблемого правила, этой политической и этической основы ведения литературного дела грозит узурпацией общественного мнения для выгоды конъюнктурных групповых интересов, с чем, конечно, мириться нельзя.

Эти соображения заставили меня взяться за перо, чтобы отмежеваться от редакционной статьи «Справедливое беспокойство», опубликованной в еженедельнике «Литературная Россия», членом редколлегии которого я состою.

Считаю долгом довести до сведения читателей, что до опубликования я этой статьи не видел и моего согласия на ее обнародование меня не спрашивали.

Случай беспрецедентный!

Не вдаваясь в подробный разбор опубликованного в «Огоньке» «письма группы видных советских литераторов», с мнениями которых редакционная статья «Литературной России» солидаризуется, я замечу только одно: письмо полно недостойных политических инсинуаций, своей грубостью и передержками оно возрождает приемы той печальной памяти критики, которая некогда нанесла советской литературе невосполнимый вред.

Надеюсь, что мое письмо будет опубликовано на страницах «Литературной России»

Расул Гамзатов

Ввиду того, что главный редактор «Литературной России» тов. Поздняев отказал мне, члену редколлегии, в моем бесспорном праве на опубликование письма, я не считаю возможным оставаться членом редколлегии еженедельника «Литературная Россия».

Ставя об этом в известность Секретариат, прошу:

1.      Заявление о моем выходе из состава редколлегии «Литературной России» напечатать в этом органе

2.      С ближайшего номера снять мою фамилию из числа членов редколлегии, подписывающих «Литературную Россию»

Расул Гамзатов

РГАЛИ. Ф.1702. Д.323. Л.3-4. Копия.

Письмо А.А. Шкодиной в связи с сообщением в «Литературной газете» о смене редколлегии журнала «Новый мир»

11 февраля 1970 г.

Дорогие товарищи и друзья!

Прочтя в сегодняшней «Литературной газете» сообщение об изменениях в составе редколлегии «Нового мира», мы все поняли. Мы торопимся – в те немногие дни, что все вы еще вместе – принести вам свою несказанную и невыразимую благодарность. […] Мы верим, что расстаемся с вами лишь на время: все плохое проходит, все хорошее остается навсегда. Мы, ваши читатели, всегда с вами – знайте и помните это; мы вам всегда благодарны и гордимся вами. Спасибо вам за все то, что вы успели сделать. Спасибо вам за все то, что вы еще сделаете.

Крепко жмем вам руки, низко кланяйтесь Александру Трифоновичу.

По поручению группы читателей А. Шкодина, Москва

РГАЛИ. Ф.1702. Оп.9. Д.349. Л.11. Подлинник. Автограф.

] ] ]

IV. ЛИКИ ПИСЕМ

Письмо А.Д. Сахарова Л.И. Брежневу

[конец декабря 1969 – начало 1970]

На закрытых партийных собраниях прочитывают вслух ваше, Леонид Ильич, письмо, обращенное ко всем членам КПСС.

В письме приводятся некоторые подробности, не известные низам, но в общем обрисовывается картина, давно уже известная и членам партии и всему народу.

Мы давно уже знаем, что проиграли не только битву за Луну, но и экономическое соревнование в целом, что производительность труда у нас ничтожная, что наша страна превращается в сырьевой придаток Европы, что мы держимся только благодаря баснословным природным богатствам и традиционному терпению крестьян. Все видят, что никто не желает у нас заниматься реальной работой, а только пускают пыль в глаза начальству, что такие фиктивные события, как юбилей и даты, стали для нас важнее настоящих событий экономической и социальной жизни.

Все это – следствие того, что мы много лет живем в выдуманном мире, обманываем друг друга и не решаемся взглянуть правде в глаза в то время, как другие государства не царят в небесах, а на земле строят свое хозяйство, поэтому обгоняют нас все больше и больше.

Не бывает сейчас ни одной дружеской встречи, где не говорили бы об этом. Ведь все знают, что затянувшийся коллективный самообман неизбежно ведет к катастрофе. Во всей России говорят об этом. И вот – ваше письмо.

Это смелый, правильный шаг с вашей стороны, и история поставит вам это в заслугу. Но она не простит вам, если за сигналом не последуют спасательные меры. А они очень просты. Лечение подсказывается диагнозом. Всеобщее взаимное вранье можно лечить только гласностью. Сколько инициативы, ума, энтузиазма выльется наружу, если, наконец, перестанут затыкать рты. В редакциях журналов лежат десятки статей, на машинках напечатаны десятки книг, в которых честно анализируется наша жизнь. Все это «не пропускают».

Гордость русской литературы – Солженицына – выгнали из Союза писателей. Парламент, стоящий столько денег, стал слепой машиной голосования.

Гласность и только гласность может поставить больную Россию на путь выздоровления.

Сахаров.

Архив Института «Открытое общество». РРС. № 330. Копия.

] ] ]

Из почты корреспонденту «Известий»

Прочитав в «Известиях» «Пойми человека», хочу поделиться с вами своими мыслями, высказать наболевшее. Я пишу не для газеты, и прошу меня правильно понять – я обращаюсь к вам потому, что, возможно, с такими разговорами вам приходилось встречаться неоднократно, сделать определенные выводы. Возможно, и посоветуете, что можно предпринять по ряду вопросов. […]

С самого начала ваш рассказ вызвал какое-то неудовольствие, чувствуется какая-то невысказанность, что-то находится там, за строкой. Перечитав несколько раз, поспорив с некоторыми товарищами, оперируя, конечно, отдельными выдержками вашего труда – так и разошлись в мнениях, оставшись каждый при своем. О нашем хозяйстве писать много не буду. Вы его знаете. Однако скажу, что мы многое сделали в части благоустройства станицы. Однако со всеми затронутыми проблемами мы тоже сталкиваемся ежедневно и ежечасно. Вот несколько примеров.

Мы построили дворец в 1958 году. Первые годы, как говорят, во дворце «гремело», а потом «тишь да благодать». Никто не ходит. Дворец пустует. Выясняли, беседовали, узнавали, в чем дело. Начали приводить примеры. Дескать, в городе идешь по асфальту, едешь автобусом, трамваем, а здесь попробуй 3–4 км идти по грязи. Резон? Да! Выход? Начали строить асфальтированные дорожки. Настроили 26 км. Не ходи по грязи – иди по асфальту. Однако все по-старому. Почему? Есть люди, – баянисты, музыканты, балетмейстер – все специалисты, а дела нет. Говорят, надо человека с душой, который бы все это организовал. Правильно? Да, по-видимому, так! А где их брать с «душой»?

Вы говорите, что пропал интерес к работе. Это верно. Приходится выискивать такие формы, которые бы заставили работать честно и добросовестно. Однако и это дает очень мало. В 1969 году по опыту Кубани мы ввели оплату за качество работы. Если ты сделал свою работу на «отлично», получи к сдельному заработку 30 процентов. Сколько пришлось попортить нервов, пока перешли на такую форму работы. Каждый знает, что его участок будет приниматься комиссией и от качества работы будет зависеть его оплата труда. Однако сплошь и рядом приходилось браковать работу, заставлять переделывать. Как же быть? По какому пути идти?!

[…] Недовольных много, и винят нас, правление колхоза, председателя, главных специалистов – в несовершенстве оплаты, обвиняют в частых изменениях принципа оплаты труда. А ведь в интересах дела, подчеркиваю, – в интересах дела, приходится идти на это. Например, мы переоборудовали 14 комбайнов и нацепили им половосборщики. За то, что на комбайне висит дополнительный агрегат, комбайнеру надо платить 20 процентов к сдельному заработку. Каков же результат? В бригадах № 1 и № 2 было по три переоборудованных комбайна. Комбайнерам платили по 20 процентов плюс. В первой бригаде собрали половы 100 тонн, а во второй – 300. Почему? Мы ищем эту причину, и она коренится в том, что надо было платить не за дополнительный агрегат, а за тонну собранной половы. Поэтому ради интересов дела придется изменить оплату.

Какой же вывод из сказанного? Вы обвиняете правление колхоза, председателя в том, что часто принципы оплаты меняются, а это, дескать, приводит к тому, что всякий интерес к труду у колхозника теряется. Мне кажется, что это не так. Если искать формы оплаты с учетом экономического роста хозяйства, с учетом повышения производительности труда, то это делать надо без всяких оглядок, конечно, в пределах разумного.

Хочется поделиться соображениями о другой стороне вопроса. Я помню, как мне пришлось первый раз как председателю колхоза проводить собрание в бригаде № 5 (овощеводческой). После официальной части собрания я обратился к колхозникам с просьбой честно и добросовестно трудиться, не воровать и тогда у нас пойдут дела. Не помню, кто из членов бригады мне сказал так: будете давать деньги ежемесячно, будете давать хлеб, будете думать о нас, воровать не будем, а не будет этого, воровать будем. Это было сказано на собрании, при всем честном народе, и никто, никто не дал отповеди тому, кто так ответил на мою просьбу. Я заверил тогда колхозников, что все, что будет зависеть от меня, я буду делать на благо людей, на благо наших колхозников. Прошли годы. О требованиях нечего и говорить. Люди получают ежемесячно оплату труда, получают хлеб, овощи и т.д. и т.п. А как с обещанием со стороны колхозников, как обстоит дело с воровством? Ведь стыдно признаться, эта зараза не исчезла […]

Я не малодушный, я не паникер, однако и у меня после всего этого зарождается мысль, для чего так трудиться, для чего отдавать всего себя работе, зачем вставать рано и в 5 часов быть на работе, приезжать домой поздно, два раза в день кушать, а зачастую и раз. Говорил я в районе и с прокурором, и с первым секретарем, и начальником производственного управления, и ни от кого я не получил совета, рекомендации, что делать? […]

С уважением

В.Бурлак, Ставропольский край, Георгиевский район, колхоз «40 лет Октября»

16 августа 1969 г.

Личный архив С.Ф. Ярмолюк. Оригинал. Автограф.

] ] ]

Недавно, совершенно случайно (я не выписываю «Известия») мне попал лист газеты с вашей статьей. Я не знаю, какая у вас должность, положение, но вы, я вижу, занимаетесь вопросами сельского хозяйства, ищете ответы на вопрос «почему». Я заинтересовался и хочу поделиться мнение. Я малограмотный (5 классов), мысли ясно выразить не могу, но Вы, как мне кажется, поймете, что я хотел сказать. […]

В какой-нибудь праздник мы, пожилые, устраиваем гулянку со спиртным, с гармошкой, песней, пляской, и вот молодежь тянется сюда же. Даже если есть кино в клубе – они не идут туда, стараются участвовать в гулянке, стараются выпить, хоть и с великим трудом (молодой организм, не привыкший к алкоголю, не так-то легко принимает спиртное). Вроде жертвуют, вроде стараются купить билет на право участия в гулянке, веселье. Тут они сами посмотрят, как веселятся, и сами примут участие в веселье, покажут свое «я». Видимо, чем смотреть классический балет, лучше самому топнуть какую-нибудь примитивную камаринскую. Это интереснее и веселее. Так я их понимаю.

Как-то к нам в компанию попал один интересный человек. Веселый, способный, остроумный, развитый человек. Весь вечер старался смешить нас, балагурил. В общем «артист». Нам, примитивам, делать нечего было. Много было выпито, съедено, а когда расходились, то почувствовали, что праздника-то не было. Мы-то себя не показали, только он себя показал, он веселился, он «художествовал», самодельничал. Ему-то очень весело было. Наутро я расспрашивал соседей, и все заключили, что «артиста» этого лучше бы не было. А могло бы быть по-другому. Он, этот «артист», мог бы помочь своим талантом нам веселее провести время. Поимел бы он тактичность, предоставил бы и нам «похудожествовать», хоть примитивно показать свое «я», и праздник бы получился. Этот пример, пожалуй, и к первому вопросу подходит – о методах руководства. Не похож ли ваш председатель крепкого колхоза в чем-то на этого «артиста»? Не забрал ли он все, не оставив ничего для «примитивов»? […]

Еще раз хочу сказать, что я пишу только для Вас. Мне можете не отвечать, – мне это ни к чему.

Я 1919 года рождения. Захватил немного единоличную жизнь. В колхозе прожил до 1968 года. Сейчас работаю сторожем-дворником. Беспартийный.

Чернигов М.Н. Иркутск

24 ноября 1971 г.

Личный архив С.Ф. Ярмолюк. Оригинал. Автограф.

] ] ]

Из письма академика П.Л. Капицы главному редактору газеты «Правда» академику А.М. Румянцеву

14 сентября 1965 г.

Глубокоуважаемый Алексей Матвеевич,

Я с большим интересом читал как Вашу прежнюю статью об интеллигенции, так и только что появившуюся в «Правде» о партийности творческого труда советской интеллигенции. […]. С решением ряда поставленных Вами вопросов я согласен, но есть один очень важный вопрос в Вашей статье, который мне хочется критически разобрать – это взаимоотношение партии с наукой и искусством.

[…] Вы в своей статье только касаетесь литературы, Вы говорите, и я с Вами согласен, что литература есть «человековедение», но я думаю, что Вы согласитесь, что литература есть еще и «обществоведение» (например: Рабле, Свифт, Самюэль Батлер, Салтыков Щедрин больше занимались «обществоведением»). Но вот когда Вы пишете, что должно существовать «подлинное партийное руководство художественными процессами, опирающееся на авторитет знаний и исторический опыт партии и т.д.», то я не нахожу доказательств этого тезиса в Вашей статье. Если вообще считать осуществимым руководство творческим процессом, то это возможно только единолично и более сильным и зрелым творческим талантом, как учитель и ученик. Крупный научный и художественный талант не требует и не терпит руководства, он сам является направляющей силой. […] Конечно, можно говорить о руководстве при выборе тематики, но это не руководство творчеством. Запрет и цензура, конечно, тоже не руководство. Надо не бояться сознаться, что попытки партийного руководства научным творчеством дали отрицательные результаты. Это было особенно наглядно за последние десятилетия при попытках административно направлять биологию по неправильному пути. Таким образом, непосредственное партийное руководство большим искусством и наукой – не осуществимый процесс.

Но с другой стороны, наука и искусство всегда являются неотъемлемыми факторами социального строительства. […] Поэтому приходится принять, что развитие науки и искусства у нас не должно происходить стихийно, и вопрос создания здоровых условий для развития науки и искусства есть важная проблема, которая у нас пока не имеет четкого решения. На сегодняшний день это больше касается искусства, чем науки. Я думаю, что основная причина этого в том, что мы научно не разобрались в вопросе о роли искусства при построении общества. Тут можно упрекнуть наших марксистов в том, что они не изучают этот вопрос, в то время когда за рубежом есть интересные попытки это делать. Например, я с интересом читал книгу Фишера и книгу Гароди. Обе книги недавно вышли и освещают роль искусства в строительстве общества.  Обе книги хотя и написаны коммунистами, но спорны – спорны в лучшем смысле этого слова, ибо только спорные мысли интересны, поскольку это и есть диалектический путь для решения поставленной проблемы. Только такие спорные книги следует печатать и обсуждать. Пока что опубликованная критика на книгу Гароди, напечатанная в «Иностранной литературе», была до того слаба, что напоминала лепет ученика средней школы. […] Может быть, Гароди и прав, что Брехт, Кафка, Пикассо ближе нам, чем все другие искатели нового. Но все же они рождены капитализмом, а не нами. Какую литературу и искусство родит наша эпоха? Кто из наших писателей ближе всего и нужнее всего нам? […]

Ряд наших партийцев считает, что основная роль литературы – это помочь пропагандой и популяризацией идей коммунистического строительства. Наиболее подходящую форму для этого обычно называют «социалистическим реализмом». Конечно, нельзя отрицать, что литература может успешно выполнять эти задания, но исторический опыт показывает, что роль большого искусства гораздо шире и значительнее, чем приписывается Вами «социалистическому реализму». Возьмем два хорошо известных примера. Энгельс говорил, что понять структуру буржуазного общества во время реставрации ему больше всего помог Бальзак. Ленин говорил, что лучше других именно «граф» Толстой (Лев) показал крестьянина. Это хорошо согласуется с Вашим определением задач литературы как «человековедения». Я думаю, что основная задача «большой литературы» – это путем художественного обобщения выявлять взаимоотношения человека и общества. Большой художественный талант дает материал для понимания общественных процессов, происходящих в стране, более надежный и ценный, чем пресса, обычно лишенная объективности, чем статистические таблицы или обобщения, которые существуют на Западе… […]. Мы имеем полное основание ставить два основных требования большой литературе, это: 1 – Правда художественного обобщения и 2 – Актуальность тематики.

Всякий настоящий большой писатель – художник, если ему дана свобода творить свое произведение, удовлетворяет этим двум требованиям без всякого руководства, без всякого понуждения, большому таланту художественная правда дороже его собственных взглядов. […]

Роль искусства всегда была и будет – выявление проблем социальных, этических и психологических, решение которых определяет путь развития общества. Я думаю, что определение Горького, что писатели – «инженеры человеческих душ», не достаточно широко. Их задача шире, они участвуют в построении всего общества, его этики, его вкусов. Основная задача большого искусства – это выявлять социальные проблемы, а их решать всегда будут общественные деятели, а у нас в основном партийные. […]

Попробуем разобрать творчество некоторых наших крупных писателей с точки зрения, что они дали для постановки новых проблем, стоящих на пути нашего строительства. Во-первых, есть ли такие проблемы? Да, есть, и их очень много, но тут нужно бросить упрек нашим партийным идеологам, что они часто уклоняются и не хотят заниматься этими проблемами, пытаясь ограничиться только теми проблемами, которые были перед нами поставлены во время Ленина. Но за 40 лет после смерти Ленина произошел ряд социальных изменений, которые выдвинули новые проблемы. Они преимущественно обусловлены возникновением новой техники и поэтому схожи, как у нас, так и у капиталистов. Я приведу один пример. Пожалуй, самая значительная из всех проблем нашего времени – это влияние технико-научной революции на производительность труда, и следовательно – на занятость в обществе. Хорошо известно, что благодаря энергетике, механизации, автоматизации и химизации эффективность труда человека за последние 2–3 десятилетия возросла в несколько раз. Так что сейчас в передовых странах, чтобы прокормить страну, достаточно, чтобы 10-12% населения занимались сельским хозяйством. Чтобы еще одеть, обеспечить жильем, транспортом, связью и пр., необходимо еще 20-30%. Таким образом, не менее половины человеческих производительных сил остается свободно. Как их использовать? Значительная часть этих сил в капиталистических странах тратится на военные задачи, частично они поглощены безработицей, немало сил идет на рекламу. Сейчас в капиталистических странах много людской энергии идет на развитие зрелищных предприятий, использующих интерес к спортивной, сексуальной и приключенческой тематике. Но даже этого начинает быть недостаточным. В капиталистическом обществе развивается неудовлетворенность – люди не знают, что с собой делать, в особенности это чувствует молодежь. Это создает явления, как «сердитая молодежь», и это приводит к бандитизму и гангстерству. В западной литературе видно, как все больше и больше ставятся эти вопросы и часто не без таланта (например Джером Д.Сэлинджер).

А у нас? Проблемы свободного времени и легкой жизни у нас уже стоят, а скоро по мере нашего материального развития встанут не менее остро, чем у капиталистов. Одно из проявлений незнания, как использовать свободное время, – это рост потребления алкоголя. И уже сейчас этот вопрос начинает подниматься в литературе и не без таланта, я имею в виду «Семеро в одном доме» Семина. Но вместо того, чтобы искать решение этого вопроса, наше руководство пытается его замять и автора очернить, как это было сделано в неглубокой страусовой критике, которая была в «Правде» и в других газетах, хотя эта критика и имеет положительный результат, тем, что она подогрела интерес к этой повести и, несомненно, скоро нельзя будет его замолчать.

Интересно также разобрать и произведения несомненно крупнейшего таланта Солженицына. Основную проблему, которую он ставит, что при увлечении строительством нашего нового общества мы часто забываем о человеколюбии. Это правдивый и искренний писатель, и к нему надо прислушиваться и не забывать, что у нас все должно делаться ради человека. Ваш подход и оценка произведений Тендрякова и Аксенова полностью согласуется с выдвинутыми мною критериями.

Нам нужно более глубоко разобраться в роли искусства в нашем коммунистическом строительстве, несомненно, оно более, чем принято считать[28]. Для этого нужно свободно печатать и обсуждать все, даже спорные работы по этому вопросу (Фишер, Гароди, Арагон и др.) и создавать условия, при которых наши товарищи не боялись бы спорных вопросов. […] Но даже если мы будем продолжать, как теперь, держать эти вопросы в шорах, все равно в нашем народе будет всегда достаточно смелых и сильных талантов, которые будут поднимать и ставить социальные проблемы, и их придется решать. Мне думается, что главная роль искусства во веки веков была и будет – это показывать людям, что в их жизни есть плохого и хорошего.

Привет, Ваш Капица

АРАН. Личный фонд академика А.М. Румянцева. Подлинник.

] ] ]

Из письма читателя В.Н. Крюкова главному редактору «Литературной газеты» А.Чаковскому

29 апреля 1968 г.

Можно соглашаться или не соглашаться с Вашей статьей «Ответ читателю»[29]. […] Я никогда не пойму, как можно топтать сбитых с ног, лишенных возможности защитить себя. Как можно было вообще осудить Синявского и Даниэля за неугодные кому-то художественные произведения, да еще на такие сроки?

Что я знаю о процессах Синявского и Даниэля, А.Гинзбурга, Ю.Галанскова, В.Буковского? Несколько газетных статей, где приводились только аргументы обвинения. А где выступления обвиняемых, защиты? Согласитесь, что это самое элементарное условие объективного освещения судебных разбирательств.

На эти и подобные им вопросы не даны до сих пор деловые, убедительные ответы.

«Антисоветчики». Это очень тяжелое обвинение, эквивалентное термину «враги народа» периода кровавой сталинской диктатуры.

Обращение-протест П.М. Литвинова и Л.И. Богораз-Даниэль, содержащий факты грубого нарушения социалистической законности на январском процессе молодых писателей[30].

В результате – мое твердое личное мнение: учитывая огромный общественный интерес к процессам писателей, глубокие сомнения и тревогу, испытываемые самыми различными гражданами нашей страны относительно характера судебных заседаний, я настаиваю на проведении нового судебного разбирательства дел Синявского и Даниэля, А.Гинзбурга, Ю.Галанскова, Веры Лашковой, В.Буковского, на основе строгого соблюдения норм социалистического судопроизводства, на объективной информации в печати, по радио и телевидению.

Только таким образом, в атмосфере терпимости и допустимости трагических ошибок нашего прошлого, неприменения административных мер к подписавшим протесты, разрешатся все противоречия, вызванные этими процессами. Это будет достойным ответом на все зарубежные кривотолки относительно свобод и демократичности моей Родины.

У меня нет веских оснований сомневаться в искренности намерений П.М. Литвинова и Л.И. Бограз-Даниэль. Уверен – это люди большой культуры и гражданского мужества. Высокая ученая степень доктора П.М. Литвинова – лучшее свидетельство в пользу его личных качеств.

Их «прокламации», как вы выражаетесь, результат невозможности выступить в печати. Результат неопубликования письма матери А.Гинзбурга в защиту сына в редакцию «Комсомольской правды». Вот она, объективность! О какой рекламе может быть речь? До нее ли Л.И. Богораз-Даниэль, женщине, у которой столько личного горя? Доктор Литвинов П.М. нуждается в ней? Может быть, я, рабочий, пишу это письмо и грежу наяву: мое имя на страницах буржуазных газет. Чушь какая-то!

Я просто хочу, чтобы нас объективно информировали обо всем, что происходит в мире и внутри страны, без излишнего упора на идеологическую борьбу, в ущерб фактам. На протяжении февраля-марта полное молчание о колоссальных политических событиях в Чехословакии, недостаточно полное освещение недавних событий в Польше. Потери во Вьетнаме несут только американские и южновьетнамские правительственные войска. Это уж совсем по-детски. Из номера в номер словесная война, идеологическая борьба со своими и чужими. Как она еще не надоела Вам, редакторам. Каждый день одно и то же.

Сообщая о тревожных фактах возрождения нацизма в Западной Германии, расовой дискриминации в США и ЮАР, наша печать в то же время полностью прекратила десталинизацию. Или вы думаете, мы забыли о катастрофе 1941 года, о кровавом кошмаре 30-х годов. Никогда. Как никогда не поверю, что писатель А.Солженицын, смелый и мужественный человек, всю войну проведший на фронте, награжденный боевыми орденами, был предателем. Несомненно, эти кривотолки на 100% состоят из «дела», состряпанного сталинско-бериевскими палачами, по которому капитан А.Солженицын в феврале 1945 года был посажен в концлагерь. XX и XXII съезды КПСС полностью восстановили доброе имя его и тех, кто выжил. О каких «ошибочных» реабилитациях может быть речь? Вздор.

Почему вы, писатели и журналисты, молчите об этом? Это ваш коллега. Может быть, капитан А.Солженицын тоже «антисоветчик»? Или прав писатель Грэм Грин, сказав, что в ваших ушах не звонят никакие колокола…

Всего Вам доброго.

Крюков В.Н., 1930 г. рожд., токарь

г. Одесса

Архив Института «Открытое общество». РРС № 147. Копия.

] ] ]

Письмо Иосифа Бродского Л.И. Брежневу

4 июля 1972 г.

Уважаемый Леонид Ильич,

Покидая Россию не по собственной воле, о чем Вам, может быть, известно, я решаюсь обратиться к вам с просьбой, право на которую мне дает твердое сознание того, что все, что сделано мною за 15 лет литературной работы, служит и еще послужит только к славе русской культуры, ничему другому.

Я хочу просить Вас дать возможность сохранить мое существование, мое присутствие в литературном процессе. Хотя бы в качестве переводчика – в том качестве, в котором я до сих пор и выступал. Смею думать, что работа моя была хорошей работой, и я бы мог и дальше приносить пользу. В конце концов, сто лет назад такое практиковалось.

Я принадлежу к русской культуре, я сознаю себя ее частью, слагаемым, и никакая перемена места на конечный результат повлиять не сможет. Язык – вещь более древняя и неизбежная, чем государство. Я принадлежу русскому языку, а что касается государства, то, с моей точки зрения, мерой патриотизма писателя является то, как он пишет на языке народа, среди которого живет, а не клятвы с трибуны.

Мне горько уезжать из России. Я здесь родился, вырос, жил, и всем, что имею за душой, я обязан ей. Все плохое, что выпадало на мою долю, с лихвой перекрывалось хорошим, и я никогда не чувствовал себя обиженным Отечеством. Не чувствую и сейчас.

Ибо, переставая быть гражданином СССР, я не перестаю быть русским поэтом. Я верю, что я вернусь; поэты всегда возвращаются: во плоти или на бумаге. Я хочу верить и в то, и в другое. Люди вышли из того возраста, когда прав был сильный. Для этого на свете слишком много слабых. Единственная правота – доброта. От зла, от гнева, от ненависти – пусть именуемых праведными – никто не выигрывает. Мы все приговорены к одному и тому же: к смерти. Умру я, пишущий эти строки, умрете Вы, их читающий. Останутся наши дела, но и они подвергнутся разрушению. Поэтому никто не должен мешать друг другу делать его дело. Условия существования слишком тяжелы, чтобы их еще усложнять.

Я надеюсь, Вы поймете меня правильно, поймете, о чем я прошу. Я прошу дать мне возможность и дальше существовать в русской литературе, на русской земле. Я думаю, что ни в чем не виноват перед своей Родиной. Напротив, я думаю, что во многом прав. Я не знаю, каков будет Ваш ответ на мою просьбу, не знаю, будет ли он иметь место вообще. Жаль, что не написал Вам раньше, а теперь уже и времени не осталось. Но скажу Вам, что в любом случае, даже если моему народу не нужно мое тело, душа моя ему еще пригодится

С уважением,

Ваш Иосиф Бродский

Личный архив А.И. Волкова. Копия.

] ] ]

Письмо В. Сдобнова члену Политбюро ЦК КПСС Д.С. Полянскому

17 августа 1970 г.

Уважаемый Дмитрий Степанович!

Не могу оставаться равнодушным к тому, что творится в редакции и издательстве «Известий». Моя партийная совесть не позволяет проходить мимо безобразий.

1.        Редакция правительственной газеты стала прибежищем политически скомпрометировавших себя людей, ареной политической борьбы и расправы над теми, кто придерживается позиций, противоположных убеждениям аджубеевской группы, т.е. придерживается партийных позиций.

Решением ЦК КПСС из «Правды» был освобожден член редколлегии этой газеты Л.Карпинский, из «Журналиста» быв. главный редактор этого журнала Яковлев – оба за политически вредные выступления. Их приютила (а по версии Л.Толкунова они были «навязаны» газете отделом пропаганды ЦК КПСС) редакция правительственной газеты, а точнее, группа журналистов, поддержавшая чехословацкие «начинания». Иными словами, виновница политически вредных статей и выступлений в газете («Они и мы», М.Шагинян о «Фиате», Шульгина в «Неделе» и т.д.) и беспринципных, а порой открытых антисоветских ревизионистских заявлений на летучках, собраниях, в статьях многотиражки.

Наиболее ярко позиция этой группы проявилась в случае с Орловым и Кривошеевым, которые демонстративно отказались освещать события в ЧССР, куда они были направлены. Эти молодчики транжирили редакционную валюту на встречи с контрреволюционными элементами, но по словам главаря аджубеевской группы Ю.Филоновича, «хорошо проявили себя в ЧССР (так он отозвался о поведении Кривошеева в своем выступлении перед редакционным коллективом).

Указанная группа открыто атаковала авторов принципиальных партийных выступлений, подвергая их разносу на летучках, собраниях. На партсобрании 10.3.70 года я говорил о неблаговидной рецензии в «Неделе» на роман Г.Владимова «Три минуты молчания». Это выступление было подвергнуто острой критике секретарем ЦК КПСС т. П.Демичевым. «Известия» исправили ошибку «Недели», опубликовав критическую рецензию на произведение Владимова.

Однако на очередной летучке эта известинская рецензия подверглась критике Пархомовским. Дежурный член редколлегии главный редактор «Недели» М.Цейтлин многозначительно отмолчался. Когда на собрании я выразил возмущение по поводу этого выступления «Недели» и поведения Цейтлина и Пархомовского, то Цейтлин квалифицировал мое выступление как «ушат грязи на коллектив».

Идеологическая схватка произошла, например, на летучке, где выступил Л.Карпинский, открыто изложивший свои мелкобуржуазные взгляды на отношение партии к проблемам художественного творчества. Его поддержали Ю.Шарапов (отдел пропаганды), О.Лацис (промышленный отдел), Михайловская[31] (отдел школ) и, конечно, приятель Яковлев (спец. корр. Секретариата редакции). Я тогда прямо сказал, что в редакции существует группа людей (выступление прилагается), которая пытается создать в коллективе определенный климат. С благословения главного редактора эту летучку так и замолчали. Но всем ясно, что после этого началась расправа надо мной, а виновника потихоньку убрали. Он не понес никакой партийной ответственности.

2.        И, наоборот, тех, кто пытался «вынести сор из избы», кто по-партийному подошел ко всем этим и другим безобразиям, – этих людей всячески очернили, сделали объектом гонений, шантажа, угроз, клеветы.

«Беспринципные люди, проявляющие двойственность, беспринципность в подходе к важнейшим идеологическим материалам, сыграли неблаговидную роль и в деле т. Сдобнова» – эти слова принадлежат первому секретарю Фрунзенского РК КПСС тов. Е.А. Пирогову.

Действительно, допущенный мною промах использовали для того, чтобы политически расправиться со мной. К собранию, разбиравшему мое персональное дело, тщательно готовились. Я не помню (за 9 лет работы в редакции) ни одного такого «активного» собрания. Никто и не подумал обсуждать подтвержденные справкой Сектора печати ЦК КПСС недостатки в работе редакции (к ним и потом не возвращались). Вместо этого ораторы обрушились с грубой бранью на меня, обвиняя в демагогии и клевете. Зам. главного редактора А.Гребнев назвал меня человеком из 1937 года, потому что, мол, написал о фактах, имевших место, но якобы обсуждавшихся, т.е. вроде бы вынес сор из избы, действуя методами 1937 года. Чехонин назвал меня шовинистом, Сагателян националистом, сотрудник отдела пропаганды Кирсанов[32] вменил мне даже в вину, что я обнаружил серьезные политические ошибки в «Детской энциклопедии», которые союзным и республиканским комитетами по печати были квалифицированы как идеологическая диверсия.

Я дал отповедь этим нападкам. Но эти и другие обвинения сыграли свою роль, повлияли на результаты голосования. Правда, примерно треть коммунистов первоначально отказалась голосовать за исключение из партии. Тогда собрание было прервано, было созвано заседание бюро, и оно в мое отсутствие приняло новую формулировку и меру взыскания, вынеся его на обсуждение собрания. Так, грубо попирая партийные нормы, аджубеевская группа, руководствуясь чувством политической мести, навязала коммунистам редакции свое решение: мне вынесли строгий выговор с занесением в учетную карточку за притупление политической бдительности и использование служебного положения, выразившееся в незаконной передаче антисоветской книги, а также за демагогические обвинения в адрес партбюро и редколлегии «Известий» […].

В.Сдобнов, член КПСС с 1943 года[33].

РГАНИ. Ф.5. Оп.62. Д.40. Л.128-129, 137-139. Подлинник.

] ] ]

V. НАСТРОЕНИЯ В ОБЩЕСТВЕ: СПЕЦСЛУЖБЫ СИГНАЛИЗИРУЮТ

Записка КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС об антисоветской деятельности творческой интеллигенции

11 декабря 1965 г.

Секретно

Докладываю, что на протяжении 1964–1965 годов органами государственной безопасности был раскрыт ряд антисоветских групп, в той или иной форме проводивших подрывную работу против социалистического строя, политики КПСС, участники некоторых групп пытались даже пропагандировать идеи реставрации капитализма в нашей стране.

За проведение антисоветской националистической работы на Украине арестовано более 20 человек. Как выясняется в ходе следствия, их взгляды, а также распространяемые ими документы антисоветского, националистического содержания в различной степени были известны весьма широкому кругу интеллигенции (свыше 1000 человек).

Отмечается некоторая активизация националистических элементов и в других союзных республиках.

Раскрытая антисоветская группа в Ленинграде, состоявшая из молодых научных работников, изготовила программный документ, на базе которого ее участники, наряду с антисоветской пропагандой, пытались привлекать себе сообщников. Документ этот получил достаточно широкое распространение: с его содержанием в различных городах страны знакомилось свыше 150 человек.

В сентябре с.г. в Москве были арестованы авторы литературных антисоветских произведений СИНЯВСКИЙ и ДАНИЭЛЬ, которые на протяжении ряда лет по нелегальному каналу переправляли свои «труды» за границу, где они издавались и активно использовались в антикоммунистической пропаганде, в компрометации в глазах общественности советской действительности.

Следует отметить также, что в течение последних месяцев 1965 года зафиксирован целый ряд антисоветских проявлений в форме распространения листовок, различного рода надписей враждебного содержания, открытых политически вредных выступлений. Дело иногда доходит до того, как это было, например, в Москве, когда некоторые лица из числа молодежи прибегают к распространению так называемых «гражданских обращений» и группами выходят с демагогическими лозунгами на площади. Формально в этих действиях нет состава преступления, но если решительно не пресечь эти выходки, может возникнуть такая ситуация, когда придется прибегнуть к уголовным преследованиям, что вряд ли оправдано. Большинство участников раскрытых антисоветских групп было профилактировано, а некоторые привлечены к уголовной ответственности.

Нельзя сказать, что конкретные антисоветские и политически вредные проявления свидетельствуют о росте в стране недовольства существующим строем или о серьезных намерениях создания организованного антисоветского подполья. Об этом не может быть и речи. Однако анализ этих проявлений и причин некоторого оживления антисоветской деятельности отдельных лиц указывает на то, что, наряду с влиянием буржуазной идеологии на политически неустойчивых лиц, систематическим подогреванием националистических настроений со стороны китайских раскольников, мы нередко сталкиваемся с потерей политической бдительности, революционной боевитости, классового чутья, а то и просто политической распущенности среди некоторой части интеллигенции, и прежде всего творческой. Представляется, что это последнее обстоятельство заслуживает самого пристального внимания, так как принимает достаточно распространенный характер и вовлекает, сбивая с правильного пути, в нигилизм, фрондерство, атмосферу аполитичности значительную часть интеллигенции и вузовской молодежи, особенно в крупных городах страны. У некоторой части молодежи появилось равнодушие, безразличное отношение к социальным проблемам, к революционному прошлому нашего народа.

Критиканство под флагом борьбы с культом личности, опорочивание основ социалистического строя, огульное высмеивание наших недостатков является по существу основной тематикой многих произведений литературы и искусства. Складывается впечатление, что для публикации или постановки произведений в некоторых издательствах, театрах и студиях в настоящее время обязательным условием является наличие в них выпадов против нашей действительности. Не случайно поэтому в репертуарах театров и киностудий часто стали появляться пьесы и картины, которые вызывают ажиотаж обывателей, всегда спешащих увидеть «скандальный» спектакль или фильм, да и сам аппарат изображается как мрачная стена, стоящая на пути всего нового, передового. Такие спектакли и кинокартины серьезно влияют на подрыв авторитета власти.

В Московском Театре драмы и комедии на Таганке, где художественным руководителем является член КПСС ЛЮБИМОВ, накануне 48-й годовщины Октября вышла премьера «Павшие и живые», посвященная творчеству советских поэтов, павших на фронтах Великой Отечественной войны, и в известной мере советской фронтовой поэзии вообще. Спектакль этот готовился около года, имел несколько просмотров, после которых его постановщики вносили бесконечные поправки. Они сводились вначале к тому, что, наряду с еврейскими поэтами-фронтовиками, были показаны и русские участники войны, затем возникал вопрос о смягчении некоторых сцен в политическом плане, в частности сцены, рассказывающей о поэте БАГРИЦКОМ – сыне Эдуарда БАГРИЦКОГО. Этот эпизод, с одной стороны, показывал БАГРИЦКОГО на фронте, а с другой, – его мать в лагерях. Подтекст сцены невольно ставил вопрос, что защищает БАГРИЦКИЙ на фронте?

Подобными изъянами грешат и некоторые другие сцены спектакля. Вызывает удивление появление в этом спектакле имени поэта ПАСТЕРНАКА. Как известно, он не пал на фронте и не относится к числу оставшихся в живых поэтов-фронтовиков. Однако в спектакле долго старались сохранить сцену, сделанную весьма помпезно, и уход его со сцены пытались сопроводить символикой вечного огня.

Следует отметить, что в течение года, пока этот спектакль был выпущен, с ним в ходе так называемых «предварительных просмотров» ознакомилось большое количество зрителей.

В театре имени Ленинского комсомола идет спектакль драматурга РАДЗИНСКОГО «Снимается кино». Это двусмысленная вещь, полная намеков и иносказаний о том, с какими трудностями сталкивается творческий работник в наших условиях, и по существу смыкается с идеями, охотно пропагандируемыми на Западе, об отсутствии творческих свобод в Советском Союзе, о необходимости борьбы за них. При этом отсутствие якобы «свободы» увязывается с требованием партийности в искусстве.

В некоторых современных произведениях протаскивается мысль о том, что партийность является оковами для советских творческих работников, что тезис о социалистическом реализме должен быть снят с повестки дня. Об этом по существу говорится и открыто. Достаточно вспомнить хотя бы выступление поэта ЕВТУШЕНКО в Колонном зале на вечере, посвященном памяти ЕСЕНИНА.

Ряд пьес, идущих на сцене московских театров, таких, как пьеса ЗОРИНА «Дион» в Театре им. Вахтангова, «Голый король» ШВАРЦА в Театре «Современник», «Трехгрошовая опера» БРЕХТА в Театре им. Моссовета и некоторые другие, ставят целью перенести события прошлого на нашу современность и в аллегорической форме высмеять советскую действительность.

Опасность этих произведений состоит не только в том, что они иронизируют по поводу советской действительности, но и в том, что они делают это через аллегорию, как бы доказывая невозможность сказать правду или критиковать недостатки открыто.

Аналогичное положение наблюдается и в кино. На студии «Мосфильм», например, недавно сделан фильм «33». Не что иное, как изображение советского «города Глупова». По существу в этом фильме высмеивается местная советская администрация, рисуется патриархальный уклад жизни, фарс, присущий всем руководящим сферам от района до столицы, ложь, в которую все верят. Налицо попытка по существу опорочить все, вплоть до полета космонавтов. И вообще трудно представить после просмотра этого фильма, что же сделано в Советском Союзе за годы Советской власти, кроме показной мишуры и блеска столицы.

«Ленфильмом» сделан фильм «Друзья и годы». Он охватывает этапы жизни нашей страны с 1934 по 1960 год. На протяжении 26 лет изображается привольная, обеспеченная жизнь карьеристов, проходимцев и жуликов и мучения честных советских граждан. На этой же студии снят фильм «Иду на грозу», в принципе не вызывающий больших сомнений, но опять-таки порочно изображающий отдельные стороны нашей жизни.

Моральная неустойчивость отдельных советских людей стала весьма желательной темой некоторых работников кино и театров. Фильм «Иду на грозу» этому отвечает, хотя бы одной стороной: все женщины, изображенные в фильме, распущенные люди, стоящие на грани проституции. Театр им. Ленинского комсомола, призванный воспитывать здоровое начало в своем молодом современнике, решил почему-то заняться детальным изучением причин и следствий неудачно сложившихся судеб, разбитой любви, разрушающихся семей. За первым спектаклем «До свидания, мальчики!» появились в том же плане «104 страницы про любовь», «Мой бедный Марат», «В день свадьбы», «Снимается кино». Из спектакля в спектакль, из сцены в сцену начали кочевать инфантильные мальчики и девочки, плюющие через губу на все происходящее вокруг них, зато не по возрасту пристально изучающие проблему взаимоотношения полов. Герои и героини указанных спектаклей соблазнительны внешне, но бедны духовно и интеллектуально и насквозь пропитаны мещанским духом.

С известными изъянами вышли на экран и фильмы «Лебедев против Лебедева», «Обыкновенный фашизм».

Вызывает серьезные возражения разноречивое изображение на экране и в театре образа В.И. ЛЕНИНА. В фильме «На одной планете», где роль ЛЕНИНА исполняет артист СМОКТУНОВСКИЙ, ЛЕНИН выглядит весьма необычно: здесь нет ЛЕНИНА-революционера, есть усталый интеллигент, с трудом решающий и проводящий линию заключения Брестского мира. Фильм заканчивается весьма странной фразой ЛЕНИНА о том, что он мечтает о времени, когда будут говорить агрономы и инженеры и молчать политики. В фильме «Залп Авроры», как отмечают многие советские граждане, в ЛЕНИНЕ, которого исполняет артист КУЗНЕЦОВ, много клоунских черт.

В свое время на одном из диспутов МАЯКОВСКИЙ говорил, что он первым будет бросать тухлые яйца в экран, где будут играть ЛЕНИНА, так как он считал, что ЛЕНИНА нельзя играть, ибо нельзя передать гениальность и революционный пафос вождя революции. После игры ЩУКИНА и ШТРАУХА казалось, что ЛЕНИНА можно играть. Но, безусловно, этим нельзя злоупотреблять. Сейчас ЛЕНИНА играют от кружка самодеятельности до ведущих артистов. Причем артисты, исполняющие роль ЛЕНИНА, играют и другие роли. Сегодня они играют роль ЛЕНИНА, завтра купца, послезавтра пьяницу. Вместе с тем о том, как изображался ЛЕНИН, надо серьезно задуматься, так как по этим фильмам о ЛЕНИНЕ будут судить потомки, которые не только его не видели, но и не смогут услышать о нем из уст очевидцев.

После опубликования романа СОЛЖЕНИЦЫНА «Один день Ивана Денисовича», когда был брошен официальный призыв к критическому изображению периода культа личности в литературе, вышло немало произведений на эту тему, в которых с разных сторон подвергались критике те или иные явления в жизни советского общества. Помимо признанных партией вредных последствий культа СТАЛИНА в вопросах попрания основ социалистической законности, некоторые литераторы даже коллективизацию, индустриализацию страны пытаются отнести к ошибочным действиям партии, критикуют роль партии в руководстве всеми отраслями хозяйства в послевоенный период, равно как и в период Великой Отечественной войны, огульно чернят завоевания нашего народа последних лет. Не случайно в ответ на призывы работать над юбилейной октябрьской тематикой эти писатели не видят, что, собственно, можно показать положительного, когда отдельными мазками недобросовестных художников перечеркнута почти сорокалетняя история нашего народа.

Не говоря уже о литературных произведениях на лагерную тематику, таких как: «Один день Ивана Денисовича» СОЛЖЕНИЦЫНА, «Барельеф на скале» АЛДАН-СЕМЕНОВА, «Из пережитого» ДЬЯКОВА, «Люди остаются людьми» ПИЛЯРА и других, много кривотолков среди читателей вносит различного рода мемуарная литература. Вряд ли могут иметь воспитательное значение распри, затеянные советскими военачальниками на страницах печати.

Нельзя умолчать о фактах, когда в отдельных литературных объединениях и клубах нашли себе прибежище антиобщественные элементы, занимающиеся изготовлением идейно порочных или прямо антисоветских произведений, которые с враждебным умыслом по нелегальным каналам передаются за границу. Никогда еще, пожалуй, после белой эмиграции в столь широком масштабе за рубежом не печаталась антисоветская макулатура, причем ее значительную часть составляют «труды», чьи авторы проживают на территории СССР. Некоторые из них превратились по сути дела во внутренних эмигрантов, стали агентами наших идеологических противников.

Недостатки и просчеты в печати, литературе, произведениях искусства широко используются против нас нашими идеологическими противниками. Некоторые представители антисоветских центров за рубежом говорят, что в идеологическом плане они работают против СССР на советском материале, на переводах и компиляциях из литературных источников и произведений искусства, создаваемых внутри страны.

Во всей этой обстановке нетерпимым является равнодушие к подобным явлениям со стороны некоторых руководителей ведомств и учреждений, органов печати, отдельных звеньев партийного аппарата на местах. Примиренчество, нежелание портить отношения или вызывать недоброжелательность со стороны политически заблудившихся людей, стремление хорошо выглядеть в любых ситуациях приводят к тому, что мы делаем в области идеологии неоправданные уступки, затушевываем явления и процессы, с которыми надо бороться, дабы не вызывать необходимость применения административных мер и нежелательных последствий.

Трудно найти оправдание тому, что мы терпим по сути дела политически вредную линию журнала «Новый мир». Вместе с тем наша реакция на действия редакции «Нового мира» не только притупляет политическую остроту, но и дезориентирует многих творческих работников. Критика журнала «Юность» по существу никем не учитывается и никто не делает из этого необходимых выводов. Журнал из номера в номер продолжает публиковать сомнительную продукцию, выдавая ее за достижения литературного процесса. Кстати также не проявляют должной реакции и коммунисты, работающие в театрах, редакциях и в иных идеологических учреждениях, где порой рождаются идейно порочные произведения. Многие произведения советских писателей печатаются в реакционных буржуазных издательствах за рубежом. Однако писатели, среди которых есть и коммунисты, на это никак не реагируют. В этой связи нельзя не упомянуть и статью бывшего главного редактора газеты «Правда» тов. Румянцева. Статья явно миролюбивая, не вызывающая больших возражений по принципиальным вопросам, но безусловно страдающая некоторыми ошибочными положениями. В частности, она не поднимает тех основных вопросов, которые надо критиковать, затушевывает и пытается подменить тезис партийности литературы тезисом общечеловеческой гуманности и т.д.

Сложившаяся обстановка требует, прежде всего, неуклонного повышения идейного и воспитательного уровня произведений литературы и искусства; принципиальной, прямой и открытой критики идейно невыдержанных, политически вредных произведений, проявлений очернительства; всемерной поддержки творческих работников, которые действительно хотят пропагандировать коммунистические идеалы и работать над идейным укреплением нашего общества.

Наряду с этим следовало бы обратить внимание на повышение активности и боевитости творческих объединений в вопросах борьбы с буржуазной идеологией, на усиление нашей контрпропаганды, направленной на своевременное разоблачение подрывных действий противника на идеологическом фронте.

Председатель Комитета Госбезопасности ______________ В.Семичастный

Резолюция: «Ознакомиться по Секр[етариа]ту».

РГАНИ. Ф.5. Оп. 30. Д.462. ЛЛ.249-256. Подлинник. Впервые опубликовано в «История советской политической цензуры». С.147-153.

] ] ]

Записка

КГБ СССР при Совете Министров СССР в ЦК КПСС

о распространении «внецензурной литературы», или «самиздата»

7 февраля 1969 г.

Секретно

ЦК КПСС

В последние годы среди интеллигенции и молодежи распространяются идеологически вредные материалы в виде сочинений по политическим, экономическим и философским вопросам, литературных произведений, коллективных писем в партийные и правительственные инстанции, в органы суда и прокуратуры, воспоминаний «жертв культа личности», именуемых их авторами и распространителями «внецензурной литературой», или «самиздатом».

В этих материалах отдельные недостатки коммунистического строительства выдаются за типичные явления, извращается история КПСС и Советского государства, выражается несогласие с мероприятиями партии и правительства в национальном вопросе, в развитии экономики и культуры, пропагандируются различные оппортунистические теории «усовершенствования» социализма в СССР, выдвигаются требования об отмене цензуры, реабилитации лиц, осужденных за антисоветскую агитацию и пропаганду, изменение Конституции СССР.

«Самиздат», как правило, распространяется путем передачи из рук в руки рукописных, отпечатанных на пишущих машинках, размноженных фотоспособом или на ротапринтных аппаратах документов. К распространению произведений «внецензурной литературы» примазываются и спекулятивные элементы, которые сбывают их за деньги и извлекают из этого материальную выгоду.

Для пропаганды «самиздата» иногда используются всякого рода полуофициальные диспуты, конкурсы песен, концерты, устраиваемые самодеятельными клубами, литературными объединениями, чему способствует пребывание в ряде случаев во главе таких коллективов беспринципных в политическом отношении руководителей.

Факты изготовления и распространения «самиздата» отмечались чаще всего в Москве. Появление «самиздатовских» произведений и документов фиксировалось также в Ленинграде, Киеве, Одессе, Новосибирске, Горьком, Риге, Минске, Харькове, Свердловске, Караганде, Южно-Сахалинске, Обнинске и некоторых других городах и районах страны.

В Москве изготовлением и распространением клеветнических документов активно занимались известные своей антиобщественной деятельностью Григоренко, Литвинов, Богораз-Брухман, Якир. В частности, Григоренко изготовил и направил в адрес Президиума Консультативной встречи представителей коммунистических и рабочих партий в Будапеште письмо, извращающее опыт Коммунистической партии Советского Союза в построении социалистического общества. Литвинов и Богораз-Брухман изготовили и распространили «Обращение к мировой общественности», в котором они обвиняли советские органы правосудия в нарушении законности. Якир в соавторстве с другими лицами составил «Обращение к деятелям науки, культуры и искусства», содержащее измышления о «реставрации сталинизма в СССР».

Организаторами распространения политически вредных документов в Ленинграде являлись инженеры научно-исследовательских институтов Квачевский и Студенков, юрисконсульт Гендлер.

Из распространенных материалов «самиздата» обращают на себя внимание «философская» статья академика Сахарова «Размышления о прогрессе, мирном сосуществования и интеллектуальной свободе», книга научного сотрудника Академии педагогических наук Медведева «Перед судом истории», письмо в ЦК КУ писателя Дзюбы, известное под названием «Интернационализм или русификация», а также заметки пенсионера из Караганды, в прошлом активного меньшевика, Якубовича «Письма к неизвестному». Трактат Сахарова пропагандирует идеи, заимствованные из современных буржуазных теорий «конвергенции» и «строительства мостов», и выдвигает программу постепенного слияния социализма с капитализмом, а в книге Медведева изложены тенденциозно подобранные данные о репрессиях в нашей стране. В письме Дзюбы «Интернационализм или русификация» осуждается национальная политика КПСС, оправдывается деятельность буржуазных националистов на Украине, приводятся клеветнические утверждения о «русификации украинского народа». Основное назначение «Писем к неизвестному» Якубовича заключается в попытках реабилитировать троцкизм.

В появившемся недавно среди документов «самиздата» псевдонаучном «исследовании» «Закат капитала», подписанном Л.Бородиным, подвергается критике вся общественно-экономическая структура Советского Союза и выдвигается программа осуществления революции против «диктатуры бюрократического аппарата» (этот документ на 84 листах прилагается).

Антисоветские и антиобщественные элементы нередко направляют «нецензурные» произведения в редакции буржуазных газет, журналов, радиостанций, в адреса эмигрантских центров в расчете на то, что западная радиопропаганда в передачах на Советский Союз ознакомит с содержанием этих документов значительное число советских граждан и облегчит таким образом распространение их внутри СССР.

Материалы «самиздата» широко используются разведками империалистических государств и зарубежными антисоветскими организациями в осуществлении идеологической диверсии против СССР. Они преподносятся идеологами империализма как одно из «доказательств» существования в СССР «активно действующей оппозиции». Так, в последнее время империалистическая пропаганда усиленно рекламировала статью Сахарова, произведения Солженицына и другие документы. В августе 1968 года издаваемый Информационным агентством США журнал «Проблемы коммунизма» выпустил сборник из 53 документов «самиздата». В предисловии редактор Брумберг, назвав в числе авторов опубликованных документов Григоренко, бывшего председателя колхоза Яхимовича, преподавателей университетов, священника русской православной церкви и баптистского проповедника, подчеркнул, что их несогласие с политикой ЦК КПСС и Советского правительства якобы отражает мнение широкой советской общественности.

Рассматривая «самиздат» как одно из средств ослабления социалистического общества, империалистическая реакция стремится всемерно оказывать поддержку действующим внутри нашей страны авторам и распространителям политически вредных материалов. С этой целью на Западе увеличиваются тиражи изданий «подпольной советской литературы». При участии разведывательных органов США создано, например, «Международное литературное содружество» во главе с известными специалистами по антикоммунизму Струве и Филипповым. Одной из главных задач этого «содружества» определена публикация не издающихся в СССР произведений советских писателей. Помимо публикации за границей и передачи по радио, материалы «самиздата» засылаются по различным каналам в СССР.

Учитывая, что распространение политически вредной литературы наносит серьезный ущерб воспитанию советских граждан, особенно интеллигенции и молодежи, органы госбезопасности принимают меры, направленные на пресечение деятельности авторов и распространителей «самиздата» и на локализацию отрицательного влияния «внецензурных» произведений на советских людей. В 1968 году значительное число причастных к деятельности «самиздата» лиц профилактировано с помощью общественности. Несколько злостных авторов и распространителей документов, порочащих советский государственный и общественный строй, привлечены к уголовной ответственности.

Сообщается в порядке информации.

Председатель Комитета госбезопасности ________________ Андропов

РГАНИ. Ф.5. Оп. 61. Д.668. Л.1-4. Подлинник. Впервые опубликовано: в «История советской политической цензуры». С. 191-194.

] ] ]

Записка КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС о распространении «самиздата»

21 декабря 1970 г.

Секретно

Анализ распространяющейся в кругах интеллигенции и учащейся молодежи так называемой «самиздатовской» литературы показывает, что «самиздат» претерпел за последние годы качественные изменения. Если пять лет назад отмечалось хождение по рукам главным образом идейно порочных художественных произведений, то в настоящее время все большее распространение получают документы программно-политического характера. За период с 1965 года появилось свыше 400 различных исследований и статей по экономическим, политическим и философским вопросам, в которых с разных сторон критикуется исторический опыт социалистического строительства в Советском Союзе, ревизуется внешняя и внутренняя политика КПСС, выдвигаются различного рода программы оппозиционной деятельности.

Во многих документах пропагандируются идеи и взгляды, заимствованные из политических платформ югославских руководителей, чехословацких дубчековцев и некоторых западных компартий.

В статье «О некоторых общественно-политических течениях в нашей стране», написанной известным своей антиобщественной деятельностью Р.МЕДВЕДЕВЫМ, делается вывод о появлении в советском обществе и партии новых идейных течений и центров идеологического влияния. В ней утверждается, что внутри КПСС имеются силы, выступающие против якобы существующего «консерватизма» за «решительное разоблачение всех преступлений периода культа личности, чистку госаппарата от бюрократов, перерожденцев, догматиков и карьеристов, за расширение свободы слова, собраний и дискуссий, замену цензуры более гибкими формами партийного руководства печатью, за расширение рабочего самоуправления, изменение системы выборов» и т.п.

Среди научной, технической и части творческой интеллигенции распространяются документы, в которых проповедуются различные теории «демократического социализма». Согласно схеме одной из таких теорий, автором которой является академик САХАРОВ, эволюционный путь внутриполитического развития СССР должен неизбежно привести к созданию в стране «истинно демократической системы». Математики и экономисты должны в связи с этим заблаговременно разработать ее модель с тем, чтобы она являлась синтезом положительного в существующих ныне общественно-политических системах.

В ряде проектов «демократизации» СССР предусматривается «ограничение или ликвидация монопольной власти КПСС, создание в стране лояльной социализму оппозиции». Их авторы и распространители, считая, что нынешний уровень развития социалистической демократии дает право на существование оппозиционных воззрений, требуют предоставления легальных возможностей для выражения несогласия с официальным курсом. Уголовное законодательство, карающее за антисоветскую агитацию и пропаганду или распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй, они объявляют на этой основе антиконституционным.

На базе изготовления и распространения «самиздатовской» литературы происходит определенная консолидация единомышленников, наглядно прослеживаются попытки создания подобия оппозиции.

Примерно в конце 1968 – начале 1969 года из оппозиционно настроенных элементов сформировалось политическое ядро, именуемое «демократическим движением», которое, по их оценке, обладает тремя признаками оппозиции: «имеет руководителей, активистов и опирается на значительное число сочувствующих; не принимая четкой формы организации, ставит себе определенные цели и избирает определенную тактику; добивается легальности».

Основные задачи «движения», как они сформулированы в 13-м номере «Хроники текущих событий», выпускаемой московской группой «демократического движения» во главе с ЯКИРОМ, включают в себя «демократизацию страны путем выработки в людях демократических и научных убеждений, сопротивление сталинизму, самозащиту от репрессий, борьбу с экстремизмом любого толка».

Центрами распространения внецензурных материалов по-прежнему остаются Москва, Ленинград, Киев, Горький, Новосибирск, Харьков. В этих и других городах выявлено около 300 человек, которые, именуя себя «антисталинистами», «борцами за демократические права», «участниками демократического движения», занимаются выпуском как отдельных документов, так и сборников – «Хроники текущих событий», «Вестника Украины», «Общественных проблем» и т.п. Группой сионистски настроенных элементов в Москве, Ленинграде и Риге с 1970 года начал выпускаться журнал под названием «Исход».

Западная пропаганда, враждебные Советскому Союзу зарубежные центры и организации рассматривают «самиздат» как важный фактор политической обстановки в СССР. Нелегально выпускаемые журналы и сборники именуются печатными органами «демократического подполья», «свободной демократической печатью» и т.п. На основе сравнения выпусков «Хроники текущих событий» отмечается «растущее число участников движения» и наличие в нем «постоянного и коллективного сотрудничества». «Советологи» делают вывод, что в СССР существует и развивается «движение за гражданские права», которое приобретает «все более определенные очертания и определенную политическую программу».

Империалистические разведки и связанные с ними антисоветские эмигрантские организации не только учитывают наличие оппозиционных устремлений, но и пытаются поддерживать их, прибегая к изготовлению и пропаганде документов-фальшивок. В ряде таких документов, например в «Программе демократического движения Советского Союза», «Тактических основах», «Время не ждет», сформулированы программные установки и рекомендации по организации подпольной борьбы против КПСС.

Комитетом госбезопасности принимаются необходимые меры по пресечению попыток отдельных лиц использовать «самиздат» для распространения клеветы на советский государственный и общественный строй. На основе действующего законодательства они привлекаются к уголовной ответственности, а в отношении лиц, подпавших под их влияние, осуществляются профилактические меры.

Вместе с тем, принимая по внимание идейную трансформацию «самиздата» в форму выражения оппозиционных настроений и взглядов и устремлений империалистической реакции использовать «самиздатовскую» литературу во враждебных Советскому Союзу целях, полагали бы целесообразным поручить идеологическому аппарату выработать на основе изучения проблемы необходимые идеологические и политические меры по нейтрализации и разоблачению представленных в «самиздате» антиобщественных течений, а также предложения по учету в политике факторов, способствующих появлению и распространению «самиздатовских материалов».

Приложение:

1.        Р.Медведев. «О некоторых общественно-политических течениях в нашей стране»

2.        А.Славин. «Некоторые заметки о советском демократическом движении».

3.        «Хроника текущих событий», № 10.

Председатель Комитета госбезопасности _________________ Андропов

РГАНИ. Ф.89. Оп.55. Д.1. Л.2-5. Подлинник.

] ] ]

Выписка из протокола № 8 заседания Секретариата ЦК КПСС

28 июня 1971 г.

Совершенно секретно

Выписка из протокола № 8 § 37 гс Секретариата ЦК

О мероприятиях по противодействию нелегальному распространению антисоветских и других политически вредных материалов.

Утвердить мероприятия по противодействию нелегальному распространению антисоветских и других политически вредных материалов (прилагается)

СЕКРЕТАРЬ ЦК

Послано: тт. Пельше, Демичеву, Андропову, Капитонову, Пономареву, Теребилову, Руденко, Горкину, Щелокову, Иванову, Савинкову, Яковлеву, Русакову, Шауро, Тяжельникову, Лапину, Замятину, Громыко, Романову А., Стукалину, Никитину, Маркову, Зимянину, Толкунову, Панкину, Субботину, Алексееву, Егорову, Халдееву, Курьянову, Вишнякову, Удальцову, Романову П.; обкомам, крайкомам, ЦК компартий союзных республик.

Мероприятия

по противодействию нелегальному распространению антисоветских и других политически вредных материалов

За последнее время в некоторых городах имеют место случаи нелегального распространения антисоветских и других политически вредных материалов (так называемый «самиздат»), в которых содержатся нападки на опыт социалистического строительства в СССР, советскую внешнюю и внутреннюю политику, историю КПСС, пропагандируются идеи, заимствованные из политических платформ различного рода ревизионистов и правых оппортунистов, националистические взгляды. Распространение подобных материалов отмечается среди некоторой части научных и творческих работников, а также учащейся молодежи в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Риге, Горьком, Новосибирске, Свердловске, Рязани и некоторых других городах.

Империалистические центры антикоммунизма, разведки капиталистических стран и связанные с ними антисоветские эмигрантские организации, не имея поддержки среди советских людей, стремятся использовать в своих подрывных целях отдельных отщепенцев, враждебно настроенных и политически неустойчивых лиц. На них пытаются опереться наши зарубежные противники в своей антисоветской пропаганде, инспирируя распространение в различных местах политически вредных материалов и разного рода фальшивок.

В целях противодействия нелегальному распространению политически вредных материалов и использованию их враждебной пропагандой осуществить следующие мероприятия.

1.        ЦК компартий союзных республик, крайкомам и обкомам партии, ЦК ВЛКСМ в ходе реализации решений XXIV съезда КПСС по усилению политико-воспитательной работы среди различных категорий трудящихся, особенно среди творческой и научной интеллигенции, учащейся молодежи обратить внимание коммунистов и комсомольцев на необходимость повышения политической бдительности, улучшения индивидуальной работы с членами коллективов, занимающими ошибочные позиции, имея в виду применение прежде всего мер воспитательного характера, вовлечение этих лиц в жизнь производственных, учебных и творческих коллективов и усиление на них общественного воздействия:

-            опираясь на разъяснительную работу, повышать партийную ответственность членов и кандидатов в члены КПСС, строго взыскивать с коммунистов, утративших бдительность и проявляющих попустительство в отношении организаторов и разносчиков антисоветских и других политически вредных материалов;

-            повысить ответственность  партийных организаций и хозяйственных руководителей за подбор и воспитание кадров, обслуживающих множительную технику; лиц, виновных в нарушении правил работы с этой техникой, привлекать к партийной и административной ответственности.

2.        Московскому горкому КПСС, ЦК компартий Латвии, Литвы, Эстонии, Ленинградскому, Киевскому, Харьковскому, Горьковскому, Новосибирскому, Свердловскому, Рязанскому обкомам партии совместно с отделами пропаганды и организационно-партийной работы ЦК КПСС принять соответствующие меры по предотвращению распространения политически вредной литературы, выявлению лиц, занимающихся изготовлением, распространением и использованием т.н. «самиздатовских» произведений, и проведению с ними необходимой профилактической работы.

3.        Редакциям центральных газет и журналов, Государственному комитету СМ СССР по телевидению и радиовещанию чаще выступать с теоретическими статьями с критикой ревизионистских концепций по вопросам демократии, роли партии и социалистического государства, подчеркивая классовый социалистический характер советской демократии; с материалами, раскрывающими на конкретных примерах содержание и системы обеспечения конституционных прав советских граждан, деятельность государственных органов по их осуществлению; публиковать выступления видных ученых, представителей технической интеллигенции и молодежи об их участии в разработке и проведении в жизнь конкретных вопросов политики партии и государства; видных представителей творческой интеллигенции по проблемам свободы творчества и гражданского долга художника; другие материалы, дающие правильное представление о сущности партийного руководства наукой и культурой.

4.        Международному отделу ЦК КПСС и Отделу ЦК КПСС установить контакты с руководством братских партий с целью активизации их выступлений против развязанной буржуазной пропагандой кампании вокруг так называемого «самиздата» и разоблачения ее антисоветской и антикоммунистической направленности.

Государственному комитету СМ СССР по телевидению и радиовещанию и Агентству печати Новости на основе рекомендованных КГБ при СМ СССР материалов по согласованию с отделами ЦК КПСС оперативно удовлетворять запросы братских партий и прогрессивных организаций капиталистических стран на подготовку контрпропагандистских материалов, разоблачающих антикоммунистическую сущность и диверсионный характер «самиздатеовских» публикаций.

Отделам ЦК КПСС и МИД СССР усилить работу с находящимися в Советском Союзе корреспондентами газет братских партий и прогрессивных организаций зарубежных стран.

5.        Агентству печати Новости с учетом основных направлений враждебной пропаганды организовать публикацию и распространение за рубежом материалов (статьи, брошюры и т.д.) о социалистической демократии и законности, материальном и правовом обеспечении свобод личности в условиях социализма, практической деятельности органов советской юстиции в защиту этих прав;

-            предусмотреть выпуск для демонстрации в учебных заведениях зарубежных стран, центрах по изучению русского языка и советских культурных центрах телевизионных фильмов по данной тематике.

6.        Центральным ведомствам и организациям СССР при направлении в ЦК КПСС предложений о проведении политических акций одновременно вносить планы их пропагандистского обеспечения внутри страны и за рубежом.

7.        Комитету по кинематографии при СМ СССР совместно с КГБ при СМ СССР предусмотреть в планах работы на 1971–1972 годы создание документальных кинофильмов, разоблачающих проведение спецслужбами и пропагандистскими центрами империалистических государств идеологических диверсий против СССР и других социалистических стран.

8.        Главному управлению по иностранному туризму при СМ СССР совместно с партийными организациями усилить контроль и принять практические меры по предотвращению общения иностранных туристов с враждебно настроенными и политически неустойчивыми лицами.

9.        Отделу культуры ЦК КПСС, Комитету по печати при СМ СССР и Союзу писателей изучить вопрос и внести в ЦК КПСС предложения о целесообразности издания некоторых произведений литераторов, к которым проявляется интерес со стороны части творческих работников и учащихся, и произведения которых не переиздавались в СССР после 20-х годов.

Отделу пропаганды ЦК КПСС совместно с КГБ при СМ СССР подготовить материал в помощь лекторам для выступлений перед партийным и комсомольским активом по вопросу о необходимости повышения бдительности советских людей к идеологическим диверсиям буржуазной пропаганды, пытающейся использовать во враждебных целях нелегальные антисоветские и другие политически вредные материалы.

РГАНИ. Ф.89. Оп. 46. Д.35. Л.1-5. Подлинник.

] ] ]

Записка КГБ при Совете Министров СССР в ЦК КПСС

о некоторых негативных проявлениях среди творческой молодежи и недостатках в ее воспитании[34]

19 мая 1975 г.

Секретно

Поступающие в Комитет госбезопасности при Совете Министров СССР материалы свидетельствуют о том, что спецслужбы и идеологические центры противника стремятся в своей подрывной работе против Советского Союза сосредоточить свои усилия на враждебной обработке умов советской молодежи, имея в виду прежде всего ту ее часть, которая пополняет ряды творческой интеллигенции, играющей немаловажную роль в формировании общественного мнения в стране.

В ходе осуществления мероприятий по пресечению враждебной деятельности противника выявлены факты, свидетельствующие о том, что среди одаренной в творческом отношении или стремящейся проявить себя в этом плане молодежи отмечается стремление к группированиям на неофициальной основе, проявляющееся в литературных чтениях, выставках живописи и графики, постановках спектаклей на частных квартирах и в случайно подобранных помещениях. Намечается тенденция к выпуску и распространению машинописных журналов, составленных из неопубликованных произведений.

Изучение обстановки в подобного рода группированиях в г. Москве показало, что будучи предоставлена самой себе, часть творческой молодежи не находит общественно-полезного применения своим способностям и порой становится на путь нежелательных проявлений, которые, как правило, инспирируются лицами, занимающимися антиобщественной  деятельностью, или иностранцами.

В отдельных случаях проявляется стремление со стороны просионистски настроенных элементов использовать эти группы в своих целях, а также объединение молодежи еврейской национальности под предлогом единства творческих устремлений.

Обращает на себя внимание в связи с подобными явлениями то обстоятельство, что для творческой молодежи очень затруднена возможность широкой публикации на страницах «толстых» литературных журналов, участие в официальных выставках, постановка и исполнение драматургических и музыкальных произведений. При определении того, кто должен печататься в первую очередь, при распределении ролей в театре, при отборе произведений изобразительного искусства выставкомами нередко все решают личные отношения и групповые пристрастия, а не забота о поддержке молодых талантливых авторов или исполнителей. Такой журнал, как «Юность», например, систематически печатает произведения давно перешагнувших тридцатилетний рубеж авторов (Б.Васильев, В.Шаламов, Б.Слуцкий, С.Островой, А.Адамов, Д.Самойлов, К.Ваншенкин и др.), тематика произведений которых в основном далека от интересов молодежи.

На протяжении нескольких лет своего существования экспериментальный театр, руководимый выпускником школы-студии МХАТ Г.Юденичем, не имеет постоянного помещения для репетиций и спектаклей, хотя этот молодежный коллектив ставит идейно-выдержанные спектакли, нашедшие положительный отклик в заводских и студенческих аудиториях в разных городах нашей страны.

Показателен и тот факт, что в творческих союзах крайне мало людей в возрасте до 30 лет: по данным на декабрь 1974 года, в Союзе писателей СССР из 7549 членов только 48 человек в возрасте до 30 лет (в Московской писательской организации соответственно из 1672 членов Союза – 5 человек), в Союзе художников РСФСР, например, из 8026 членов – 107 человек до 30 лет (в МОСХе соответственно из 3457 членов – 49 человек).

В силу того, что в творческих союзах и коллективах работа с молодыми ведется на недостаточно высоком уровне, отдельные лица, спекулируя на большой потребности молодежи проявить себя в общественном плане, выступают в роли поборников интересов молодежи, помогающих якобы ей преодолевать бюрократические препоны на пути к признанию. Эти лица прежде всего стремятся направить молодежь по нежелательному руслу.

Так, например, директор театра «Современник» О.Табаков, выступая в декабре 1974 года на расширенном пленуме ВТО, заявил, что в результате неправильного воспитания в государственных театральных школах профессионализм актерского мастерства заметно падает. Выход из этого положения он видит в создании учебных студий на общественных началах по типу студии, созданной при «Современнике», которые были бы свободны от государственного контроля, от государственных программ обучения, то есть прежде всего от политико-философского воспитания.

Учитывая, что в условиях благотворного идейного и профессионального наставничества со стороны признанных мастеров наиболее талантливые произведения создаются в молодом возрасте, становится еще более ясной необходимость изменения такого положения, когда творческие потенции молодых писателей, художников, актеров не полностью реализуются на благо нашего общества и определенная часть молодежи остается в стороне от больших задач, решаемых партией и государством.

Из окончивших в 1972–74 годах театральное училище им. Щепкина 137 молодых актеров 92 человека остались в Москве, некоторые из них не трудоустроились или работают не по специальности.

К таким явлениям приводят серьезные недостатки в планировании подготовки и распределения специалистов в области культуры и искусства, в результате чего получается избыточный выпуск, например, искусствоведов и ощущается острая нехватка актеров музыкального театра, театра кукол, эстрады.

Увеличение контингента «неустроенных» молодых специалистов, недовольных своим положением, в известной мере создает благоприятные условия для воздействия на них враждебной пропаганды.

Таким образом, в настоящее время возникает опасность создания неуправляемых объединений творческой молодежи, существующих параллельно с официальными союзами.

Иллюстрацией к такому положению могут служить проводившиеся осенью 1974 года в Москве так называемые устные литературные альманахи, организаторы которых, используя интерес к новым явлениям в искусстве, собирают на частных квартирах до ста и более человек, призывают посетителей материально поощрять их участников. Показ картин художников-авангардистов в сентябре 1974 г. в Москве также выявил тенденцию к объединению не состоящей в творческих союзах молодежи.

В последнее время в Москве возник ряд самостоятельных театральных групп, организаторами и участниками которых явились в основном выпускники творческих вузов и молодые актеры. Не получая подолгу значительных ролей в театрах, молодые актеры с привлечением любителей ставят для довольно узкого круга зрителей некоторые произведения, не разрешенные к постановке в наших театрах, в которых проповедуется мистика, секс, искаженно отражается советская действительность. Отмечается тяга к постановке пьес западных авторов, в основном драматургов театра абсурда: «Упражнение № 1», «Упражнение № 2» С.Беккета, «Стулья» Э.Ионеско, «Сторож» Г.Пинтера.

У молодых писателей, которые годами не могут напечатать свои произведения, возникают настроения уныния и недовольства, что отрицательно влияет на их творчество и приводит к стремлению публиковаться на Западе.

Настоятельность улучшения работы с одаренной молодежью ощущается и самими представителями творческих союзов. Известно, например, что идея создания нового литературного журнала «Мастерская», подхваченная и развиваемая Е.Евтушенко, вызвала сочувствие у ряда известных писателей. Однако кандидатура Евтушенко в качестве руководителя журнала не встречает поддержки у писательской молодежи. При этом высказываются мнения о создании при существующих журналах, таких, как «Новый мир», «Октябрь», «Москва», «Знамя», литературных приложений или альманахов для публикации произведений только молодых литераторов. Это позволило бы эффективнее осуществлять отбор талантливой молодежи для пополнения Союза писателей.

Продолжая изучать процессы, происходящие в среде творческой молодежи, с целью ограждения ее от враждебного идеологического воздействия противника, Комитет государственной безопасности считает желательным поручить Отделу культуры ЦК КПСС и ЦК ВЛКСМ совместно с Министерством культуры и руководителями творческих союзов СССР еще раз рассмотреть меры по улучшению работы с творческой молодежью и доложить о них ЦК КПСС.

Председатель Комитета госбезопасности ________________ Андропов

РГАНИ. Ф.89. Оп.44. Д.5. Л.3-7. Подлинник.

] ] ]

Записка отдела культуры ЦК КПСС

об участии московских литераторов в альманахе «Метрополь»

2 января 1979 г.

Секретно

ЦК КПСС

О письме группы московских литераторов и альманахе «Метрополь»

Писатели В.Аксенов, Б.Ахмадулина, А.Битов и другие (всего 6 человек) обратились в ЦК КПСС с жалобой на якобы неправильное отношение к подготовленному ими литературному альманаху со стороны руководства Московской писательской организации.

В связи с этим считаем необходимым информировать о следующем.

В середине января с.г. стало известно, что члены Союза писателей СССР В.Аксенов, А.Битов, Ф.Искандер и начинающие литераторы, недавно принятые в Союз писателей и еще не получившие членских билетов Е.Попов и В.Ерофеев подготовили сборник под названием «Метрополь» и, минуя общепринятый порядок, намеревались потребовать от Госкомиздата СССР его немедленной публикации.

Объемистому сборнику (около тысячи страниц на машинке) предпослано предисловие. В нем утверждается, что существующая в СССР редакционно-издательская практика для авторов сборника неприемлема, что «муторная инерция, которая существует в журналах и издательствах, ведет к возникновению раздутой всеобщей ответственности за "шутку" литературы, не только не умеющей быть такой, как надо, но даже такой, как вчера. Эта всеобщая "ответственность" вызывает состояние застойного тихого перепуга, стремление подогнать литературную "шутку" под ранжир. Внекомплексная литература обречена порой на многолетние скитания и бездомность…»

В некоторых сочинениях, включенных в альманах, отчетливо прослеживается преимущественное внимание к изображению негативных сторон нашей жизни. Отдельные из них двусмысленны по идейно-политической направленности. Ряд произведений изобилует эротическими, подчас откровенно порнографическими сценами.

Всего к участию в «Метрополе» привлечены 23 литератора. Среди них 11 членов Союза писателей СССР (кроме упоминавшихся – С.Липкин, И.Лиснянская, А.Арканов, Б.Вахтин), а также не члены Союза писателей СССР: М.Розовский, Е.Рейн, Ф.Горинштейн, П.Кожевников, Г.Сапгир, В.Высоцкий, Ю.Карабичевский, Ю.Кублановский, В.Ракитин, В.Тростников, Л.Баткин и Ю.Алешковский. (Ю.Алешковский исключен из Союза писателей СССР в связи с предстоящим выездом в Израиль.)

Для придания своему сборнику большего веса В.Аксенов приобщил к участию в нем и двух известных советских писателей. В сборник включены несколько стихов А.Вознесенского и небольшое произведение Б.Ахмадулиной.

Художественное оформление альманаха осуществлено членами Союза художников СССР Б.Мессерером и Д.Боровским.

Организаторы альманаха наметили провести в одном из московских кафе вечер в честь выхода в свет с приглашением широкого круга творческих работников столицы, а также пресс-конференцию для иностранных корреспондентов.

В секретариате Московской писательской организации состоялись индивидуальные беседы с А.Битовым, Ф.Искандером, Е.Поповым и В.Ерофеевым (В.Аксенов от встречи уклонился). Попытки разъяснить организаторам альманаха неприглядный идеологический характер их затеи, несовместимость их действий с нормами нашей литературной жизни не увенчались успехом.

22 января секретариат правления и партком Московской писательской организации провели совместное заседание, на котором рассмотрели вопрос о сборнике «Метрополь».

Первый секретарь правления Московской писательской организации Ф.Кузнецов, секретарь парткома М.Барышев, известные писатели М.Алексеев, Н.Грибачев, Ю.Жуков, А.Алексин, Я.Козловский, Л.Гинзбург, Ю.Друнина и другие в своих выступлениях квалифицировали действия составителей сборника как политическую провокацию, направленную на разжигание очередной антисоветской кампании на Западе, как попытку легализации «самиздата».

Организаторам «Метрополя» было предложено решать вопрос об издании произведений, включенных в него, в соответствии с нормами советского авторского права и существующей в нашей стране издательской практикой.

Присутствовавшие на заседании В.Аксенов, А.Битов, Ф.Искандер, Е.Попов, В.Ерофеев пытались наивно представить свои действия как «заботу» о расширении художественного богатства советской литературы, уверяя, что они не связаны с зарубежными пропагандистскими центрами и не намерены переправлять рукопись за границу.

На следующий день они сообщили, что не будут проводить и свой «вернисаж», и пресс-конференцию.

Однако в тот же вечер радиостанция «Голос Америки» сообщила, что рукописи «Метрополя» уже находятся за рубежом и вскоре будут изданы в США и во Франции.

Секретариат правления Московской писательской организации по согласованию с МГК КПСС и Союзом писателей СССР разработал меры по нейтрализации этой вылазки.

В многотиражной газете «Московский литератор» готовится публикация материала о совместном заседании секретариата и парткома Московской писательской организации.

Готовится также выступление «Литературной газеты», в котором будет дана принципиальная оценка сборника, показана неприглядная роль его организаторов[35].

Планируется провести открытое собрание Московской писательской организации с повесткой дня: «Современная идеологическая борьба и задачи московских писателей».

МГК КПСС и руководство Московской писательской организации продолжают индивидуальную работу с участниками сборника. Авторам произведений, которые по своему духу и направленности не противоречат идейно-эстетическим принципам советского искусства, будет предложено опубликовать их в соответствующих советских изданиях[36].

Докладывается в порядке информации.

Зав. Отделом культуры ЦК КПСС ___________________ В.Шауро

С запиской ознакомились и расписались секретари ЦК КПСС: Б.Пономарев, К.Русаков, М.Горбачев, М.Суслов, А.Кириленко, М.Зимянин.

Помета: «В архив. Замечания тов. Кириленко А.П. переданы тов. Шауро В.Ф. 2.11.79. С.П. Аветисян» [зам. зав. Общим отделом ЦК КПСС].

РГАНИ. Ф.5. Оп.76. Д.273. Л.1-5.Подлинник. Опубликовано в «Истории советской политической цензуры». С.213-215.

] ] ]

Из отчета «Средства массовой информации в современной идеологической борьбе» (проблемы теории и опыт социологических исследований)

В.С. Комаровского

1976 г.

Секретно

Реальная и потенциальная аудитория СМИ западных государств в СССР, ее отношение к информации западных источников

[…] Информация была получена при помощи следующих методов: 1) четырех анкетных опросов; 2) серии интервью с экспертами; 3) анализа содержания передач западных радиостанций; 4) анализа записок населения лекторам общества «Знание»; 5) включенных наблюдений. […]. Основной методикой для получения информации о размерах аудитории западного радио являлся анкетный опрос по анкете «Радио». Опрос проводился с июня 1974 по октябрь 1976 г. – в 13 крупных городах – административных центрах Союза (Кишинев, Вильнюс, Москва, Рига, Красноярск, Одесса, Хабаровск, Владивосток, Архангельск, Воронеж, Киров, Алма-Ата, Владимир); в 5 малых городах (г. Вельск Архангельской области, г. Георгиу-Деж Воронежской области, г. Калаш Чувашской АССР, г. Партизанск Приморского края, г. Уштобе Казахской СССР); в 4 сельских населенных пунктах, в Молдавии, Воронежской области, Приморском крае и Казахстане. […]. В опорных местах сбора информации опрашивались все основные категории взрослого населения (рабочие, служащие, ИТР, интеллигенция, не занятая на производстве (ИНП), студенты, выпускники средних школ, учащиеся ПТУ и техникумов. Выборка по Москве была репрезентативной. В остальных городах – стратифицированной (районированной) – в каждом городе опрашивалось от 80 до 100 человек по каждой из вышеуказанных категорий, причем половину от этого числа составляла молодежь (среди студентов и учащихся молодежь составляла все 100%). Всего было опрошено свыше 8 тыс. человек. […]

Основной вывод исследования заключается в том, что в настоящее время западные радиостанции в массовом масштабе проникли в городскую аудиторию СССР[37].

Если по данным А.Г. Здравомыслова городская аудитория западного радио в 1968 г. составляла около 20–25% населения (в гг. Ленинграде и Пензе), то сейчас она стала в 2–3 раза больше.

Не менее половины опрошенного населения в каждом из тех 18 городов, где распространялась анкета, слушает в настоящее время с той или иной частотой передачи западного радио[38].

Аудитория больших-малых городов и села

Процент лиц, слушающих западное радио в больших и малых городах, существенно не отличается. Например, в Воронеже, насчитывающем свыше 800 тыс. жителей, западное радио слушают свыше 60%. Различия же между Архангельском (свыше 400 тыс. жителей) и Вельском (около 20 тыс.) еще менее значимы, причем Вельск расположен вдали от Архангельска и больших городов вообще и, таким образом, влияние крупных городов на жителей Вельска в этом плане не сказывается (ближайший относительно крупный город – Вологда расположен от Вельска на расстоянии почти в 400 км).

Что же касается села, то здесь аудитория западного радио значительно меньше. По данным четырех контрольных опросов лишь 25–30% жителей села слушают передачи западного радио. Тем не менее, если учесть, что большинство населения страны сейчас живет в городах, и что на селе процент слушателей западного радио достаточно высок, то можно сделать вывод, что аудитория западного радио стала массовой в масштабах всей страны.

География аудитории западного радио

Аудитория западного радио распределена по отдельным городам неравномерно. В городах Европейской части Союза она существенно больше, чем в Сибири и особенно на Дальнем Востоке. Есть определенные различия качественного состава аудитории западного радио и среди городов Европейской части Союза. Но они менее ярко выражены. Отмеченная разница образуется, в основном, за счет старших возрастных групп (см. таблицу №1)

Таблица № 1

Аудитория западного радио

в различных географических зонах СССР

(% случающих передачи N = 400 человек)

Категория населения

Рига

Воронеж

Красноярск

Хабаровск

Рабочие, старше 30 лет

58,9

49,3

39,6

7,4

Рабочие, моложе 30 лет

91,3

89,6

84,3

78,3

Возраст и социальный состав аудитории западного радио

Уже из приведенной таблицы можно сделать вывод, что аудитория западного радио состоит в большей мере из молодежи. Данные, относящиеся к другим категориям населения, вполне подтверждают его. Например, в г. Алма-Ате процент слушающих западное радио среди молодых служащих почти в 2 раза больше, чем среди служащих старше 30 лет, среди молодых ИТР в 1,5 раза и т.д.

Что касается социально-профессионального состава аудитории западного радио, то тут значительных различий не обнаруживается. По наиболее представительным данным московского опроса, получается, что процент слушающих западное радио составляет:

Среди рабочих в целом

58,2%

Среди ИТР

63,8%

Среди служащих

52,8% 

Среди ИНП

56,7%

Среди студентов

свыше 80%   

Среди учащихся

90%

В отдельных категориях опрошенных социальных групп:

Среди рабочих, занятых в машиностроении

59,5%

в легкой промышленности

62,7%

в транспорте

57,6%

в строительстве

62,9%

в торговле

43,8%

Среди учителей

68,8%

Среди врачей и медсестер

65,3%

Среди научных работников

62,6%

[…]

 

Регулярная аудитория западного радио

Регулярная аудитория западного радио в СССР значительно меньше, чем нерегулярная. Среди старших возрастных групп регулярная аудитория западного радио не является массовой. Лишь в некоторых городах и, как правило, лишь в отдельных социальных группах, насчитывается больше 10% лиц старше 30 лет, регулярно обращающихся к западному радио.

В Риге таких групп было несколько: рабочие после 30 лет – 20,5%, ИТР после 30 лет – 15,3%, служащие после 30 лет – 12,5%. В Москве разница в регулярности прослушивания западных радиостанций между молодежью и взрослым населением выражена менее ярко. Здесь во всех четырех социальных группах (рабочие, служащие, ИТР и ИНП) среди лиц, старше 30 лет, насчитывается более 10% регулярных слушателей западного радио.

В целом по Москве по четырем категориям работающего населения регулярно слушают западные радиостанции:

в возрасте 3035 лет

23,9%

в возрасте 3140 лет

20,7%

в возрасте 4150 лет

17,4%

в возрасте 5160 лет

9,7%

В Воронеже и Красноярске лишь среди старших возрастных групп рабочих насчитывается более 10% регулярных слушателей западного радио (10,5% и 10,6% опрошенной категории соответственно). В Хабаровске же процент взрослого населения, слушающего регулярно западное радио, вообще не превышает 3% ни в одной из социальных групп, во Владимире 6%. В Одессе более 10% лиц регулярных слушателей западного радио насчитывается среди двух категорий взрослого населения – рабочих (25,6%) и служащих (10,7%), в Кирове – среди ИТР (10,7%) и служащих (11,1%), в Алма-Ате рабочих (16,1%) и ИНП (10,3%). В Архангельске среди одной категории – ИНП насчитывается 13,5% лиц старше 30 лет регулярно слушающих западное радио.

В малых городах (и тем более на селе) регулярная аудитория западного радио среди групп населения старше 30 лет исчисляется единицами.

Таким образом, хотя в некоторых крупных городах среди отдельных категорий старших возрастов населения западное радио собирает определенную аудиторию регулярных слушателей, в целом по стране эта аудитория не является массовой.

В отношении молодежи картина выглядит по-иному. В Риге и Москве нет ни одной категории молодежи, среди которых процент регулярно слушающих западное радио был бы меньше 30%. В Одессе меньше 30% регулярных слушателей насчитывается только среди двух категорий молодежи: служащих (22,8%) и ИНП (20%). В Алма-Ате – служащих и ИТР.

В остальных городах регулярных слушателей среди молодежи меньше. В Красноярске более 30% регулярных слушателей западного радио насчитывается только в трех категориях молодежи: среди рабочих – 43,1%, среди студентов – 37%, учащихся – 36,4%. Сходные данные получены по Воронежу, по Владимиру. В Архангельске вообще только одна группа насчитывает регулярных слушателей более 30% – рабочие (31%). В Хабаровске нет ни одной категории молодежи, среди которых процент слушающих регулярно западное радио был бы больше 30%.

Из приведенных данных следует два вывода.

Во-первых, регулярная аудитория западного радио рекрутируется главным образом за счет молодежи.

Во-вторых, регулярная аудитория западного радио распределяется по стране неравномерно. […]

В настоящее время западное радио имеет массовую регулярную аудиторию среди молодежи крупных городов и по Союзу в целом. […]

Люди с низким уровнем образования редко обращаются к западному радио. Так, по данным московского обследования, процент регулярных слушателей среди отдельных категорий рабочих составляет:

С образованием до 4-х классов

5,9%

47 классов

13,4%

89 классов

37,3%

среднее общее

37,7%

среднее техническое

39,5%

Сходные данные получены в отношении служащих. Они позволяют сделать вывод, что есть такой уровень образования, который в сочетании с возрастом серьезно тормозит развитие интереса к западному радио. Это уровень образования до 7 классов. Выше этого уровня образовательный фактор перестает играть какую-либо существенную роль в определении степени регулярности общения к западному радио.

Характер информации, потребляемой населением из передач западного радио

Все опрошенной население слушает по западному радио в основном три типа передач: музыку, новости, комментарии (обзоры) положения дел в той или иной стране, в мире в целом. Эта тенденция наблюдалась во всех городах, во всех возрастных, профессиональных и образовательных группах. Отклонения незначительны (взрослые слушают передачи новостей чаще, чем музыкальные; молодежь – наоборот). […]

Регулярное обращение к иностранному каналу информации массовой аудитории является показателем его эффективности по следующим причинам:

1)        привлекая внимание к проблемам, не освещаемым в отечественных источниках, канал иновещания создает новые фокусы интересов аудитории; отвлекает внимание аудитории от насущных задач коммунистического строительства;

2)        регулярное обращение к этому каналу создает общий благоприятный психологический климат к отношении страны-канала, увеличивает степень интереса к ее строю, достижениям, институтам и т.д., а отсюда создает благоприятную почву для межличностных контактов с представителями западных стран;

3)        регулярные контакты с каналом иновещания создают явление «подготовительного» эффекта, т.е. постепенно шаг за шагом, формируют благоприятное отношение к каналу, опираясь на которое можно в дальнейшем перейти к прямым пропагандистским акциям, связанным с изменением взглядов, настроений и т.п. населения в отношении социального устройства (отдельных институтов и т.п.) того или иного общества;

4)        регулярное обращение к каналу иновещания способствует проникновению в сознание людей «социологической» пропаганды (пропаганды образа жизни), воздействие которой они, как правило, не осознают;

5)        регулярное обращение к западному радио влияет на отношение населения к нашим источникам информации – повышает требование к их оперативности, профессиональному мастерству и т.п., повышая тем самым степень критичности в оценке этих источников;

6)        получая из отечественных и зарубежных источников информацию, которая зачастую освещает одни и те же события диаметрально противоположным образом, сравнивая ее и сопоставляя, находя в информации изъяны (действительные или мнимые) наиболее образованная часть аудитории становится более критичной, менее податливой любому информационному воздействию, а менее подготовленная часть аудитории, не способная разобраться – кто же именно прав, зачастую запутывается и теряет интерес к обоим типам источников информации, стремится избежать их воздействия, дабы не ощущать в себе психологической напряженности. По данным американских социологов, те лица, которые слушают на Западе передачи советских радиостанций и не доверяют им, тем не менее перестают доверять и информации западных источников. Вполне резонно предположить, что подобная тенденция в определенной степени характерна и для нашей аудитории;

7)        западное радио воздействует не только на аудиторию, но и на информационную политику отечественных СМИ, заставляя их вступить в полемику, расширять диапазон транслируемой информации и т.д.

В свете вышесказанного становится понятно, почему факт формирования у нас массовой регулярной аудитории западного радио (и особенно факт формирования этого типа аудитории среди молодежи) следует оценить как принципиально изменяющий информационную обстановку в стране. Взглядам, точкам зрения, ценностям, образцам поведения, пропагандируемым нашими источниками информации, теперь в сознании населения в массовом масштабе и постоянно противостоят взгляды, точки зрения и т.д., пропагандируемые западным радио.

Наши источники информации, лишившиеся «монополии» в деле формирования сознания, вынужденные теперь «конкурировать» и постоянно бороться с противостоящим им западным радио, не могут вести работу абсолютно теми же методами и приемами, которыми они пользовались раньше. На наш взгляд, в эту работу настоятельно необходимо вносить существенные коррективы, соответствующие социально-психологическим закономерностям усвоения информации противоборствующим источников. […]

Информация, потребляемая из западного радио, в настоящее время довольно интенсивно циркулирует в межличностных каналах. Так, около 90% регулярных слушателей западного радио в городе Кирове часто или хотя бы  изредка обсуждали содержание передач западного радио. (Среди нерегулярных слушателей порядка 70%; среди тех, кто не слушает вообще – около 25%). С другой стороны, следует отметить, что широкое обсуждение этой информации, обсуждение, в котором принимает участие одновременно большая часть населения, происходит, по-видимому, лишь в отдельных случаях. Даже не все регулярные слушатели западного радио имеют обыкновение постоянно обсуждать информацию этого канала. Только среди лиц, слушающих передачи западного радио не реже 3–4 раз в неделю или «практически ежедневно», высок процент лиц, часто обсуждающих содержание передач этого канала (примерно третьи половина от общего числа этой категории населения). Полученные данные хорошо согласуются с данными, почерпнутыми другими методами. Например, анализ опросов населения лекторов общества «Знание», заданных в некоторых из выше названных городов, показывает, что примерно каждый 14–18 из заданных вопросов так или иначе связан с информацией, прошедшей по западному радио. Данные включенного наблюдения 1975–1976 гг. в студенческой аудитории ряда городов Союза показали, что примерно в каждой 15 беседе на общественно-политическую тему фигурировала информация западного радио. […]

Как показывают данные, значительная часть населения черпает из передач западного радио, прежде всего, информацию о жизни в нашей стране, и именно эта информация западного радио больше всего интересует ее. Так, 32,3% работающего населения Москвы беседует более или менее регулярно по вопросам, поднятым западным радио в связи с положением дел именно в нашей стране. (В Вильнюсе, Риге и Одессе наблюдается сходная картина. Жителей же Красноярска и некоторых из тех других обследованных городов, где регулярная аудитория западного радио меньше, несколько больше интересует информация международного характера). […]

Полученные данные свидетельствуют, что предрасположенность населения (и молодежи в том числе) к восприятию «обычной» пропаганды западного радио существенно ниже. Процент осознанно доверяющих информации западного радио значительно меньше, чем процент одобряющих ценностно-нормативные позиции работников этого радио. Лишь среди некоторых социальных групп молодежи процент доверяющих (полностью или в основном) информации западного радио выше 10%. В Риге и Вльнюсе – это рабочая молодежь (16,5%), в Красноярске – рабочая молодежь и молодые служащие (17,6% и 14,6% соответственно). В Воронеже и Архангельске – рабочая молодежь 14,6% и 11,9% соответственно). В Одессе – молодые рабочие (16%) и ИНП (15%). Среди учащихся старших возрастов (школ, техникумов, ПТУ) в большинстве обследованных городов процент доверяющих западному радио также превышает цифру 10. Среди лиц старшего возраста процент доверяющих западному радио, как правило, не превышает цифру 5. […]

Число опрошенных, считающих, что к работникам западного радио подходит суждение «искренне честные люди, старающиеся правдиво и объективно рассказать о том, что происходит в мире и стране» увеличивается в два с лишним раза в сравнении с числом лиц, ответивших, что они доверяют (вполне или в основном) информации западного радио. В различных городах от 8 до 12% опрошенных высказываются таким образом. Подчеркиваем, что речь при этом идет не о молодежи, а о населении городов в целом, причем не только крупных, но по-видимому и малых). […]

Таким образом, типология городского населения с интересующей нас точки зрения может быть представлена так:

1)      вполне или в основном доверяющие западному радио – 8–12% населения крупных городов;

2)      отчасти доверяющие, отчасти нет – порядка 10%;

3)      относящиеся к западному радио критически, но без предубеждений, ищущие в его информации «рациональные зерна» – 17–23% населения;

4)      относящиеся к западному радио с явным и четко выраженным недоверием – порядка 20–25%;

5)      четко не ориентированные в вопросе доверия западному радио – 35–40%

[…] 1) Информированность и общественное мнение по крайней мере 20% городского населения по ряду актуальных и важных проблем складывалось полностью или отчасти под воздействием западного радио.

2) Хотя точкам зрения, пропагандируемым западным радио, как правило, противостояли точки зрения наших СМИ, тем не менее значительная часть населения отдала предпочтение западному радио. Отсюда можно сделать вывод, что эта часть населения в ряде случаев склонна больше доверять западному радио, нежели нашим СМИ.

3) На определенную часть аудитории (порядка 10–15%) западное радио оказывало влияние тем, что, сея сомнения в истинности информации, поставляемой нашими СМИ, оно дезориентирует их в отношении сути происходящих событий и проблем, заставляет их воздержаться от принятия окончательной точки зрения на них.

4) Более половины опрошенного населения показало низкую компетентность при оценке явлений широкомасштабного характера (таких, как причины инфляции на Западе). В условиях наличия противоречивых точек зрения на такие явления эта часть опрошенных зачастую запутывались и некритически воспринимала объяснения этих явлений, предлагаемые западными источниками, даже, по-видимому, не подозревая об этом.

В целом истинность данных выводов не вызывает сомнений.

Во-первых, потому, что опрашиваемые не могли подозревать, что опрос имеет какое-то отношение к деятельности западного радио, и, следовательно, у них не было оснований отвечать не искренне.

Во-вторых, потому, что анализ записок населения лекторам выявил весьма схожие тенденции отношения населения к анализируемым событиям и явлениям.

В-третьих, потому, что документальные данные, полученные в конце 1974 г. в г. Москве показывают, что западное радио действительно способно в ряде случаев оказывать прямое (или опосредованное) воздействие на состояние общественного мнения весьма широкого круга лиц. Инспирированная этими радиостанциями «экономическая паника» вызвала большие закупки населения кофе постельного белья. После того, как некоторые радиостанции передали сообщение о повышении цен на эти товары в короткий срок кофе и постельное белье исчезло не только с прилавков, но и были распроданы все те запасы, которые имелись на базах.

Историко-социологический архив Института социологии РАН. Коллекция рассекреченных документов Отдела пропаганды ИСИ АН СССР.

] ] ]

VI. «ДЕЛО КАРПИНСКОГО – ЛАЦИСА»

Записка Комитета партийного контроля в ЦК КПСС

о непартийном поведении Карпинского Л.В., Глотова В.В., Клямкина И.М. и Лациса О.Р.

[24 июня 1975 г.]

Совершенно секретно

В соответствии с поручением ЦК КПСС от 23 мая 1975 года изучены материалы, поступившие в КПК при ЦК КПСС о непартийном поведении коммунистов Карпинского Л.В., работавшего в издательстве «Прогресс» заведующим редакцией литературы по научному коммунизму и опыту социалистического и коммунистического строительства, Глотова В.В. и Клямкина И.М., работавших членами редколлегии, редакторами отделов журнала ЦК ВЛКСМ «Молодой коммунист».

Установлено, что Карпинский, находясь на важном участке идеологической работы, встал на путь антипартийных, нелегальных действий, направленных на ревизию марксистско-ленинской теории и политической линии КПСС. Им была написана и неофициально распространялась рукопись статьи «Слово тоже дело», в которой с крайне ревизионистских позиций критикуется политическая система социализма в нашей стране и формируется направленная на ее изменение программа действий для фракционных групп.

В этих же целях Карпинский активно занимался подготовкой издания нелегального журнала под названием «Солярис». В первом номере его намечалось поместить статью «Слово тоже дело» и объемистый «труд» Лациса О.Р. «До тридцать седьмого», в котором с антипартийной точки зрения рассматривается довоенный период социалистического строительства в СССР, предпринимается попытка ревизовать решения ХХ съезда КПСС о культе личности, представить разгром антиленинских оппозиций в партии как борьбу за власть между отдельными личностями. Весь период развития страны после смерти В.И. Ленина представлен Лацисом очернительски, как сплошная цепь ошибок и провалов. Рукопись Лациса редактировалась Карпинским и была отдана на размножение.

Комитет партийного контроля при ЦК КПСС 24 июня 1975 года исключил Карпинского из членов партии за взгляды, несовместимые со званием коммуниста и попытку организации антипартийной нелегальной деятельности. Он освобожден от работы в издательстве «Прогресс».

Как выяснилось, Карпинский пытался втянуть в сферу своей вредной деятельности тт. Глотова, Клямкина и вел с ними сомнительные в политическом отношении беседы.

Комитет партийного контроля при ЦК КПСС, отметив в своем решении, что за притупление бдительности и проявление примиренческого отношения к политически вредным разговорам Глотов В.В. заслуживает исключения из членов партии, вместе с тем учел, что он признал и осудил свое неправильное поведение, по работе и участию в общественной жизни характеризуется положительно, ранее к партийной ответственности не привлекался, объявил ему строгий выговор с занесением в учетную карточку.

Тов. Клямкину за притупление бдительности и проявленную беспринципность в беседах по ряду политических вопросов объявлен выговор. Глотов и Клямкин освобождены от работы в редакции журнала ЦК ВЛКСМ «Молодой коммунист».

В связи с нарушением партийных принципов в подборе отдельных работников в издательство «Прогресс» привлечен к партийной ответственности директор издательства т. Торсуев Ю.В., которому объявлен строгий выговор. Строго указано главному редактору Главной редакции общественно-политической литературы Госкомитета Совета Министров по делам издательств, полиграфии и книжной торговли т. Молдавану В.С.

Рассмотрен также вопрос о непартийном поведении автора рукописи «До тридцать седьмого» т. Лациса О.Р., работающего заведующим отделом проблем социалистического строительства журнала «Проблемы мира и социализма».

За антипартийные взгляды, изложенные в этой рукописи, и передачу ее другому лицу т. Лацис заслужил исключения из членов партии, но Комитет партийного контроля учел, что он признал допущенные им политические ошибки, дал обещание впредь занимать только партийные позиции, что по работе он характеризуется положительно, ранее к партийной ответственности не привлекался, и объявил ему строгий выговор с занесением в учетную карточку.

Международный отдел ЦК КПСС внес предложение об освобождении т. Лациса от работы в журнале «Проблемы мира и социализма».

п/п тов. Пельше А.Я.

РГАСПИ. Ф.589. Оп.3. Д.8315. Т.1. Л.76-77. Подлинник.

] ] ]

Решение Комитета партийного контроля № 728

о непартийном поведении Карпинского Л.В.

24 июня 1975 г.

Совершенно секретно

Кому: Ленинскому райкому КПСС г. Москвы для ознакомления т. Карпинского Л.В. через парторганизацию издательства «Прогресс»;

в дело

РЕШЕНИЕ

Комитета партийного контроля протокол № 728 п. 1 от 24 июня 1975 г.

О непартийном поведении Карпинского Л.В.

(Доклад т. Петровой. Присутствовали: т. Карпинский и секретарь партийного бюро издательства «Прогресс» т. Клышко)

За взгляды, несовместимые со званием коммуниста, и попытку организации антипартийной нелегальной деятельности Карпинского Лена Вячеславовича (партбилет № 06114881) исключить из членов КПСС[39].

Председатель Комитета партийного контроля при ЦК КПСС ____________ А.Пельше

РГАСПИ. Ф.589. Оп.3. Д.8315. Т.1. Л.73. Подлинник.

] ] ]

Справка КПК при ЦК КПСС

о непартийном поведении Карпинского Л.В.

Июнь 1975 г[40].

В соответствии с поручением ЦК КПСС от 23 мая 1975 года изучены материалы, поступившие в КПК при ЦК КПСС о непартийном поведении члена КПСС т. Карпинского Л.В., работающего в издательстве «Прогресс» заведующим редакцией литературы по научному коммунизму и опыту социалистического и коммунистического строительства.

Установлено, что Карпинский, находясь на важных участках идеологической работы в Институте социологических исследований Академии наук СССР, а затем в издательстве «Прогресс», встал на путь непартийных действий и нелегальной деятельности, направленной на ревизию политической линии партии.

Позиция Карпинского прослеживается в неофициально распространяемой рукописи «Слово тоже дело» объемом 36 стр., написанной им в 1970 году.

Автор рукописи излагает свои взгляды на существующую в нашей стране политическую систему и пытается сформулировать программу политической деятельности, направленную на ее изменение. Суть утверждений Карпинского прямо противоположна взглядам В.И. Ленина на характер социалистической революции в СССР, духу партийных решений по рассматриваемым вопросам и по существу политики партии.

Излагаемые им в рукописи концепции сводятся к следующему.

1.        Повторяя один из основных тезисов ревизионистов, Карпинский заявляет, что революция в СССР была преждевременной и поэтому она не была социалистической. В результате революции в стране утвердился «бюрократический не-социализм».

По утверждению автора, «сложилась система, присвоившая флаг социализма» (стр.8). Строительство социализма объявляется им «обрядовыми танцами», «имитирующими» этот процесс (стр.11).

Это система, как отмечается в рукописи, «пролетарская» по форме и мелкобуржуазная по содержанию, возникла как реализация мелкобуржуазных настроений, лежащих на поверхности рабочего движения, вопреки коренным интересам пролетариата (сир. 7).

«Господствующий класс системы, – это, по мнению автора рукописи, бюрократическая корпорация, включающая партийный и государственный аппарат, административные структуры общественных организаций, сложившихся как монопольный собственник средств производства» (стр. 27).

Карпинский считает, что период культа личности Сталина не получил должной партийно-научной оценки.

Он пишет:

«Сталинизм 30–40-х годов был делом мерзавцев, опиравшихся на слепой энтузиазм народного большинства и беззаветную поддержку лучших, честных, веривших элементов из молодой поросли кадров. Сталинизм нынешний – по-прежнему дело мерзавцев, но оступившихся в бездонную яму народного равнодушия, или недоверия и теряющее опору в «лучшей, честной, верящей кадровой молодежи» (стр. 25).

В рукописи утверждается, что сейчас общество переживает «фарс неосталинизма». Карпинский клеветнически заявляет, что политическая система будто бы уже утратила опору в народе, «подавляющее большинство которого питает к ней отвращение и не намерено ее защищать»… «Создались реальные предпосылки к тому, чтобы толкнуть режим колебанием слов» (стр. 8–9).

2.        Автор рукописи считает необходимым вести борьбу против существующей системы, «революционно преобразовать общество, создав какой-то вариант «демократического социализма». Программа партийно-демократического движения должна быть, отмечает он, не петиция, а понуждение, действие не просительное, а революционное, связанное с политическим пересозданием норм командной деятельности, против засилия невежд, проходимцев, фразеров, усевшихся «не в свои сани» (стр. 28–29).

Надеясь на предстоящее революционное преобразование нашей страны, Карпинский предполагает использовать для этого в решающей мере «Слово», то есть пропаганду излагаемых им взглядов. Этот метод действий, как пишет он, доказал свою эффективность в 1968 году в Чехословакии. События в Чехословакии расценивает, как Парижскую коммуну ХХ века (стр. 22). С этой целью провозглашается намерение использовать каналы информации и навязать партии широкую дискуссию, «общую очистительную дискуссию», которая рассматривается как путь радикальных перемен, современная форма «революционного процесса».

В целях подготовки такой дискуссии высказывается намерение издавать сборник программных работ («марксистскую библиотеку») (стр. 30–31). В рукописи подчеркивается необходимость подготовки всевозможных каналов для распространения этих работ. Представляется возможным и использование «партийной печати за рубежом». Социальной опорой движения объявляется интеллигентная часть народа.

Из текста рукописи видно, что Карпинский по существу намеревался заниматься нелегальной деятельностью, сколачиванием группы лиц, подвергающих ревизии политическую линию партии по многим вопросам.

В последнее время он активно занимался подготовкой нелегального издания журнала под названием «Солярис», в первом номере которого предполагал поместить рукописи свою «Слово тоже дело» и О.Лациса «До 1937», фактически рассматривающую с антипартийных позиций довоенный период социалистического строительства в нашей стране. С этой целью рукопись О.Лациса правилась Карпинским и была отдана на размножение. Правка и послесловие, написанное Карпинским к рукописи Лациса, содержит ряд грубых политических ошибок, утверждений, противоречащих взглядам партии. В них, в частности, высказывается положительная оценка порочным работам Солженицына и Р.Медведева.

С содержанием рукописи Лациса Карпинский знакомил своих близких друзей, членов КПСС Лисичкина Г.С. и Гефтера М.Я., а с текстом своей работы «Слово тоже дело» знакомил Р.Медведева и Ю.Леваду.

Карпинский поддерживает систематическую связь с Р.А. Медведевым, исключенным из членов КПСС в 1969 году за взгляды, несовместимые со званием коммуниста, и действия, наносящие политический ущерб делу партии. Знаком со всеми его идейно порочными материалами, имевшими нелегальное распространение в нашей стране и опубликованными за рубежом.

В объяснении, представленном в КПК при ЦК КПСС, Карпинский теперь пишет, что его действия были направлены на накопление систематизированного портфеля для последующего якобы внесения их в ЦК КПСС с предложением восстановить идею Х съезда РКП(б) о «дискуссионных сборниках» в числе публикаций. В то же время он осуждает свои прежние рассуждения о подготовке материалов для публикации в обход партийных инстанций, в некий «кризисный момент», с целью развязать силы перемен в «напряженных структурах», и прочее, которые содержатся в написанном им тексте «Слово тоже дело». Данную рукопись в настоящее время оценивает, как безответственную болтовню.

Однако Карпинский ведет себя неискренне, категорически отказывается назвать 8–10 лиц, для ознакомления которых размножались порочные в политическом отношении рукописи его и Лациса.

Следует отметить, что Карпинский в 1967 году был освобожден от обязанностей члена редколлегии и редактора газеты «Правда» по отделу культуры и быта за нарушение партийной этики и опубликование в газете «Комсомольская правда» политически ошибочной статьи «На пути к премьере».

Бюро партийной организации издательства «Прогресс» в характеристике Карпинского за время работы в издательстве (с мая 1973 г.) отмечает: «При правильном отношении к своим служебным и общественным обязанностям, он по ряду важных вопросов политики партии придерживается взглядов и оценок, расходящихся с линией КПСС. Свои взгляды от парторганизации скрывал».

Данные о трудовой деятельности Карпинского Л.В. видны в прилагаемой выписке из учетной карточки.

Вопрос о партийной ответственности Карпинского Л.В. вносится на рассмотрение КПК при ЦК КПСС.

Ответственный контролер КПК при ЦК КПСС _________________ Г.Петрова

Инструктор КПК при ЦК КПСС __________________________ М.Казаков

РГАСПИ. Ф.589. Оп.3. Д.8315. Т.1. Л.69-72. Подлинник.

] ] ]

Из рукописи Л. Карпинского «Слово тоже дело»

[1969]

Автор настоящей записки исходит из предположения, что известная мысль Ленина «Слово – тоже дело» в условиях нашей современной действительности приобретает новое значение.

Неверие – характерная черта умонастроения интеллигенции в период реакции. Сомневаются в себе, своих близких, достоинствах своего народа, в успехе любого хорошего дела и особенно в эффективности слова – первейшего гражданского оружия мыслящих. Никто не пытается отрицать наличия веских оснований для подобного рода настроений: период активного критического познания (в дозволенных порциях в печати и без всяких границ в «застольном быте») наших общественных химер сменился после 1964 года усталостью после всей этой уймы собеседований, их бессилья, а затем практическим поражением сторонников ХХ-го съезда. Поражение явилось закономерностью, требующей особого разбора. Так или иначе, мало кто нынче отдает должное предыдущему, казалось бы, потерянному времени, которое тем не менее было временем существенных приобретений, временем старта необратимых процессов разложения сталинизма.

Часть нашей научной и идеологической интеллигенции вновь втиснулась в «детские туфельки» профессиональных радостей и самоцельной аполитичности, что к тому же оказалось обывательски удобным. Однако многие из тех, кто нас особенно интересует, продолжают мучительный поиск, почти, однако, не различая впереди никаких просветов. И не в последнюю очередь потому, что мыслят возможности перемен в наезженных категориях, по шаблону, по одним только историческим аналогиям.

Но история – большая оригиналка. В том числе и в формах, которые она «изобретает» для социальных революций. Тут мы вполне разделяем точку зрения авторов известного сборника «Историческая наука и некоторые проблемы современности», подчеркнувших постепенное складывание и такой формы общественного движения, как революция. В отличие от всех известных из прошлого революционных преобразований, предстоящее в нашей стране может стать и в решающей мере преобразованием посредством слова. Идея, овладевшая массами, ныне способна проявить себя «материальной силой» в почти что прямом смысле. Условно говоря, если прадеды, рассчитывая изменить образ правления, не иначе как выводили на Петровскую площадь мятежные полки, а деды и отцы звали на улицы «железные батальоны пролетариата», то современный революционер должен вывести в каналы информации «отряды» точно стреляющих идей. Штурм Зимнего, как метод революционного действия, продолжал, репродуцировал штурм Бастилии. Штурм наших бюрократических «твердынь» будет радикально иного рода: они станут разваливаться под ударами самой мысли, выраженной в слове, но не ставшей ни строем вооруженных солдат, ни мятежной толпой, ни шеренгой революционных матросов, ни залпом «Авторы». Не «в топоры» предстоит призвать; наша работа призвана подготовить «склады» оружия небывалого действия.

Вот этот-то «идеализм», доказавший всю свою реалистичность в Чехословакии (так называемая «ползучая (контр) – революция»), было бы полезно обсудить во всех его объективных, осязаемых предположениях.

Реакционные периоды – периоды реакционных интеллигентских сомнений и «отказов». История наводняется фатальными предопределениями. Над ней развешивают всякого рода заклятия, в ней ищут безвыходную, вечную круговерть. «В Нидерландах революция кончилась наследственным штат-гальтерством, в Англии – протекторатом, во Франции – термидором и империей (дважды)». К этому прибавляются особые заклятия русской истории: тупые столетия татарского ига, кровавое наследие Грозного, выпущенное из рук дело Петра, глухое наследие казарм Павла и Николая, дыба и дым сжигаемых книг, поражение декабристов, казнь Разина и Пугачева, убийство Пушкина, изгнание Герцена, ссылка Чернышевского, стена непонимания перед народниками… Охлос Октября – охлос сталинизма, «царское», холопское сознание народа… Просто и ясно, ясно и просто! В прошлом заложено все, что есть, и все, что еще будет. Истории отказывается в историческом развитии.

Мода бывает везде, бывает она и в исторических толкованиях. Что касается нашего бюрократического  самовластия, то вряд ли правильно и плодотворно выводить его из традиционного российского самодержавия, а тем более сводить к простому продолжению роковой традиции. Если «дурная наследственность» и сыграла свою роль, то совсем не ту и не так, чтобы подменять ею собственные причины и закономерности разрастания бюрократического (не) социализма. Как бы ни прельщала нас новаторская концепция революции по «перевернутой схеме», сколько бы ни прав был Ленин, простив меньшевиков, доказывая возможность «обратного исторического порядка», социалистического преобразования, нам не удалось избежать отдаленных последствий переиначивания исторической логики, обойти «глубинные мины». На мой взгляд, их точнее всего «запеленговали» однажды Маркс и Энгельс. Отвечая на требования авантюристической фракции в Союзе коммунистов о немедленном захвате пролетариатом политической власти, Маркс сказал: «Между тем как мы говорим рабочим: вам, может быть, придется пережить еще 15, 20, 50 лет гражданских войн и международных столкновений не только для того, чтобы изменить существующие условия, но и для того, чтобы изменить самих себя и сделать себя способными к политическому господству, вы говорите наоборот: «Мы должны тотчас достигнуть власти или же можем лечь спать». В то время как специально указываем немецким рабочим на неразвитость немецкого пролетариата, вы самым грубым образом льстите национальному чувству и сословному предрассудку немецких ремесленников, что, разумеется, популярнее. Подобно тому, как демократы превращают народ в святыню, вы проделываете то же самое со словом пролетариат. Пролетариат, если бы он пришел к власти, проводил бы не непосредственно пролетарские, а мелкобуржуазные меры. Наша партия может прийти к власти лишь тогда, когда условия позволят проводить в жизнь ее взгляды».

Дополняя эти мысли Маркса, Энгельс впоследствии писал Вейдемейеру: «Мне думается, что в одно прекрасное утро наша партия вследствие беспомощности и вялости всех остальных партий вынуждена будет стать у власти, чтобы в конце концов проводить все же такие вещи, которые отвечают непосредственно не нашим интересам, а интересам общереволюционным и специфически мелкобуржуазным; в таком случае под давлением пролетарских масс, связанные своими собственными, в известной мере ложно истолкованными и выдвинутыми в порыве партийной борьбы печатными заявлениями и планами, мы будем вынуждены производить коммунистические опыты и делать скачки, о которых мы сами отлично знаем, насколько они несвоевременны. При этом мы потеряем головы, – надо надеяться, только в физическом смысле, – наступит реакция. И прежде чем мир будет в состоянии дать историческую оценку подобным событиям, нас станут считать не только чудовищами, на что нам было бы наплевать, но и дураками, что уже гораздо хуже». […]

Нет нужды доказывать, что неразвитость российского пролетариата не уступала неразвитости немецких рабочих, которой так опасался Маркс, и что ремесленных предрассудков и мелкобуржуазных, получательских стремлений, усиленных войной, в русском рабочем было тоже предостаточно. Напомним хотя бы хрестоматийный пример с «сапожником фабрики Алиханова», нарисованный Сталиными, как показали последующие годы, взятый им за исходный образец его политической и моральной практики. Иными словами, наша система есть, так сказать, непролетарская (мелкобуржуазная) истина, сорванная с пролетарских уст; есть извлечение, усугубление и госудаственное оформление всего «заднего», ремесленного, предрассудочного, антиобщественного, мещанского, что сохранялось в пролетариате и утрировалось в крестьянской стране.

Бюрократический «социализм» возник как возмездие истории за переворачивание ее порядка, реализация «непосредственно» не наших, а «специфически мелкобуржуазных» чаяний и наслоений, лежащих на поверхности рабочего движения, в числе первых ожиданий пролетарской массы – вопреки их коренным историческим интересам. В упорной, кровавой борьбе с теми, кто пытался отстоять эти интересы, с потерей неисчислимых голов (к сожалению, не только в физическом смысле) победил «пролетарский по форме и мелкобуржуазный по содержанию общественный режим. […]

Сюда, конечно, задним числом и с известными основаниями можно примонтировать традицию российского самодержавия. Но в ней ли дело? Не правильнее ли считать, что случившийся мелкобуржуазный, казарменный выброс пролетарского движения лишь сходен во внешних признаках с деспотиями прошлого, имея под собой совершенно иные классовые основания и абсолютно иное конкретное содержание? Поглотившая наши поколения издержка скачкообразного хода истории не имеет ничего общего с мистическими предопределениями. В «билетной кассе» истории мы просто переплатили «за скорость» и «за дальность» (азиатскую окольность) социалистического маршрута.

Принципиальное значение этой оценки нашего результата в его собственных, несводимых к прошлым схемам, основаниях заключается в том, что она позволяет видеть не только начала и законы утверждения системы, но и законы ее разложения и гибели, ее преходящий характер.

По нашему глубокому убеждению, «буржуазный запас» в социализме» ныне «внутри кончен», он перебродил и утратил главные опоры в народе. Те «15, 20, 50 лет гражданских войн и международных столкновений», о которых говорил Маркс, состоялись. Правда, произошло это внутри системы, что имеет свои плюсы и минусы. Ситуа